Все сложно (СИ)

Справившись с первым впечатлением, стало можно разглядеть то, что теряется за размерами и аурой несокрушимой мощи. Например, что дракон-то серьезно устал, пересекая горы, и отнюдь не бодрячком себя чувствует. Подождав, пока с него спустится… э-э, экипаж? Пассажиры? — он грустно посмотрел на всех нас, высыпавших его встречать… и начал, давясь, отрыгивать горы кристаллов-накопителей. Хотите верьте, хотите нет, но мне стало очень жалко бронированного исполина.
— Надо скорее напоить его! — не только мне, Шона тоже среагировала. Может, так хорошо поняла ящера потому, что сама имеет часть тела, полностью покрытую чешуей?
— Сначала нужно дождаться, пока все кристаллы выйдут, только потом поить и кормить, — шлем у эльфа-пилота на таковой у земных летчиков похож не был, а вот очки — вполне. Любители стимпанка с руками оторвали бы. О, а вот и знакомая артефактная упряжь-парашют. — Иначе он их проглотит вместе с водой и пищей. Нет, они выйдут все равно… чуть позже. Но отмыть их будет значительно труднее, если вы понимаете, о чем я.
Тут мне вспомнилась любимая олдфагами игра “Герои меча и магии три”, где в третьей редакции кристаллические драконы приносили в игровой день единицу своего ресурса. Кажется, создатели той стратегии что-то знали.
Я и представить себе не мог, что за Сепешем пришлют этакого реликтового летающего динозавра, способного за счет суммы ухищрений форсировать горный хребет по воздуху! А ведь запас магии ящер может совсем по-другому использовать, из средства передвижения перейдя в страшнейшее оружие на поле боя! Это… даже не знаю… Как за путешественником, который на яхте к Антарктиде пробился, прислать стратегический подводный ракетоносец!
Дракон и двое разумных на нем — это еще не вся партия, как вскоре выяснилось: еще трое экспедиторов остались в базовом лагере с той стороны гор и пятеро — в Ордэре, вместе с верблюдами. Оказывается, от полиса Истребителей до точки воздушного старта дракон преимущественно плыл. Сначала по Светлой, потом по Великой — против течения, кстати — и напротив нужного перевала покинул реку, пешком прошел предгорья, валя грудной броней вековые деревья.
М-да, а ведь красную тушу на фоне гор было издали видно — пусть и недолго, меньше пары минут. И еще раз будет хорошо видно будет — когда дракон, полностью заправленный, полетит обратно. Даже не знаю, на что больше надеяться: что скверные не так хорошо видят, что дважды в тот момент смотрели мимо или что не решатся так сразу лезть в предгорья искать куда там дракон летал. Надеюсь, гномье усиление контингента замка придет вовремя. Впрочем, немного продержаться мои девочки точно смогут. Похоже опять поле ядовитого вьюна-паразита придется Шелковице разворачивать. Вовремя она очнулась!
Еще одна проблема крылась в логистике: меня согласились подкинуть до полиса рыцарей, а я все это время рассчитывал, что сначала окажусь у гномов. Теперь порядок выполнения задач нужно было переворачивать с ног на голову — впрочем, может все и к лучшему…
Суматоха в замке до самого вечера не утихала: стоило моим женам понять, что дракон при всех своих размерах филигранно контролирует свои движения и отличается действительно благодушным нравом — они сразу же прониклись к ящеру большой симпатией. Натаскали целый маленький прудик воды и наполовину вывернули подготовленные к длительному хранению запасы мяса из погребов. Причем Уля, почти все это мясо и добывшая, старалась в первом ряду! Даже Вазира, которую ведра и корзины с накопителями чуть не выжили из собственной башне, почти не ворчала, а помогала остальным. А уж сколько Кирби извела бумаги и красок…
Сепеша мои супруги отпускали с искренним сожалением. Как-то внезапно за недели, что он у нас “гостил”, профессор умудрился стать… хорошим другом? Кем-то вроде доброго дядюшки и классного руководителя в школе одновременно? И вроде он всего-то занимался своими делами, особенно активно эксплуатируя айруни на своей экспериментальный делянке в качестве этакого пульта управления травой и кустарниками, попутно расплачиваясь мелкими порциями полезного знания — и вот глядишь ты. По-моему он сам от себя был в некотором удивлении, когда мы устроили прощальный обед.
 
А потом было наше, внутрисемейное прощание. Вернуться я должен был в этот раз быстрее — но все равно расставаться никому не хотелось. Настолько, что Шела уговорила-таки меня и всех остальных на смелый эксперимент. Физиологически ребенку еще никак не мог повредить секс — а вот реакция организма айруни удивить очень даже могла. Где расплескивание нектара было еще не самым непредсказуемым. Так что опыт я и Шелковица получили… э-э-э, незабываемый. Делать это под пристальным и настороженным взглядом шести пар глаз. Не груповушка, не подглядывание, а какое-то публичное разминирование, блин. Но обошлось.
* * *
Утром я забрался на спину ящеру следом за профом, сел на указанное эльфом-драконоводом место, зацепил за сбрую-артефакт один за другим два страховочных ремня. Рядом принайтовал свой нехитрый багаж.
— Всем отойти! К взлёту товьсь!
я сидел за сгибом крыла чуть ближе к хвосту чем к голове, потому процесс раскрытия кожисто-чешуйчатых плоскостей мог наблюдать во всей красе. Завораживающее зрелище.
— Взлёт!!!
Отрыв больше напоминал всплытие: ящер оттолкнулся от земли и начал подниматься вверх. Крыльями он подмахивал, но довольно медленно — совсем не то, что ждешь от существа с птичьим принципом полета. Тем временем к вертикальном движению добавился горизонтальный вектор — дракон двинулся вперед, одновременно закручивая спираль, таким образом помогая себе набрать нужную высоту.
Мои жены, машущие мне вслед, уже виделись маленькими фигурками далеко внизу, как Кирби вдруг подпрыгнула и взлетела сама. Вот у неё полет был правильный: частые частые хлопки бешено работающими крыльями. Гарпия успела и смогла: самый большой круг спирали вывел наш живой летающий корабль на высоту преодоления перевала — в этот момент она оказалась в центре воображаемого витка… и, махнув мне крылом, устремилась вниз. Я тоже буду скучать. Очень-очень.
Дно перевала даже не угадывалось под туманной дымкой — опять. Разглядеть, что осталось от самолета, не получилось. Ящер опять больше планировал, чем взмахивал крыльями, напоминая сверху огромный красный крест: вперед вытянутая шея, назад — хвост, и крылья в стороны четко от самого центра тела. Обледеневать наш транспорт и не думал, даже когда мы попали в полосу невероятно пробирающего мороза! Но вот, наконец, и снижение. Долгое и пологое. И только когда под брюхом дракона вместо голых камней и травы потянулись сосны и ели, постепенно разбавляемые лиственными породами — он наконец начал активно работать крыльями, будто вспомнив, как это делается. А вот и посадочная площадка!
Почему я сразу узнал, что мы будем садиться? Не только по рисунку полета, хоть и он стал характерным — если вы хоть раз внимательно наблюдали за птицами, вы меня поймете. Просто внизу открылось… сначала показалась, что огромная проплешина, но сразу стало ясно — нет, гигантский вывал!. Его центр старательно расчистили от небрежно сломанных у самого корня стволов — явно и то, и другое сделала, конечно, одна и та же сила. Вот она, прямо подо мной. Бух! Тяжелое касание на все четыре в расчищенном центре…
…И красный, даже не не думая сбросить остатки скорости, побежал к воде! Без привязных ремней я бы улетел со спины ящера в самом начале кросса, когда реликт ничтоже сумняшеся грудью развалил собственнолапно созданный завал, раскидав столетние стволы как бита чурки в городках. Надо отметить впереди был проделанный через лес путь — наш живой транспорт уже ведь поднимался сюда от Великой. Дудки! Зачем искать легкую дорогу, если ее можно проложить? В непрерывном треске древесины, облаках щепок, веток и листьев оставалось только что есть силы прижиматься к драконьей спине, надеясь, что по голове не прилетит ничего тяжелее шишки!