Счастье дается всем. Книга 1 (СИ)

Когда она ушла, Янника совсем позабыла, что перед ней живой человек. Просто это красивое, молодое, рельефное тело с ровным и таким непривычным золотистым загаром и тёмным пушком на руках, и ровной полоской на животе оказалось таким тёплым, пружинящим и приятным, что Янника непроизвольно погладила его.
- Во – во! – хмыкнуло не кстати загорелое тело наглым голосом де Ларры, и Янника резко отняла руку. – Чего это ты меня, вёльва, словно кота гладишь?
- Стриженого, лишайного кота не гладят, а осматривают, – от смущения девушка позабыла о вежливости.
Белозубая улыбка инфанта ехидно сверкнула.
- Ой ли?! Кот…– герцог явно спешил сорвать лавры в конкурсе остроумия и попытался добавить едкую, заготовленную фразу, но Янника перебила юношу и искренне призналась:
- Простите! Если честно, я никогда не думала, что мальчишки такие волосатые! – и её искренняя, светлая, доверчивая улыбка пробежала по нежным губам.
И инфант, потеряв нить остроумной мысли, замер, любуясь девушкой, нежным румянцем смущения и мягкой синевой глаз. Ещё немного, и всем стало бы неловко, хорошо, что вёльва Хейд вернулась. Она ловко высыпала в чашу горсть серебряных монет и приказала:
- Янника, поворачивайся спиной. И не подглядывай! А ты, инфант, (она почему-то перешла на «ты») снимай, что ли, облачение своё. Так и быть, перчик твой подёргаю, на старости лет. На это у меня зоркости хватит!
- Хааа… – вдруг тяжело и нервно выдохнул герцог.
Янника с трудом удержала довольную, ехидную улыбку. Ей приятно было осознавать, что и герцога можно смутить.
- Хм…да ты не напрягайся, родимый, – веселилась Старая вёльва, – я таких пиписек за свой век переглядела немало!
За спиной Янники еле слышным шорохом скользнула ткань. Инфант оголялся.
- Хотя нет, – снова раздался бодрый голос Хейд, – такой ладненькой, крепкой да шёлковой пиписки давно не видала!
И даже спиной Янника почувствовала, как покраснел инфант. Точно покраснел!!!
- А вы, оказывается, шалунья, досточтимая вёльва! – с трудом выговорил он, потому как голос его непривычно запинался.
- А то! В мои-то годы, венценосный, можно уже и пошалить! Не убудет!
Янника не удержалась и тихо захихикала.
***
Но де Ларра не был бы герцогом, если бы не оставил за собой последнее слово. Уже выходя из купальни, он как-то так небрежно поправил полотенце, что оно поехало вниз, оголяя на мгновение упругие ягодицы. Вёльва Хейд и Янника в тот момент смотрели ему вслед, а потому не успели отвернуться. И теперь лицезрели упругую красоту, что блеснула непривычной белизной на фоне загорелого тела.
Янника с Хейд оторопели. Они хотели отвернуться, но это наглец, возвращая полотенце на место, понимающе хмыкнул им обоим:
- Упругая! Как орех! – и светло- коричневая зелень нагло мигнула.
Вёльвы переглянулись и засмеялись.
- Следующий! – позвала Хейд.
А Янника, ещё смотревшая на с треском захлопнувшуюся дверь, уже понимала, что своими подколками, смехом, заигрыванием и многозначительными улыбками герцог де Ларра на самом деле спасал и вёльв, и себя самого от осознания, что где-то на этой земле чья-то злая рука щедро сыплет россыпью за ворот чёрную смерть.
***
Вёльвы провозились с южанами до полночи. Потом нужно было ещё покормить сорок мужчин. Хорошо хоть Дуся догадалась и наварила супа в большом котле. Она сама припрягла к работе Яра, и тот, под чутким Дусиным руководством, чистил овощи, крошил коренья и таскал воду.
Каждую чёрную точку, что вынули из мужских тел, пришлось на всякий случай, ещё долго раскалывать пополам серебряной спицей. Когда они превратились в привычную пустую пыль, вёльва Хейд облегчённо выдохнула:
- Всё, доченька! Справились! Теперь надо мыться самим.
К приходу вёльв купальня успела очиститься. Сама. Янника уже не удивлялась такой удаче. Эта удача была постоянной, привычной спутницей её жизни в Дергиборге. Горячий фонтан, пока вёльвы раздевались, вырвав из земли кипяток, обдал смачно всё пространство купальни, ничего не пропустив, смыв и грязь, и мыло и мужской дух…
 
Разморённые, долго потом сидели вёльвы, глядя, как играет над поверхностью тёплый, ласковый водный язычок.
***
Когда вёльвы вышли из купальни, была уже глубокая ночь. Храпели во дворе сонные мужские голоса, вскидывались лошади, пофыркивая, и красивый луч первой звезды Хротгара проложил к дому ровную дорожку.
- Посидим на лавочке? – вдруг предложила Хейд. И Янника согласилась.
Они сели на крепкое, удобное сиденье. И прислонились друг к другу. Белая голова к белой голове.
- Знаешь, что я каждый день своей жизни вёльвы записываю в дневник? Всё-всё…
- Нет, – удивилась Янника.
- Так нужно… Нельзя лениться… Опыт вёльвы драгоценен.
- Что было сегодня, тоже запишешь?
- Конечно… Только отдохну немного. Устала.
Они ещё помолчали.
- Ты тоже, доченька, начинай с завтрашнего дня записывать. Я тебе новую тетрадочку положу в красный сундучок. Он за стеллажом с травами. Там, где крюк. На крюк нажми, стеллаж в сторону отодвинется. Потом круглый замочек на ручке повернёшь, тайник и откроется. До отъезда хоть несколько строк черкни.
- Черкну.
- Вот и хорошо, умница моя! – и Хейд нежно погладила зевавшую девушку по голове.
- Ну… спать?
- Спать!
  
Глава 30
 
Только-только первое солнце вставало, а бодрая Хейд уже командовала сборами в дорогу. Это принести. Это унести. Это поправить. Недовольная сонная Дуська помогала таскать вещи в подъехавший экипаж. Она одна уже принесла вознице для устройства два пледа, две маленьких подушки для ног, корзинку с пирогами, туесок с варёной курицей, завёрнутой в пергамент, и две больших бутыли с ягодным холодным морсом. До вечера должно хватить. Обжоры!
Со стороны улицы уже спешили к экипажу Айда с Гейтом. Юноша тянул тяжёлую сумку, плотно набитую доверху. Вышел из дома напротив собранный Риг, неся в руках плетёный короб. Лишь Янника всё ещё была в кладовой, в подполе, пытаясь открыть красный сундучок.
- Ну что? – в который раз заглянула Хейд.
- Не поворачивается, Хейдуша!
Хейд покачала головой, расстроенно, подошла к Яннике и одним лёгким движением по часовой стрелке прокрутила ручку красного сундука до упора. Тот щёлкнул и открылся. В сундучке лежали тетради, старые, исписанные. Наверное, те самые дневники вёльв. Хейд резко закрыла крышку и приказала:
- Последний раз попробуй, доченька! Нужно, чтобы всё получилось!
Янника не понимала, зачем сейчас тратить на это драгоценное время?! Вот вернутся они из Торгского ущелья, и Янника тогда натренируется вдосталь! И Хейдуша не будет такой нервной. И кстати, платье ей нужно будет новое какое-нибудь купить, а то в люди ехать в этом старье стыдно. Она всё же вёльва Дергиборга, а не голодранка какая! Отвлёкшись от своих проблем, Янника и не заметила, как легким движением руки прокрутила замок сундучка до упора. Тот щёлкнул и открылся.
- Ох! – радостно выдохнула Хейд. – Получилось! Получилось! Ну, будешь знать теперь всё наши тайны, доченька! Другие сундуки в тайнике тоже так открываются! Раз получилось, значит, признало тебя вёльвино наследие! Спасибо, Снежная дева! Тааак, теперь и ехать надо!
Они вышли на крыльцо, и вёльва продолжила:
- В тот год, что Артида грязь свою творила, из ущелья никто живым не вышел. Все погибли.
Янника вздрогнула. Ничего себе новость!
- Как так?
Вёльва неопределённо дернула плечом:
- На Хротгаре всё взаимосвязано, доченька. Так что я не удивлюсь, если и в этом году что-такое ждать придётся.
Янника оторопела. Никто живым не вышел? Тогда… как же Риг? А Гейт? То есть и они? Девушка не успела ещё облечь страшный приговор в слова, как вёльва снова стала говорить:
- В тот год что-то случилось с камнем-ключом на выходе. Победители выходили из лабиринта, но, прикасаясь к камню, сгорали, гибли. Так что в этом году нужно будет сразу камень опутать сетью. Ты с Айдой в этом мастерицы, так что справитесь… Только сразу приступайте к работе не ждите!