Счастье дается всем. Книга 1 (СИ)

- Опять «неа»! Только завтракала ведь! Исхудаешь!
Янника, у которой этот вечный маминхейдин диалог «про покушать» вызывал невыносимое умиление, рассмеялась и, натягивая очень быстро на теплые вязаные носочки высокие мужские ботинки и накидывая одновременно на одно плечо простенький тулупчик, крикнула:
- Я не голодная, Хейдуша! Меня Риг в школе покормил!
А потом натянула шапочку пониже, чтобы мороз уши не покусал, и побежала во двор. Там, у самой калитки, её, как и всегда, ожидали друзья. Да – да! Самые настоящие-пренастоящие друзья! Неизменный Риг, красивый, спокойный и немногословный, верный рыцарь и наперстник. Придирчивая, вредная Дуська, с первых дней решившая «держать врага», то есть Яннику, «поближе», да так и затесавшаяся в компанию навечно. Рыжий Гейт, драчун и проныра, это его в первый же учебный день Янника изо всех сил треснула по башке тяжелой энциклопедией, чтобы не задирался, а он отплатил драчунье невероятной преданностью с восхищением напополам. И огромный, как снежный медведь, неповоротливый и основательный Яр, решивший взять на себя роль телохранителя неопытной вёльвы, когда та, ничего не требуя взамен, спасла от верной гибели слабого щенка, что родители Яра выкинули в овраг умирать.
С мальчишками оказалось дружить намного интереснее, чем что бы то ни было! Они не требовали большого внимания, не ныли и не отбирали новые заколки. Не красовались перед зеркалом и никогда не отвечали, если Янника говорила что-то «просто для себя». Для фона, чтобы проговорить минувший день, и в этом разговоре с самой собой сохранить драгоценные новые мысли и чувства, рождавшиеся где-то внутри её трепетного сердечка. Они стоически слушали всю ту ересь, что несла изголодавшаяся по простому человеческому общению Янника, и никогда не встревали, если малая вёльва с Дусей не могли что-то поделить. Правда, это «что-то» обычно представляло собой время одного красивого юноши, приходившегося Дуське родным братом, но не суть! В общем, с мальчишками дружить было здорово! И чего их Благочестивая Гутрун прятала на мужской половине поместья всю Янникину сознательную жизнь?! А?!
Да, жизнь Янники в эти полгода стремительно и неизменно поменялась. И теперь она точно знала, что до этого словно и не жила никогда. Не дышала полной грудью. Все спокойные и беззаботные пятнадцать лет, проведенные в отчем доме, меркли на фоне бурной, яркой и счастливой детской жизни в Дергиборге, жизни, полной простых трудностей и незабываемых впечатлений. Жизни, полной настоящей любви и заботы.
Эта новая жизнь хлынула бурным потоком в тот самый день, когда заплаканная Янника вернулась из храма Снежной Девы. Тогда Старая Хейд, поставив перед юной иллике тарелку с ароматным наваристым супом, спросила легко, даже несерьёзно как-то, с улыбкой:
- Как же ты жила, девочка? Неужто тебя и правда в высокой башне из золота держали?
И эти два простых вопроса неожиданно прорвали плотину из слёз и слов. А Янника, ничего не утаивая, стала рассказывать. О том, как жила, как серо и буднично проводила свои дни, окруженная только стенами поместья Ольсон, и наконец о том, как была бесконечно одинока. Училась ли она? Училась. К ней и её сестрам приезжали учителя из города. Дважды в неделю. Потом она ещё вела счета поместья, проверяла запасы, читала амбарные книги, считала доход и расход, ездила по полям вместе с матерью, проверяла работы. Составляла меню для женской и мужской половины. А вечерами занималась рукоделием. Старая Хейд почти не перебивала, лишь вздыхала тяжело, а иногда качала головой, словно не веря, что так может быть в действительности. И Янника вдруг, сама не замечая как, рассказала свой главный, особо хранимый секрет – про горное озеро Снежной Девы.
- А как ты туда добиралась? – удивлялась женщина. – Это же высоко в горах, да и проход открывается раз в год в великий праздник.
Но Янника пожимала плечами – откуда ей знать? Она просто приходила к ущелью, что располагалось на краю поместья, а там спокойно по мягкому белому мосту переходила к озеру.
 
- Неужели ты до него так легко добиралась? – снова удивлялась женщина.
- Да, – шмыгала носом Янника, не понимая вопроса, – а что в этом сложного?
Но Старая Хейд лишь удивленно приподнимала брови.
Тогда Янника снова набралась смелости и поведала старой вёльве последнее – о снежных завитках над водой, что играли с ней, когда она, счастливая, плавала в дымном озере, доверяя ему одному все свои одинокие детские секреты.
- А мама? – вдруг спрашивала Хейд.
- А что мама? – удивлялась Янника и поясняла, что в последние годы вообще видела её раз в день, когда с девочками садились ужинать. Но там было не до разговоров.
- А кто читал тебе на ночь дневники Снежной девы?
И вот на этот вопрос Янника не нашлась, что ответить. Лишь уточнила:
- Какие дневники?!
И сильно удивилась, когда Старая Хейд, вскочила и, уперев руки в бока, словно прикидывая, кого бы оттаскать за волосы, только и выдохнула:
- Ну и ну!!!
А утром Янника узнала, что Старая Хейд определила девочку в ближайшую городскую школу, даже не разделенную на мальчиков и девочек. В общую, простую, городскую школу! Где занятия должны были вот-вот уже начаться.
Да! Так рождалась для юной иллике совсем другая жизнь.
***
На высокой снежной горке за западными городскими воротами собралась, казалось, вся дергиборгская детвора. Тяжелые кованые санки, легкие деревянные обручи, наскоро обшитые плотной скользкой тканью, маленькие «поджопники» - всё шло в дело, когда речь шла о том, чтобы лихо скатиться с высоченного ледяного склона, который в этом году словно специально насыпали щедро ниоткуда взявшиеся ветра.
- Это они по твоему велению насыпали, – всерьез уверял Яннику рыжий Гейт, – ты же хотела снежных приключений, вот – получи!
Янника фыркала:
- Тебя послушаешь, так я во всем виновата: хорошая погода – я! Плохая – тоже я! Снегом город засыпать – снова я!
Дуська, колобком катившаяся следом на своих маленьких ножках, поддакнула:
- Конечно ты, больше некому! Таких злобных вёльв не знала история!
- Молчи, пакостная мелочь! – беззлобно пригрозила Янника. – А то прикопаю в ближайшем сугробе!
- Прикопай! – и Дуська закатилась раскатистым звонким смехом.
Риг с Яром ушли вперед, чтобы подрубить немного в ледяном склоне ступеньки, а то ушлая городская детвора поломала привычные снежные выступы, и подниматься наверх становилось с каждым разом всё сложнее. Наконец путь быть расчищен, и Гейт с Яром, подхватив тяжелые санки, осторожно потянулись вверх. За ними вприпрыжку поскакала Дуська, которой уже не было ни до кого дела, её манила верхушка снежного склона, с которой простирался просто сумасшедше красивый вид на город и его окрестности. А Янника ещё стояла внизу. Её то и дело обгоняла детвора, толкая с двух сторон, но девушка всё ещё не решалась шагнуть на ледяную лестницу. Она так крепко задумалась, что совсем пропустила, как тёплые руки обвили её талию, а в шею дунуло горячее дыхание. Эти сильные руки приподняли девушку над землей и поставили на первую ледяную ступеньку. Знакомый родной запах – и тихое счастье затопило её всю. Яннике нравилось, когда Риг тихо командовал. А то она, как всегда, замечтается, и обо всем позабудет.
- Да поднимайтесь уже! – сверху возмущённо прилетела Дуськина визгливая реплика. - Дома миловаться будете!
И Янника на всякий случай отпрянула. Тогда вечно невозмутимый Риг улыбнулся и, протянув руку, ухватил девушку за ладошку и потащил с собой наверх.
  
Глава 10
 
Уверена, что вы когда-нибудь в своей жизни, но поднимались на заснеженный высокий холм… Верно? Тогда для вас совсем не секрет, как сладко и страшно замирает сердце от предчувствия, от красоты, что простирается вокруг, от серебристой снежной глади, по которой рассыпчатой крупой сверкает снежное серебро. И близко небо. И далеко земля. И воздух свеж и морозен. И кажется, что вот-вот у тебя появятся крылья и ты полетишь…