Грехи за сигареты (ЛП)

У моей матери был фетиш на них. Сзади, на сцене средних размеров, ждали речей, которые будут произнесены позже в этот день.
— Вот вы где. Я уже начала волноваться, — поприветствовала мама, сосредоточив своё внимание на персонале, нанятом на этот день.
Она щёлкнула запястьем влево, затем вправо, указывая им, куда нести тарелки с закусками и шампанским. Как только взгляд остановился на мне, её зрачки расширились.
— Саванна! — она сосредоточилась на моём декольте. — Ты думаешь, это подходящий наряд для сегодняшнего дня?
— О, ты имеешь в виду из-за того женатого извращенца, который пялился на меня в папином офисе? Пожалуйста, скажи мне, что он отказался от приглашения.
Она сузила глаза, и её губы сжались в тонкую линию. Прежде чем она успела ответить, пара важных гостей прошла мимо, приветствуя её.
Она натянула улыбку.
Потом я увидела Кейдена в дверях в белой рубашке с закатанными рукавами. Знал ли он, насколько сексуален? Мой взгляд переместился с его подтянутой талии и крепкой груди на чисто выбритое лицо, на котором осталась лишь тень щетины.
Он улыбнулся, заметив меня. В моём горле образовался комок, а миллион бабочек исполнили сложный танец в моём животе. Казалось, что мы с Кейденом были единственными людьми в комнате. Он пристально смотрел на меня, и в то же время я удивлялась, как мужчина может быть таким красивым. Люди привыкли говорить, как красива женщина, но я редко слышала, чтобы этот термин относился к мужчинам. Но он был воплощением этого определения.
Меня влекло к нему так, как я никогда не испытывала раньше. Но это было нечто большее — ощущение, что я знаю его так, что не могу понять до конца. Это пугало, но в то же время интриговало. И всё же я хотела узнать о нём больше. Я хотела узнать больше о его прошлом, о том, как работает его разум, и почему мне казалось, что между нами есть нечто большее, чем просто тайные друзья детства. Но больше всего я хотела понять, почему он так притягивает меня.
Кейден осторожно подошёл ко мне. Сначала я не знала, почему, но один взгляд в сторону моей матери — и всё стало ясно.
Она смотрела на Кейдена, её тело было неподвижным, как скала, а глаза были двумя змеиными щелями. Я не могла понять, в чём дело. Возможно, она слышала сплетни о его репутации в школе? Но это было давно, а сейчас Кейден был профессиональным спортсменом, человеком, о котором пишут в Интернете и журналах.
— Мама, это Кейден Уилдерсон. Я пригласила его присоединиться к нам сегодня.
— Миссис Элсвуд, — сказал Кейден.
— Кейден, — обратилась она к нему, — я слышала, что ты вернулся из Англии.
Где слышала? Может быть, она говорила с Итаном или его родителями?
— Временно, — сказал Кейден.
Временно.
Напоминание о том, что всё, что происходит между нами, никогда не перерастёт в нечто большее.
— Хорошо, — ответила моя мама. — Тогда, я полагаю, тебя здесь мало что держит.
— Я бы так не сказал. Моя семья здесь, и они значат для меня весь мир.
— Конечно, — ответила мама. — Но ты так далеко продвинулся в своей спортивной карьере, ты же не хочешь, чтобы что-то удерживало тебя от дальнейшего прогресса?
Я смотрела между мамой и Кейденом. Казалось, они вели отдельный разговор, с непонятным мне подтекстом.
Я посмотрела на Джейка, но он пожал плечами и пошёл в другом направлении. Я переводила взгляд с Кейдена на маму, пытаясь расшифровать ощущение дискомфорта и напряжения, царившее между ними.
Внезапно она повернулась ко мне.
— Саванна, могу я поговорить с тобой? Наедине, — добавила она таким тоном, что это был приказ, а не просьба.
Я бросила на Кейдена извиняющийся взгляд, надеясь, что недоброжелательное отношение моей матери не отпугнёт его. Она редко вела себя так на людях. Ей нравилось казаться очаровательной и культурной. Нотации и крики она приберегала для тех случаев, когда наша семья оставалась одна, только я и мой отец. В основном я. Но, похоже, в этот раз она не ждала.
Я последовала за ней через стеклянные французские двери в пустой внутренний дворик, наши каблуки щёлкали по мраморной плитке. Её шаги звучали резко и сердито, но снаружи никого не будет до позднего времени. Сейчас нас никто не слышал.
 
Вид из окна был впечатляющим. Это была моя любимая вещь в нашем доме. Пышные газоны и сады в сочетании с глубоким каньоном и широким видом на заднем плане создавали ощущение уединения от цивилизации. Когда была младше, я проводила часы напролёт на этом заднем дворе.
Теперь я вспомнила, что большую часть этого времени проводила с Кейденом. Знала ли моя мать об этом каким-то образом?
— Что здесь делает Кейден Уилдерсон?
Она скрестила руки, его имя ядовито звучало на её языке. Выражение её лица оставалось нейтральным, маска была на месте. Но её тонкие губы и язвительный тон сообщили мне, что она не впечатлена.
Моя мама была одета в длинное платье от Селесты с синим рисунком гепарда. Тонкий чёрный пояс стягивал её талию; она явно хотела продемонстрировать свои результаты после ежедневных занятий пилатесом.
Я пожала плечами.
— Я же сказала тебе. Я пригласила его.
— Я не знала, что вы близки. У меня было впечатление, что он всё ещё в Англии.
Это прозвучало почти как будто она разговаривала сама с собой. Что я могла на это ответить? Он явно больше не был в Англии.
— Ну, он вернулся, как ты заметила.
— Тебе не кажется, что ещё слишком рано начинать новые отношения? Он двоюродный брат Итана.
Я не понимала её проблемы, но опять же, это не было особенно необычным поведением для неё — влезать во все мои отношения. Репутация была жизненно важна для неё и моего отца.
— Мы просто друзья. Мне ведь можно иметь друзей, не так ли? — спросила я. — Но ты читаешь мне нотации не из-за этого. Так в чём, собственно, дело?
Моя мама выдохнула, разглаживая руками платье.
— Кейден… он просто притягивает плохие новости. Кажется, неприятности всегда находят его.
— Полагаю, ты имеешь в виду его проблемы в старшей школе, что, напомню, было много лет назад. Я думаю, что ты будешь впечатлена тем, что он теперь профессиональный футболист. На самом деле, я думаю, что это полезно, что он сегодня здесь. Я уверена, что некоторые люди с удовольствием побеседовали бы с ним о его достижениях.
Чем больше я говорила, тем больше глаза моей матери превращались в тонкие щёлки. И тем больше я начинала сомневаться в том, что это действительно так. Было очевидно, что моя мать что-то имеет против Кейдена.
Голос заставил меня вздрогнуть, прежде чем я успела сказать что-то ещё на эту тему.
— Кэтрин! Я искала тебя… О, я не помешала?
К нам подошла одна из ближайших подруг моей матери. Бренде было около сорока лет, и от неё не осталось ничего настоящего. У неё были фальшивые сиськи, фальшивая задница, фальшивые зубы, фальшивые волосы и, конечно, семидесятилетний политик в качестве мужа.
— Нет, всё в порядке, — моя мама махнула рукой. — Я просто говорила Саванне, как важно сегодня окружить себя правильными людьми. Это идеальное время, чтобы наладить связи для её будущего.
— Я согласна, — отозвалась Бренда.
Согласилась бы она, если бы моя мама сказала ей прыгнуть с моста или признаться в убийстве, которого она не совершала? Она была человеком «да», не имеющим собственного мнения.
— Ну, думаю, я вернусь к своим друзьям.
Я сделала ударение на последнем слове, а затем ускользнула, прежде чем мама успела бы меня остановить. Внутри я огляделась в поисках Джейка, но не смогла заметить его среди толпы. Вместо этого мой взгляд упал на Кейдена, прислонившегося к барной стойке. Его взгляд уже был устремлён на меня, и мне стало интересно, как долго он за мной наблюдает.
— Извини за мою маму, — извинилась я.
— Не нужно извиняться. Ты не имеешь к этому никакого отношения.
Я надеялась, что у моего отца будет другая реакция на Кейдена. Если бы я вообще с ним сегодня разговаривала. Казалось, он исчезал на этих мероприятиях.