Крепость демона 2 (СИ)
«Красиво.»
Он улыбнулся, белые зубы на чёрном лице выглядели так, как будто кто-то разрезал маску. Он мягким движением забрал у меня бокал, цокнув когтями по стеклу, сказал мурлычущим шёпотом:
– Спасибо, принцесса. Всё-таки можно доверять женщинам, не всем и не всегда, но тебе – точно можно.
Я слегка кивнула, не то чтобы соглашаясь по всем пунктам, но всё же принимая его благодарность, он сделал глоток, на миг прикрыл глаза от удовольствия, приоткрыл и посмотрел на меня, с соблазнительным прищуром предлагая:
– Хочешь? Гномы знают толк в выдержке.
Я не могла с уверенностью сказать, что на меня больше повлияло – его голос, его глаза или волшебное слово «гномы», но я кивнула:
– Давай.
Я ожидала, что напиток будет очень крепким, и что Алан предложил мне его исключительно с целью полюбоваться моим перекошенным лицом, и уже внутренне собралась, делая первый глоток и обещая себе ни в коем случае не доставить ему этого удовольствия, когда поняла, что алкоголь меня не обжигает. Я чувствовала насыщенный многогранный вкус, похожий на горьковатую карамель из кленового сиропа и каштанового мёда, чувствовала густой запах дерева и приятное тепло внутри, как от острой еды, и всё.
«Эльфы не пьют алкоголь. Вот только я не эльф.»
Алан смотрел на меня так, как будто наслаждается каждой секундой гораздо сильнее, чем я, мне не хотелось в этом участвовать, поэтому я вернула ему бокал и спросила, просто чтобы что-то сказать:
– Где мой молот?
– Это молот Армина Третьего Иссадора, наследника владыки одного из крупнейших королевств Мира демонов.
– Уверяю тебя, он ему больше не понадобится.
Алан рассмеялся и попытался меня обнять, я увернулась и отошла, он сделал вид, что не особенно расстроился, но по каналу прилетела такая волна боли, что я только сейчас вспомнила о нём и поскорее закрыла. На мне стояло столько заклинаний, что мне нужен был час медитации просто на то, чтобы разобраться в них и снять лишние, но времени не было, я пообещала себе, что займусь этим позже. Алан сказал гораздо более трезвым и деловым тоном:
– Этот молот – древний артефакт, очень мощный, я отдал его специалистам, пусть изучат. Я верну его тебе через пару недель, если захочешь.
– Я подумаю, – я не смотрела в его сторону изо всех сил, осматривала стену и бегающих по лестницам солдат, заметила раненого и решила, что я сейчас буду гораздо полезнее в роли врача. Развернулась уходить, но передо мной приземлился Лион, протянул Алану одну из моих бутылок с эликсиром, ещё одну такую же протянул мне, я не стала отказываться. Лион пошёл раздавать бутылки дальше вдоль стены, но быстро вернулся, остановился рядом с Аланом и тихо спросил:
– Вы в порядке?
Алан ответил ровно, с задумчивым видом глядя на пустую банку от эликсира из меня:
– Да. Какие планы?
– Стандартные. Лечимся, оцениваем ущерб, отправляем отчёт, восстанавливаем что можем.
– Кому отчёт?
– Тебе, по ходу. Или кто там тебя сейчас заменяет?
Алан поморщился и качнул головой, продолжая смотреть на банку:
– Я не в курсе, владыка кого-то назначил.
– Кого-то, кто не подал сигнал, когда они прошли?
Алан поднял взгляд на Лиона, они молча посмотрели друг на друга пару секунд, потом Алан медленно глубоко вдохнул и очень тихо сказал:
– Я разберусь. Отчёт мне, через час.
Лион кивнул так, как будто это был правильный ответ, хотя я подозревала, что Алан старше, и по возрасту, и по званию, но они как-то между собой эти вопросы субординации уже решили, разделив зоны ответственности. Я посмотрела на свою зону ответственности – внизу было море раненых, им требовалась помощь, и я собиралась этим заняться, как только Лион перестанет перегораживать мне путь к лестнице. Лион на меня не смотрел так старательно, как будто цель его жизни состояла в том, чтобы стоять своей безразмерной крылатой тушей именно в этом месте. Он в очередной раз проигнорировал мой прямой взгляд и сказал Алану:
– Там за хребтом есть озеро, если крылья не уберёшь, спустишься быстро. Обратно можно дойти пешком минут за сорок, через туннели, там есть метки.
– Спасибо, иди.
Лион забрал у нас обоих пустые банки из-под эликсира и пошёл дальше вдоль стены, я развернулась в сторону лестницы, Алан поймал меня за локоть, тут же убрал руку и улыбнулся с очаровательно-невинным видом:
– Пойдём со мной. На озеро, тут близко.
– Иди сам. – Я отвернулась от него, стала внимательно смотреть на беготню внизу, – здесь нужны врачи, а я хоть спорный, но врач.
Я опять попыталась шагнуть к лестнице, Алан загородил мне путь крылом, я закрыла глаза, чтобы не смотреть на него и не думать о том, какое оно на ощупь. Он сказал соблазнительным шёпотом:
– Принцесса, решайся, тебе понравится. Я же тебя не в загс зову, а просто на приятную прогулку вдвоём, без обязательств и ответственности. Ты сегодня солдат, а не врач, здесь и без тебя врачей достаточно, ты имеешь полное право отдохнуть и получить немного запретных удовольствий на эмоциях после битвы. Это же как пьяные, не считается.
Я посмотрела на него прямо, в очередной раз думая о том, как вообще умудрилась даже подумать о браке с этим клоуном, и сказала ровно и чётко:
– Я уже два месяца себе не вру, Алан, и другим не позволяю. Очень круто, попробуй как-нибудь для разнообразия.
Он перестал улыбаться и прикидываться соблазнителем, сказал серьёзно:
– Давай просто поговорим, а? Можешь мне уделить немного своего бесценного времени? Я тебе жизнь спас.
– Я тебя не просила.
– А зачем ты меня звала тогда?
– Я тебя не звала, я прощалась.
– Ты сказала, что это был лучший вечер в твоей жизни.
– Я сказала это, чтобы ты не винил себя в моей смерти. – Он опустил глаза, я продолжила чуть мягче и гораздо тише, как будто нас мог кто-то подслушать, хотя на всём пролёте между башнями не было никого, Лион всех увёл, – и чтобы ты знал, что я не держу зла.
– Ты не держишь зла? – полуутвердительно уточнил он, я кивнула:
– Я не держу зла. Только благодарность за всё хорошее, что было, но кончилось. Спасибо, прощай, мне надо идти, позаботься о себе, – я предельно равнодушно указала взглядом на его не особенно серьёзную рану, чётко развернулась к лестнице, думая о том, что если он не уберёт крыло, я спущусь со стены левитацией. Он убрал.
***
Как только я спустилась вниз, меня поймала за руку девочка из параллельной группы, грязная, лохматая и окровавленная, но бодрая, я решила, что это не её кровь. Она ловко повязала мне на запястье зелёную ленту и скороговоркой протараторила уже много раз повторённую за сегодня фразу, судя по тому, как заученно она звучала:
– Идите к лазарету, вон там белые палатки, становитесь в очередь, вам окажут помощь. Вы меня слышите? Вы всё поняли? Кивните. – Я кивнула, она сказала: – Спасибо, – и размашисто пошла к следующему солдату.
«Она меня не узнала в этой каске и бронежилете. Надо снять.»
Девочка пробиралась к следующей цели, карабкаясь по обломкам и переступая тела, я смотрела на неё – шлёпанцы, пижамный комбинезон со слониками, сверху жёлтый медицинский жилет с красным крестом в белом круге во всю спину – местные, у нас в Верхнем были другие. Через плечо медицинская сумка, из неё торчат края лент, зелёная, жёлтая, красная и чёрная. Я посмотрела на свою зелёную – она означала, что у меня лёгкое ранение, не требующее срочной помощи, и что я могу самостоятельно передвигаться.
«Где она нашла у меня ранение?»
Я осмотрела себя, но бронежилет был такой пыльный, что было непонятно, какого он вообще цвета, правый рукав был грязный, левого рукава не было. Шлем не давал нормально повернуть голову, чтобы рассмотреть, я сняла его, потом сняла бронежилет, с трудом разобравшись в застёжках, осмотрелась, не зная, куда это всё деть. Мой взгляд поймал один из солдат, подошёл и предложил помощь, я отдала, он унёс вещи куда-то вверх по лестнице стены. Я осмотрела свою кофту – рукав был отрезан, плечо было забинтовано, боли или дискомфорта я не чувствовала, поэтому решила разобраться с этим позже, а пока заняться тем, что умею.