Крепость демона 2 (СИ)

– И давно она эти щиты поставила?
– Как только поняла, что я читаю мысли. Тогда я её уломал снять, но потом она опять закрылась, и уломать ещё раз у меня не вышло. Сейчас ходит с мордой кирпичом, и на любые вопросы и предложения говорит: «Не хочу».
Деймон сделал скорбное лицо и кивнул:
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
– Тебе абсолютно точно конец.
Алан вздохнул, допил, налил и посмотрел на брата с хитренькой улыбочкой:
– А ты не мог бы поговорить со своей, чтобы она поговорила с моей, и как бы невзначай поинтересовалась этим моментом? Посоветовала там что-нибудь философское и всепрощающее? – Деймон без улыбки качнул головой, Алан улыбнулся соблазнительнее: – Не за спасибо, разумеется. С меня подарок, и тебе, и ей, и вообще. Нет?
Деймон качнул головой решительнее:
– Нет. Я даже просить не буду, и лучше ей не знать, она ревнивая, как не знаю кто. Если она узнает, она просто тебя возненавидит, и приговорит к казни без суда и следствия, для неё это самое страшное предательство, которое только может быть. Если я ей скажу, она тебе не только не поможет, она ещё и приложит все силы, чтобы твоя тебя бросила. Она считает, что любовь – это когда никто больше не нужен, ни для чего, и если я люблю её, то от остальных баб должен шарахаться и отмахиваться её портретом. Я всех шлюх в телефоне либо удалил, либо переименовал, сотрудницам возраст поставил и семейное положение, что они бабушки уже, и про каждую рассказал, почему они мне не интересны, и почему моя Никси лучше них.
Алан тихо рассмеялся, посмотрел на брата с ироничным сочувствием, тот мстительно добавил:
– И вообще-то, не знаю, как в человеческих мирах, но у эльфов тоже измена дело серьёзное. Ты встрял. Я не знаю, что тебе придётся сделать, чтобы восстановить отношения.
Алан перестал улыбаться, повисла тишина, потом Деймон спросил серьёзно:
– Ты что-то уже пробовал?
– Шубу купил.
Деймон поднял брови:
– Не натуральную, я надеюсь? – Алан промолчал, Деймон хлопнул себя по лбу и простонал: – Натуральную?! Ты сдурел? Эльфы не носят мех!
– Кармен носит.
– Он искусственный!
– Выглядит как настоящий, – мрачно пробормотал Алан, Деймон опять схватился за лоб и с сарказмом объявил, разводя руками:
– Потому что это его предназначение, выглядеть как настоящий. Что она тебе сказала?
– Что эльфы не носят мех, и чтобы я не покупал ей вещи без неё.
– И всё?
– Всё.
– Скандала не было?
– Нет.
– Ну жди. Скоро будет. И будешь ты... Как ты там говоришь? «Ползать на пузе и уговаривать»? Ты ещё помнишь, как это делается, или успел зажраться с безотказными тёлками? Включишь оборотня, всё такое. У тебя обращения так и не было?
– Нет, я, в отличие от некоторых, ещё не превращаюсь в белую пушистую псину.
Деймон задрал нос:
– Это гривастый волк! Реликтовый, между прочим, ты когда-нибудь выучишь? А ты гад ползучий, ещё и неясной внешности.
– Когда станет ясно, тебе станет страшно, – фыркнул Алан, Деймон усмехнулся:
– Только языком и умеешь.
– И этим языком я заработал девять из десяти «твоих» миллиардов.
– А меня невеста любит. И даже не за бабло.
– Я своей не врал хотя бы, в отличие от тебя святого.
– Да, ты её тупо купил, как шлюху, только на подольше, а теперь изменяешь ей с другими шлюхами.
Алан резко перестал придуриваться и сказал очень тихо и серьёзно:
– Ещё раз назовёшь её шлюхой, я тебе зубы выбью. Месяц ещё выступать не сможешь.
Деймон поднял ладони и тоже сказал серьёзно и тихо:
– Извини. Но ты сам должен понимать, что ваш договорной брак – это не нормально.
– А ты должен понимать, что это моё дело, и её дело, и ничьё больше. Мы честны друг с другом, мы изначально договаривались по поводу выгодного брака, и нас обоих это устраивает. А ты свою обманул, и вот это уже реально не норма, тем более, от тебя этого ожидать вообще странно. Это я всю жизнь был сволочью, а ты был святым, с какого хрена в такой важной ситуации ты тупо поставил свою женщину перед фактом? Это на тебя не похоже. Тем более, что она бы и так согласилась, если бы ты нормально попросил и немного поползал перед ней на пузе, именно как щеночек, они на это всегда ведутся, и твоя бы повелась. Почему ты решил поступить как сволочь, в первый раз в жизни, и именно в той ситуации, в которой этого делать категорически нельзя, даже если это твой образ жизни с рождения? Что с тобой случилось?
 
Деймон повертел в руках бокал, пожал плечами и тихо сказал:
– Наверно, я чувствую её нерешительность, и поэтому не оставляю ей выбора. Устная договорённость – это пшик, сегодня «я твоя навеки», завтра «я себе это совсем не так представляла, я поторопилась, прощай». И семья её поддержит, а там семья, ты знаешь. У них родственники в Совете Альянса заседают, стоит ей один раз сказать, что я демон неизящный из отсталой приграничной дыры, как хор родственников её поддержит и убедит, что она достойна в сто раз лучшего. И мигом ей найдут светлого эльфа, который тысячу лет жил в аскезе и самосовершенствовании, храня себя для настоящей любви. И выбор будет очевиден.
Алан усмехнулся:
– Ты чувствуешь, что недотягиваешь до неё, серьёзно? У тебя проблемы с самооценкой? Это новость века. Одновременно хочется запостить на весь мир, и скрыть ото всех, потому что стыдно иметь такого брата. Соберись, тряпка. В спортзал сходи. Или в разведку боем, чтобы голова очистилась.
Деймон усмехнулся:
– Нельзя мне очищать голову, там слишком много нужных мозгов. Это такая штука, которой думают. Не заморачивайся, просто поверь на слово, штука нужная. Помогает не зажимать служанок хотя бы в том доме, в котором живёт твоя жена, просто на всякий случай, а то мало ли что. Бабы же вообще по жизни не болтливы, но иногда, очень редко, бывают исключения. Лучше перестраховаться, короче.
Алан смотрел на него с желанием ударить и мрачной улыбочкой:
– Иди в пень.
Деймон усмехнулся и не ответил. Помолчал, как будто задумавшись, и спросил:
– А ты, я смотрю, недавно оттуда? Коцаный?
Алан нахмурился:
– Нет, я в крайний раз тогда с тобой был, и всё, после этого были другие дела.
– А что болит тогда?
Алан задумался, переспросил:
– У меня болит?
– Ага. Что-то в груди, – Деймон показал на себе, – вот тут. О руль ударился, что ли? Или опять мотоцикл купил? Они же у тебя одноразовые. Хорошо хоть башка крепче мотоцикла. А рёбра, по ходу, нет. Или это лёгкие? Дай пощупать, – он привстал и потянулся к брату рукой, Алан отбросил его руку и шутливо погрозил пальцем:
– Ты давай, не строй из себя доктора. Тоже мне. Я прошёл тот же обучающий курс, что и ты, но почему-то врачом себя не возомнил.
Деймон не поддержал его шутливый тон, качнул головой:
– Ты к нормальному врачу сходи.
Алан поморщился и потянулся за бутылкой:
– Иди в пень.
Деймон продолжил на него смотреть без улыбки, Алан налил в оба бокала, вернул бутылку на место и посмотрел на брата, тот не взял свой бокал. Алан закатил глаза:
– Ладно, схожу! Легче?
Деймон взял бокал.
– Легче будет, когда сходишь.
Они выпили молча, в дверь деликатно постучали, потом она приоткрылась и заглянул отец Никси. Деймон округлил глаза, Алан поднял брови, Николас эль'Хиз обворожительно улыбнулся и сказал:
– Простите, случайно подслушал ваш разговор. Если нужен врач, то я здесь.
Деймон сделал вид, что страшно увлечён блюдами на столе, Алан неоднозначно двинул бровями, потом пожал плечами и указал новому гостю на свободный стул, подождал, пока Николас сядет, и спросил:
– Хотите сказать, что можете мне помочь?
– Смотря, что тебе нужно, совет или консультация, – он с невинной улыбкой выбрал себе бутерброд и с удовольствием откусил, не переставая улыбаться. Алан спросил:
– А какая разница?
– Совет бесплатный.
– Тогда совет, – ехидно улыбнулся Алан.