Защитник рода. Том 1 и 2 (СИ)

— О, а вот и наша "потеряшка" нашлась, — такими словами встретила Свету куратор ее группы.
— Извините, я болела.
— Да, я знаю, — принимая липовую справку, кивнула женщина. — Но теперь тебе придется многое нагонять. Обязательно подойди к Пархоменко, он даст тебе лекции.
Пархоменко был старостой группы. Выбранная в первый день старостой Макарова не оправдала надежд, напившись первого сентября вечером в клубе и уйдя на два дня в загул.
— Я тоже могу ей свои лекции дать, — вызвалась сестренка.
— Хорошо, Нурина. Тогда идите, у вас сейчас русский язык по расписанию.
Сейчас мы находились в кабинете куратора Доминой Оксаны Валерьевны. Ритка, как я понял, прибежала сюда, чтобы меня увидеть. Я уже успел ей похвастаться своими возможностями по смс, и ей наверняка не терпелось увидеть меня собственными глазами.
На выходе из кабинета мы столкнулись с молодым парнем. Блондин, прическа короткая, одет просто, но со вкусом. Легкая белая рубашка поверх футболки без рукавов. Не помню, как такие называются. Брюки тоже светлого оттенка, на ногах — туфли в дырочку. Его лицо мне было знакомо, только я не понял почему, пока Ритка не обняла его, поцеловав в губы.
"Да это же тот напомаженный!" — пришло ко мне воспоминание первого дня поступления. С того момента его внешний вид сильно изменился. Стал менее "педиковатым". Следом попыталась прийти ярость — он же мою сестренку у меня на глазах целует! Но ее удалось задавить. Помогли медитации, а еще — повысившаяся чувствительность к чужим эмоциям. Я не испытывал к нему негатива, потому что его не испытывала Рита. Наоборот, он мне даже стал немного симпатичен. Тьфу-тьфу-тьфу, самому бы от этой эмпатии не поменять ориентацию. Да и парень, Андрей кажется его зовут, тоже к сестре испытывал не только похоть, но и даже нежность. Неужели сестренке реально повезло, и она нашла нормального пацана себе?
"Вот это мы сегодня и проверим" решил я и двинулся вслед за троицей на занятия.
  
Глава 9. Зачем я "живу"?
 
На лекции по русскому мне снова на глаза попалась бабулька-дух, что сидела на заднем ряду поставленных амфитеатром парт и искоса поглядывала сверху за всеми студентами. Ее внук сидел через ряд от нее, ближе к преподавательскому столу. О том, что это за Селезнев такой и как стал медиумом, мне было интересно узнать еще в прошлый раз, а сейчас я увидел шикарную возможность удовлетворить свое любопытство «из первых уст».
— Здравствуйте, — подсел я рядом с бабулей.
Та удивленно посмотрела на меня. Даже вязать на пару секунд прекратила.
— Меня Олег зовут, а вас как?
— Марья Петровна. А ты чтож, как мой Игорек, что ли будешь? Тоже умерших видишь?
— Нет, я скорее как вы — умерший, — улыбнулся я.
Та сразу посмотрела на меня с сочувствием.
— Эх, милок. Не повезло тебе. Такой молодой, а уже…
— Да ладно, — отмахнулся я от ее причитаний. — Быть духом не так уж и плохо.
— Чтож тут хорошего-то? — не поняла она. — Тебя никто не видит. Ничего потрогать не можешь. Поболтать не с кем. Уж насколько я Игорька своего люблю, и то — лишь с ним общаться надоело хуже горькой редьки! Иногда какого духа увидишь издалека — ан он отойти от своего тела не могёт! И почему — не разобрать.
— А вы сразу могли от своего тела отойти? — удивился я.
— Конечно. А ты разве нет? — снова удивилась она.
— Нет. Пока привязку не сменил, так и ходил за своим телом. До могилы его провожал, — невесело усмехнулся я. — Если бы не Света…
— О как! Не знала, — покачала головой Марья Петровна. — А я вот от своих спиц отойти далече не могу, — кивнула она на торчащие из сумки внука металлические спицы. — Последний десяток лет всю жизнь их с собой таскала. Я же когда померла, не сразу это поняла. Проснулась в кресле, как частенько в последние дни, увидела, что вязание из рук вывалилось, и потянулась за ним. Только когда подняла, поняла, что вроде и руками спицы держу, а вот они — руки-то — на животе неподвижно лежат! Ух и испугалась я тогда! Думала, от страха умру! А того и не дотумкала, что уже все! — мелко по-старчески рассмеялась бабуля. — Потом-то ужо поняла все. Думала, что смогу как другие призраки все по своему желанию трогать, а оказалось — фиг вам! Только спицы и могу поднять. Да и далече от них не отойдешь никак! И окромя Игорька меня никто не видит. Да и он не сразу видеть начал, — тут она вздохнула тяжело, видимо вспоминая тот момент. — По первось он плакал сильно. Всегда меня по утрам навещал и в то утро пришел. Увидел… Эх… А потом, когда я не выдержала и его позвала, он услышал! Ох и удивились мы тогда с ним!! — Марья Петровна снова улыбнулась. — Ну а ты как смог тут очутиться?
 
— Как и сказал, с помощью Светы, — кивнул я на девчонку. — Она из рода медиумов. Они давно с духами работают. Мне повезло, она тогда пришла на кладбище себе защитника искать. И выбрала тогда меня. Если бы не она, меня б уже утянуло к душе мира. Это и есть окончательная смерть.
— Вот оно как, — бабуля покосилась на белокурую головку Светы, что сосредоточенно писала конспект. — Расскажешь мне об этих… медиумах? Не выдумка они, значит?
Так мы до конца занятия с бабулей и проговорили, договорившись, что ее Игорек потом придет к Дажьевым для более плотного знакомства. Надеюсь, дед не будет сильно на меня ругаться за самоуправство. Парень оказался природным медиумом, каким могла моя Ритка стать. А сама бабуля — светлым духом. Бросать их я посчитал неправильным, так что обязательно следует взять их «под крыло».
А после занятия увидев, что Андрей двинулся в сторону туалета, я решил воплотить свои мысли о проверке нового парня Риты в жизнь и двинулся следом. Сам туалет был довольно большой комнатой с рядом кабинок вдоль стены справа от входа, окном напротив входной двери и зеркалом слева. Дождавшись, когда парень завершит свои дела в кабинке (хотя так и подмывало заглянуть к нему туда с вежливым «бу!» и посмотреть, реально ли после этого все «само вылетает»), я встал у него за спиной перед зеркалом и стал «проявлять» себя. Так как нужна была эмоция, а из своих я сейчас испытывал любопытство и ревность, то без задней мысли взял их, смешал со своей энергией и позволил получившемуся коктейлю разлиться по моей сути. Результат не заставил себя ждать. Когда Андрей поднял лицо от умывальника, он увидел за своей спиной мою мрачную физиономию. Из-за добавления негативной эмоции (ревность) моя фигура в видимом диапазоне была почти черно-белой, а благодаря любопытству мои глаза чуть светились желтым светом. Получилось довольно жутковато, что сразу оценил блондинчик.
— Бл..! — матернулся он, резко повернувшись ко мне.
Я тоже не ожидал такого эффекта и надолго не удержал концентрацию, так что когда он повернулся, то никого не увидел. В его глазах я увидел сильный страх, граничащий с ужасом. Парень ме-е-едленно повернулся к зеркалу и осторожно, боясь того, что там увидит, посмотрел в него. Естественно ничего не заметил и облегченно выдохнул.
— Привидится же такое, — пробормотал он, снова набирая воду в ладони. — Нужно поменьше ужастики смотреть.
Поплескав себе на лицо, он опять посмотрелся в зеркало. Я к тому моменту сумел повторить всю процедуру по «проявлению» себя, только сейчас вместо ревности мной овладел азарт и предвкушение. Что отразилось на моем внешнем облике чуть заостренными скулами и еще сильнее светящимися глазами на этот раз с оранжевым оттенком.
— Да ну нах. й!!! — в панике отпрянул от зеркала парень, и резко повернулся ко мне.
Я же пропадать не спешил, так что он хорошо меня смог рассмотреть. И попятиться спиной вперед, закономерно при этом уперевшись в раковину умывальника.
— Изыди, — дрожащими губами прошептал он. — Уйди, сатана. Прочь! — истерично выкрикнул он последнее слово и попытался меня перекрестить.
Я лишь рассмеялся на это. По туалету разнесся мой голос. Звенящий, как металлические цепи, с нотками хрустального перезвона. Эти нотки смазывали общую жутковатую картину, так что я быстро оборвал себя.