"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)
– Прицеливаем корпусом! Рулевой – двенадцать градусов влево!
– Есть двенадцать градусов влево!
– Первый, второй, третий торпедные аппараты с двухсекундной задержкой – пли!
В центральном посту ощутили три толчка. В уравнительных цистернах зажурчала набираемая вода.
Лунин приник к перископу. Похоже, на эсминцах обеспокоились, уловив пуск торпед, но никаких следов на море не возникало, а САЭТ шли без шума.
– Ну же… – разлепил губы Лунин. – Ну…
Глухо донесся взрыв, потом еще один, и еще.
– Есть! Ха-ха-ха! Мы вспороли ему брюхо!
Громада линкора качнулась, как детский кораблик в луже, – «Тирпиц» толкали вверх седые горбы вспучившейся воды. Вот волны прорвались дымом, но главный удар был нанесен в днище огромного корабля.
Проломив стальные листы, взрывчатка мяла палубы и отсеки, рвала трубы, кромсала машины. Свирепый огонь ворвался в пороховой погреб орудийной башни «Цезарь», и лишь тогда в небо взвилось черно-оранжевое облако дыма и пламени, легко сбрасывая многотонную башню, вскрывая палубу.
Корпус линкора не выдержал и переломился. Меньшая – кормовая – часть стала погружаться в море, большая еще держалась, но тоже была обречена – вода заливала развороченное нутро «Тирпица».
– Может, и «адмирала» зацепим? – предложил штурман.
– Не будем нарываться, – мотнул головой Лунин. – У нас был приказ – уничтожить «Тирпица». Мы приказ выполнили. Домой!
* * *«К-21» без проблем легла на курс ухода, удалившись на цыпочках. Поначалу несколько эсминцев бросились искать подлодку, но вскоре вернулись к «Тирпицу» – спасать две с лишним тысячи терпящих кораблекрушение.
Носовая часть линкора вся уже поднялась над водою, оголяя форштевень до киля. Под напором моря пучились переборки, но и огонь, запущенный торпедами, тоже, оказывается, не потух – башню «Бруно», вторую, считая от носа, вынесло вбок клокочущим пламенем, настоящим извержением кордита. Пушками «выстрелило» как из пушки.
Огонь быстро угас, залитый прорвавшейся водой, и тогда из-под палубы повалили клубы грязного серого пара.
Носовая часть линкора встала вертикально, задрав нос в зенит, замерла в неустойчивом равновесии и как-то сразу, обессилев будто, ушла под воду, закрутив пенный водоворот.
Удалившись на достаточное расстояние, «катюша» двинулась к родным берегам в надводном положении. Она резала волны, скрывая под корпусом крики и смех. Уже весь мир знал о потоплении «Тирпица». Рузвельт первым поздравил Сталина с блестящим успехом, а первый морской лорд Адмиралтейства Дадли Паунд, известный своей, скажем так, робостью, радовался как дитя: отныне у немцев не было кораблей, способных вызывать страх у британского флота.
Спросив разрешения, Тимофеев поднялся на «лимузин» мостика. Внизу было душновато, а вот наверху – очень свежо. На мостике дежурили четыре сигнальщика и вахтенный офицер. Вооруженные биноклями, прикрытыми от солнца светофильтрами, они внимательно следили за морем и небом. Негоже, чтобы после такой победы нарваться на немецкую бомбу или торпеду.
Владимир длинно вздохнул, оглядывая море и лодку.
«Скорей бы достраивали новую субмарину, – подумал он. – Большую океанскую. Пора! А я до сих пор в Молотовск не наведался. Мне бы что-нибудь вроде немецкого типа XXI или нашей 613-й.
Тыщу семьсот тонн водоизмещением – это как минимум. Два дизеля по две тыщи «лошадок», и чтоб выдерживала глубину хотя бы метров триста. Ладно, пусть будет двести… Вот только что вышло из моего проекта? Что из него выкинули, а что оставили? Не-е… Надо за всем лично проследить, пусть клепают то, что надо. Сборочно-секционным методом. Главное, чтобы под шнорхелем ходила. И редуктор к такой-то матери убрать обязательно! Гремит, собака… Многоярусную амортизацию чтоб, а внешний корпус резиной обклеить. Если такая дизелюха бесшумно подойдет к конвою да парочку САЭТ выпустит… То-то шуму будет!»
Старлей, стоявший на вахте, обернулся к Владимиру и показал все тридцать два зуба.
– Подходим, товарищ Тимофеев! Скоро дома будем!
Показался скалистый берег Мурмана, и вахтенные заметили черные мушки, что вились над городом и портом.
– Бомбят, гады!
– Не должны, – спокойно сказал Владимир.
Внезапно навстречу «мушке» протянулась трепещущая искорка. Сверкнула блестка взрыва – и поубавилось мушни.
– Что это?
– Зенитная ракета, братишка, – снисходительно объяснил Тимофеев. – Такая, понимаешь, вещь! Бьет «Юнкерсы», как тапка – тараканов!
– Ну-у… Вообще!
– А ты думал?
Еще три или четыре огонечка-иголочки взлетели с земли, скрещиваясь с крестиками самолетов. И накололи самолетики, как жуков-вредителей. А ты не бомби!
Когда «усталая подлодка» приткнулась к причалу, «Юнкерсы» отогнали, сбив полную девятку. И Мурманск, выстроенный в основном из дерева, уцелел на этот раз, не выгорел. А в порту немцам удалось спалить старый дощатый склад, куда сбрасывали попревшие канаты, – вот и все потери.
«Катюшу» не встречал оркестр, не было цветов, зато как сиял комфлота Головко! Тимофеев и сам не сдержал улыбки – расплылся от уха до уха и помахал встречавшим рукой. Свои.
Глава 15. «Ни шагу назад!»
А на Донбассе бои не прекращались всю вторую половину мая.
Еще в январе войска Юго-Западного фронта успешно наступали на Изюм. Был создан плацдарм на западном берегу Северского Донца в районе Барвенково, откуда можно было продолжить наступление на Харьков и Днепропетровск. РККА захватила главную базу снабжения 17-й армии вермахта в Лозовой и перерезала железную дорогу Днепропетровск – Сталино, по которой снабжали 1-ю танковую армию фон Клейста.
Само собой, командование группы армий «Юг» не собиралось терпеть такое поношение, планируя наступление 18 мая с целью ликвидировать барвенковский плацдарм.
И в той истории, которую в школе учили что Илья, что Марлен Исаевы, все у немцев получилось.
Малиновский бездействовал, Хрущев с Тимошенко брехали дуэтом, уверяя Сталина, что немцы будут сидеть смирно, а дальше кто в лес, кто по дрова, смешались в кучу танки, люди…
Теперь кое-что изменилось. Командующий Южным фронтом генерал-лейтенант Толбухин грамотно расставил части 9-й, 18-й и 57-й армий, и они, тесно взаимодействуя с войсками Юго-Западного фронта, которым рулил генерал-лейтенант Ватутин, связали боем всю армейскую группу Клейста, включая 17-ю армию, и не позволили немцам перегруппировать силы.
Гитлеровцы задумали провести операцию «Фредерикус» – нанести два удара по сходящимся направлениям на южной стороне барвенковского плацдарма, рассечь оборону 9-й армии, уничтожить ее части, после чего форсировать Северский Донец, соединиться с частями 6-й армии Паулюса, оборонявшими Чугуевский выступ, и завершить окружение советских войск.
Но не заладился у фон Клейста задуманный контрудар – немецкие танки завязли в мощной линии обороны. А второго июня в бой вступила 1-я тяжелая танковая бригада РККА.
Танки «КВ-1СМ», поддержанные моторизованной пехотой, самоходками и батальоном «Т-34–57», нанесли контрудар, выступив против 5-й танково-гренадерской дивизии СС «Викинг».
Первыми приняли удар танкисты полка «Норд-ланд», укомплектованного добровольцами из Норвегии, Швеции, Эстонии и Финляндии. Стреляли они метко, вот только снаряды их пушек не брали «КВ», зато 107-мм орудия так давали сдачи, что в течение двадцати минут ожесточенного сражения полк перестал существовать.
В это время «СУ-152» основательно прореживали колонны танкового полка «Вестланд», в этом им помогали «танки-истребители», как еще в 41-м прозвали «Т-34–57». Пехота поддерживала танки, воюя с панцер-гренадерами.
Подкрепления – два танковых батальона 13-й дивизии полковника Херра – не помогли «Викингу». Группа штурмовиков «Ил-2» испытала на них противотанковые авиабомбы. Испытания прошли успешно.
К двум часам дня дивизия «Викинг» понесла такие потери, что можно было говорить о ее полном уничтожении. В прорыв устремились части 9-й армии РККА, а вот 17-й армии Вермахта очень не повезло – их позиции были атакованы двумя эскадрильями «Ис-15». Первым делом они освободили подвески от кассетных и напалмовых бомб, а затем взялись уничтожать грузовики, бронетранспортеры и прочее имущество пушечным огнем. Досталось и легким танкам «Т-II», чья броня не выдерживала попаданий 37-мм снарядов. Для танков «Т-III», чья шкура была потолще, сгодились ракеты «Катран», хотя и не все из них поразили цель.