"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)

– Тима! – послышался перепуганный голос Наташи. – Тимочка!
– Здесь я! – откликнулся Тимофей. – Пригнись!
Едва не падая, Стоун добежала до него и вцепилась в рукав.
– Живой! – выдохнула девушка.
– Да что мне сделается… Ты мне лучше объясни, что тут делает спецназ.
– Не знаю, Тим, но двое «чёрных» чуть было не застрелили Рыжего, выпытывая, где живая вода!
– Ах, вот оно что… Цел хоть Рыжий?
– Цел! Змей обоих так головами щёлкнул, что… Короче, перестарался.
– Понятно… У нас под боком неизвестная подлодка. Надо ее чем-нибудь основательным угостить!
Наталья тут же поднесла к губам радиобраслет.
– Змей! – кликнула она. – Хватай Белого и дуй на правый борт! У них тут субмарина!
Ожидание не затянулось – вскоре в темноте нарисовались два силуэта, один огромный, другой не очень.
– Вы где? – прогудел Тугарин-Змей.
– Тут мы.
– Ну-ка, – сказал Сихали тихо, – залпом.
Втроем они резко перевесились за борт и нажали спусковые кнопки. Субмарина уже погружалась, и три воющих разряда угодили в переднюю рубку, разворачивая ее лепестками тлеющего «цветка». Вторым залпом накрыли кормовую надстройку.
– Заполучи… – пробурчал Илья.
– Все живы? – обернулся к нему Браун.
– Почти.
– Рыжего задело, – нервно проговорил Белый, – и Стана маленько царапнуло – тётя Хани сейчас над ним кудахчет... Ничего, мы их сейчас живою водичкой попользуем, будут как новенькие!
Китопасы медленно сходились, переговариваясь приглушенными голосами, словно боясь чужих ушей.
Тимофей посопел и сказал, мрачнея:
– Это далеко не простые налетчики. Океанская Гвардия. Видели, какие у них аквастаты? У всех «Ихтиандры»! И что это было – самодеятельность чья-то или исполнение приказа сверху? Но это вопрос номер два. А вот кто мне ответит, откуда они узнали, что у нас есть живая вода?
Китопасы переглянулись. Шурик Белый почесал в затылке и проговорил задумчиво:
– Может, кто с «Симушира» сдал? Я там не всех знаю…
– Точно! – кивнул Рыжий. – Наши баржи почти рядом стояли, а мы так орали, что всем слышно было!
– Ладно, разберемся, – сказала Наталья. – Вахты удвоим, будем меняться через каждые два часа. На мостике буду дежурить я и… кто со мной?
– Я, – молвил Браун.
– И Тима, – договорила Стоун, сладко улыбаясь.
  
Глава 7. Китокрады с «Сэкл Джей»
 
На ранчо «Сэкл Джей» когда-то разводили синих китов. Отлетовав у берегов Аляски, громадные полосатики плыли на юг, в тропики – пастись на зимних пастбищах и продолжать китовый род.
Трасса их миграции проходила через Гавайский коридор, рассекающий громадные планктонные плантации, и заканчивалась у атолла Пальмира. «Валбои» с ранчо «Сэкл Джей» проложили трассу именно тут не случайно – нужно было удалить пути следования усатых китов от морских дорог зубатых. Кашалоты – самые драчливые из китообразных, и незачем было сводить их со смирными финвалами да сейвалами.
Китопасы с «Летящего Эн», «Соединенного Джей Эй», «Наклонного Эр», «Бокс Аш», «Тире 20» гнали своих кашалотов миль за двести к западу, а восточные pheseter’ы, нагуляв жирок в заливе Аляска, следовали к островам Ревилья-Хихедо, держась ближе к материку.
…Перри Канн по прозвищу Шорти – Коротышка – поглядывал на синих гигантов, высунувшись из крохотной рубки, и думал.
Тридцать девять лет он делает вдохи и выдохи на этой планете. Топает по суше, плюхается в воду, много ест и долго спит. Лет двадцать усиленно интересуется девочками и прикладывается к бутылке, может часами пропадать в виртуалке, а порой, когда особенно гнусно становится, залезает в теплую ванну и включает «электронный наркотик».
Когда-то ранчо «Сэкл Джей» принадлежало Старому Быку Джордану, но Перри обломал старику рога – его парни уложили всех китопасов Джордана, а потеряли одного лишь Васко Грэхема, человечишку подловатого, так что не жалко было.
Стадо полосатиков Шорти распродал меньше чем за год. Пасти китов, приручать вольных, лечить их, кормить, охранять – всей этой ерундой Канн себя не отягощал. Лень было. Да и зачем разводить своих финвалов с сейвалами, когда этим занимаются соседи? Так он и жил, приворовывая, – там парочку «синеньких» уведет, там троечку «займет». Отгонит пройдошливым японцам, и все путем – отощавшие карманы заново оттопыриваются хрустящими бумажками. Связываться с Перри Канном никто не осмеливался – его «стреляющие валбои» кого угодно заставят притихнуть. Их насчитывалось сорок человек. Сорок стволов.
 
Был, правда, один комиссар, Лил Мейси. Сделал он попытку явиться к Канну и потребовать уважения к закону. В тот же день тело комиссара торжественно предали воде…
Временами Шорти надоедали киты. Тогда он собирал своих «головорезиков» и отправлялся искать приключений – пиратствовал, нападал на СПО и береговые станции, преследовал искателей сокровищ.
Вон, по весне выискались умники, нашли потопленный японский линкор. Тот уже весь зарос кораллами, но в корабельных сейфах лежали рубины и опалы, награбленные в Бирме еще во Вторую мировую. Умники-разумники их подняли, а тут и ребятки Канна с бластерами наголо – делиться надо! Хорошо они тогда поимели…
И что? Для чего это все? Вот скоро ему стукнет сорок. Это ничего, деньжат на омоложение он подкопил будь здоров – глядишь, и сотню разменяет в полном расцвете сил. А чего для? Цель какая есть у него, чтобы силы эти прикладывать? Глупые вопросы...
Шорти поморщился и сплюнул в Тихий океан. Попал в медузу.
Это все Дон Шухарт мозги ему баламутит. Философ, блин...
Ранчер мрачно нахмурился. Как началась вся эта кутерьма в мировом масштабе, так и идет... Лет тридцать уже, если не больше. Криков было, когда нанофабрику запускали в Дюранго...
Одни «ура» кричат, радуются, что больше работать не надо будет – изобилие же! Другие орут: «Долой красную нанозаразу!» Репликаторы-то по лицензии строили, русские их первыми запустили, как когда-то спутник. А самые нудные о хаосе тогда толковали, о закате Евроамерики, о попрании идеалов с устоями.
Ему тогда лет пять было, или шесть уже… Отец однажды вернулся с работы раньше обычного – он механиком был в «Ю. С. Роботс» – и говорит: все, отработал! Теперь, говорит, на моем месте пусть кибер вкалывает, а он заживет на всем бесплатном!
И как-то все у них быстро наладилось – никто больше не вставал рано по утрам, не спешил на работу – зачем? Продукты – по талонам Фонда изобилия, проезд за счет муниципалитета, тряпки – даром.
Дрыхли до десяти утра, потом вставали, слюноточили и шли гулять. По реалам с виртуалками ходили, в фантоматы заглядывали, а когда сутолока надоедала, отправлялись на природу – купались до посинения и загорали до почернения. А маленький Перри ревел по утрам от обиды – все спят, главное, а ему одному в школу идти! Но ничего, отучился с горем пополам. Отец к тому времени спился совершенно. Раньше в рот не брал, а лишился работы – стал закладывать, весь свой личный фонд тратил на синтетическое виски. Мамуля в религию ударилась, к неофилитам прибилась, совсем чокнулась на божественном. Сестричка настоящей шлюхой заделалась, с тринадцати лет «мужиков доила» – так она это называла. И братца совратила. Инцеста не было, Мэг его раздела только и подружке подсунула. Гермионе, рыженькой сучонке. И понеслось...
Было ли ему плохо от такой жизни? Да нет... И ма, и па, и сестренка были исключительно довольны «Позолоченным веком». Вся их улица благодушествовала и сладко похрюкивала – царство божие на земле устроилось! Аминь.
«Ю. С. Роботс», где отец работал, национализировали – лишь бы производство сохранить. Потом «Юнайтед Рокетс констракшн» перешла в госсектор, «Нортроникс», «Мэшинтрекс»...
А Шорти по-своему устроился в этой жизни – сколотил банду еще в сопливом возрасте и грабил дома богатых профи. Не потому, что голоден был или раздетым ходил, просто хотелось пожить красиво – испробовать натурального мяса на закуску, выпить настоящего шампанского. А деньги где брать? Из личного фонда? Там тех денег было… Гроши! Правильно, а зачем неработающему наличные? Живет в бесплатной квартире, питается в бесплатных столовках, ездит на бесплатном метро. Какие ему еще деньги? На утку с трюфелями а ля натюрэль? А жирно не будет?