"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)

Ася подобралась к Судоплатову и громко пропищала:
– Вежа сообщает о выходе наших из крепости! Говорит, минут через десять можно переносить огонь!
Павел кивнул.
– Слышали, артиллеристы?
– Так точно! – отозвался «главный канонир». – По вокзалу?
– Лупите!
– Есть!
– Муха!
– Рядовой Муха…
– Отставить. Данила, готовь взрывчатку. Начинишь по полной!
– Так точно!
– Володя!
– Я понял! Доставим!
Шесть трофейных «Бюссингов» отъехали к Бресту, навстречу отступавшему отряду Гаврилова. Последняя гаубица еще стреляла по казармам, а первую уже чуток разворачивали для обстрела железнодорожной станции.
Пристрелявшись – Вежа наблюдал за «экзекуцией» с пожарной каланчи, «подрабатывая» корректировщиком, – батарея принялась все так же неторопливо и безжалостно забрасывать снаряды на пути Брест-Литовского железнодорожного узла. Корежить паровозы и вагоны, цистерны и склады. И вот еще одно зарево осветило темное небо…
К рассвету, совершив две ходки, шоферы вывезли всех защитников Брестской крепости. Мест не хватало, но «гавриловцы» готовы были и пешком уходить к своим. Раненый, буквальным образом опаленный войной, командир осажденных подошел к Судоплатову и неловко представился:
– Майор Гаврилов.
– Майор Судоплатов.
– Ну, вы им и врезали, товарищ майор!
– Старались! – засмеялся Павел. – Муха!
– Все готово, товарищ майор госбезопасности!
Судоплатов улыбнулся: Данила уточнил его звание специально для Гаврилова, чтобы тот проникся [201].
– Уходим!
Обстрел закончился, но в ушах все еще звенело, а весь мир, казалось, шатался. И вот позади колонны грянуло. Шесть взрывов ударили сообща, куроча гаубицы. Хороши пушечки, слов нет, только вот на разборку и доставку не оставалось времени.
Отряд «Олимп», в один момент пополнившись на четыре сотни человек, возвращался с победой.
А. Гусев:
«Среди защитников Брестской крепости самыми ненадежными оказались не конвойники (которые были преимущественно славянами, членами ВЛКСМ и ВКП(б), а поляки. Вот как это описывает писарь 333-го полка А. И. Алексеев:
«До начала войны проходили учебные сборы приписного комсостава Брестской области, ранее служивших в польской армии. Несколько человек из приписного состава прошли через мост, повернулись в левую сторону реки Муховца, вдоль земляного вала, и один из них держал в руке белый флаг, перешли на сторону врага».
Это случилось 22 июня!
Среди защитников Брестской крепости было много представителей разных национальностей: русские, украинцы, евреи, грузины, армяне…
Но массовое предательство наблюдалось только со стороны поляков.
Почему немцы понесли столь большие потери?
Бойню в Брестской крепости они устроили себе сами.
Не дав возможности выйти из крепости бойцам Красной Армии, немцы начали штурм.
Защитники Брестской крепости в первые минуты штурма были настолько ошеломлены, что практически не оказали никакого сопротивления. Благодаря этому штурмовые группы немцев прошли на центральный остров, захватили костел и столовую.
И в это время крепость ожила – началось побоище.
Именно в первый день – 22 июня – немцы понесли в Брестской крепости наибольшие потери.
Это «новогодний штурм Грозного» для немцев. Ворвались почти без выстрела, а потом оказались окружены и разгромлены.
Интересно, что снаружи крепость почти не атаковалась.
Все главные события происходили внутри.
Немцы проникали внутрь и изнутри, где не бойницы, а окна, атаковали развалины.
В самой же крепости никаких подземелий и подземных ходов не было. Советские бойцы прятались в подвалах, а стреляли часто из окон подвалов.
Завалив двор цитадели трупами своих солдат, немцы отошли и в последующие дни не предпринимали таких массированных штурмов, а двигались постепенно, атакуя развалины артиллерией, саперами-взрывниками, огнеметами, бомбами особой мощности…
 
Некоторые исследователи утверждают, что 22 июня немцы понесли в Брестской крепости треть всех своих потерь на Восточном фронте.
В кино и литературе рассказывается о трагедии Восточного форта. Как он защищался до 29 июня. Как на форт немцы сбросили полуторатонную бомбу, как сначала из крепости вышли женщины и дети. Как потом сдались остальные защитники форта, а командира и комиссара среди них не оказалось.
Однако форт № 5, по данным немецких документов, держался до середины августа!»
  
Глава 17
 
«Быстроходный Гейнц»
 
Паче чаяния, «секретный разъезд» не был тронут немцами. То ли Бергман не успел о нем сообщить, то ли посчитал засаду приоритетной задачей. Гитлеровцы уже начали подозревать, что Полесье, примерно с этих мест и начинавшееся, от линии железной дороги Брест – Барановичи к востоку и юго-востоку, является лесной цитаделью партизанщины, но в Берлине даже не представляли истинный размах движения Сопротивления.
Защитников Брестской крепости разместили там же, где и прочих окруженцев – в станционных срубах разъезда, а «олимпийцы» отправились дальше. В приступе профессиональной паранойи, Судоплатов возвращался на базу другой дорогой и выбрался как раз к взлетному полю.
Танки и тягачи было решено припрятать в дальнем схроне, в самых дебрях. Путь туда был таков, что следов гусениц не оставалось – их скрывали вода и ряска. Покружить технике пришлось изрядно, но проводник из отряда Батьки Миная дорогу знал и вывел-таки танкистов на сухой «остров» среди топей. Здесь «олимпийцам» грозила только вражеская авиация – посуху подобраться не удастся.
Первыми Павла встретили зенитчики Сапарова, несшие службу у «взлетки», и с почетом проводили до лагеря. Аня Камаева торжественно вручила Судоплатову шифровку:
«Андрею.
Разрешение на ликвидацию генерал-полковника Гудериана получено. Для оперативных целей вашей группе, товарищ старший майор государственной безопасности, выделяется трофейный «Юнкерс-52» из состава 81-й авиадивизии дальнего действия.
Павел».
– Поздравляю, товарищ старший майор госбезопасности! – сказала она торжественно. – С повышением вас!
– Служу Советскому Союзу! – ответил Павел, подумав, что не прекращал этой службы даже тогда, когда СССР распался. – Вот что, позови-ка Трошкина, Шереметева, Ермакова и Муху.
– Есть, товарищ старший майор!
Посмеиваясь, Судоплатов прошел в штабную землянку. После долгого пути все, задействованные в операции «Крепость», больше всего хотели выспаться, но в штаб прибыли все, как штык. Правда, с мокрыми волосами – освежались.
– На той неделе вылетаем в Горки – это за Могилевом. 15 июля там должен быть Гейнц Гудериан…
– Тот самый? – вырвалось у Мухи.
– Тот самый. Начнем потихоньку добиваться моей цели…
…Трехмоторный «Юнкерс» прилетел на базу «Олимп» в ночь на 14-е. На следующий день, поздно вечером, был назначен вылет. Судоплатов почитывал «Воспоминания солдата», написанные Гудерианом, и знал, что генерал-полковник в этот самый день прибыл на КП в одиннадцать вечера. Правда, случилось это «в прошлой жизни», а вот будет ли Быстроходный Гейнц так же пунктуален и нынче…
Однако сводки с фронта свидетельствовали, что положение выравнивается – немцы, несколько замедлившись в первые дни войны, снова набрали темп.
«Что ж, – подумал Павел, – если не повезет, будем импровизировать…»
Группа его из пяти человек погрузилась и вылетела без задержки. «Тетушка Ю», как называли немцы «Ю-52», была рассчитана на семнадцать пассажиров, так что Павлу со товарищи было просторно. Ровно гудели двигатели, за прямоугольными окошками чернела ночь. Однажды с земли опознали «своих», и какой-то из немецких аэродромов пригласил на посадку, бросая лучи прожекторов и пуская ракеты. «Тетушка Ю» жеманно покачала крыльями и полетела дальше. Группа разведчиков-диверсантов мирно дремала, развалившись на сиденьях.