"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)

Кроме этого вопля других звуков не было. В зале стояла ещё не абсолютная тишина, но очень близко к ней. Молчали застывшие в священном ужасе музыканты, молчал дирижёр, крепко прикрывший рот пухлой ладошкой, молчали поднимающиеся после магического удара студенты, остались безмолвными императорские гвардейцы, и даже избавившиеся от проклятой монтажной пены норвайцы безмолвствовали. Тишина дрожала и звенела, дожидаясь момента, когда можно будет взорваться с наибольшим эффектом и потерями для окружающих.
Норвайский рикс, чья демонская натура подразумевала толстокожесть и нечувствительность к намёкам и полутонам, с бесцеремонностью кабана на клубничной грядке нарушил заговор молчания:
– А чего это все?
Призрак грандиозной пьянки, видимый только виконту Оклендхайму, покрутил пальцем у виска и достал из пустоты банку с огуречным рассолом. Риттер фон Тетюш потянул носом, почувствовав невесть откуда взявшийся аромат смородинового листа, хрена, чеснока и укропа, и ответил дикому северному варвару:
– Наш Ванька велик и могуч!
– Это знаю, так что эпитеты можешь опустить. Дальше что?
– А всё. Он одним моментом опустил рейтинг императора ниже мусорного.
– Вином и плевком в рожу? – не поверил Вова. – Эка невидаль! Вот, помнится, в ресторане «Бурлацкая слободка» я одному прокурору…
– Не сравнивай нашего прокурора и здешнего императора. Знаешь, как выглядит со стороны, когда повелителю могущественной державы наносят смертельное оскорбление, а он на него не только не реагирует, а начинает нести полную хрень?
– Ну и как?
– Наш Иван смешал императора с дерьмом, получившуюся массу скормил свиньям, а потом утопил трон и корону в ближайшем нужнике. Вот примерно так.
Вова передвинул рукоять секиры поудобнее:
– Нам сейчас бошки не поотрубают?
Риттер пожал плечами:
– Да не должны. Прямых приказов нет, а проявлять инициативу при защите чести обгадившегося императора будет считаться признанием собственной ничтожности.
– А я бы всё равно свалил отсюда подальше, – рикс нашёл взглядом рыжую ведьму и подмигнул ей. – Ирка, забирай своего благоверного и пробирайся к выходу. Я чувствую, что мы лишние на этом празднике жизни. Седалищный нерв вещует!
Разумеется, уйти он не успел. Едва только Вова сделал шаг по направлению к двери, как молчавшие до этого момента норвайцы дружно попадали на колени, а единственный оставшийся на ногах произнёс:
– Наконец-то мы тебя нашли, рикс!
Говоривший норваец имел довольно аккуратную причёску, что явно указывало на его высокое положение. Да и воронёная кольчуга с позолоченными нагрудными пластинами не могла принадлежать рядовому воину.
– Вова, ты представишь нам своих гостей? – виконтесса Оклендхайм доброжелательно улыбнулась, вызвав на лицах норвайцев выражение безграничного изумления и благоговейного ужаса.
– Да это не гости, – с тяжёлым вздохом пояснил рикс. – Подданные заявились. Я у них чем-то вроде короля работать должен.
– Вот как?
– Ага, так оно и есть. Не учёл в своё время этого момента.
– И что теперь?
– Пока не знаю. Но всё-таки позвольте, леди Ирэна, представить вам моего двоюродного дядю. Ярл Ульдемир Бравый из рода Синяя Борода собственной персоной!
– А ты ничего не рассказывал о родственниках.
– Да как-то не до того было, – пожал плечами рикс. – Дядя Уля, а ты чего молчишь? Поздоровайся с виконтессой Оклендхайм.
Ярл Ульдемир рухнул на колени, последовав примеру соотечественников, и коснулся лбом пола:
– Старейшая…
Рыжая нахмурилась и носком туфельки легонько стукнула коленопреклонённого норвайца по плечу:
– Это оскорбление или невежество? Старухой меня ещё не называли… Что за свинство? А ну вставай!
– Не смею, Старейшая!
Ирка посмотрела на Вову:
– Я что-то не поняла.
Но тот и сам пребывал в недоумении:
– Знаешь, Ирочка, я тоже не въезжаю в тему. Спросить?
– Да уж окажи божескую милость.
Рикс отвесил коленопреклонённому дяде полноценного пинка и потребовал:
– Вставай, ярл Ульдемир, и отвечай на поставленные вопросы чётко, ясно и по существу. Явки, пароли, номера банковских счетов… Когда был завербован английской и угугвайской разведкой? Впрочем, последнее можем опустить, но нанесённое леди Ирэне оскорбление взывает. Да, именно взывает! Тебя казнить усекновением головы, или ты сам бросишься в бушующее море с высокой скалы?
 
– Не смею, рикс.
– Что именно не смеешь?
– Не смею стоять пред светлыми очами Старейшей.
– Ну вот опять… Дядя Уля, в рыло хочешь?
В рыло ярл Ульдемир не хотел, поэтому начал выдавать более осмысленную информацию, хотя не оставил напыщенный и возвышенный тон:
– Я счастлив лицезреть наследницу старейшей, то есть изначальной, династии норвайских риксов. Наконец-то свершилось то, о чём предупреждали пророчества нашего сурового отечества.
Вова поморщился:
– Ох уж эти пророки! Упьются пивом с мухоморами, а потом озвучивают бредовые видения. Стивен Кинг отдыхает.
– Ну да, – согласился ярл Ульдемир, – ты никогда не любил слушать мудрецов, предпочитая звон секиры рассказам стариков. А сейчас пожинаешь горькие плоды собственной самоуверенности.
– Это в каком смысле?
– В самом печальном, уважаемый Вован Безумный из рода Синяя Борода! Ты больше нам не рикс!
– А кто же я тогда?
Ярл позволил себе улыбку:
– Уже и не знаю. Но корона Норвая по праву переходит к законной наследнице, ибо пророчество гласит, что изначальная династия не прервалась и в положенное время вернётся, дабы привести народ к процветанию и благоденствию.
– А моё мнение кого-нибудь интересует? – голос виконтессы Оклендхайм стал похож на шипение рассерженной кошки. – Ванечка, хоть ты им скажи…
– Не буду ничего говорить, – Джонни изобразил неопределённый жест. – В средневековых мирах люди предельно серьёзно относятся к пророчествам, особенно народы варварские, ещё не потерявшие связь с природой и тонкими материями. Так что не советую шутить с предназначением, слишком это опасно.
Но Ирка не сдавалась. Как-то не прельщала её перспектива стать королевой лохматых и немытых дикарей, из всех видов занятий выбравших морской разбой с набегами на прибрежные города да ловлю селёдки во время весеннего нереста.
– С чего это вы вдруг решили, любезный ярл Ульдемир, что именно я являюсь древней наследницей не менее древней династии? У меня что, на лбу это написано?
– Да, дядя Уля, потрудись объяснить, – поддержал ведьму Вова. Не то чтобы ему не хотелось расставаться с короной Норвая – такая власть является лишней нагрузкой, а не привилегией, но образ норвайского рикса демону нравился, и менять его на что-то другое не слишком удобно. – Какие есть ваши доказательства?
Ярл Ульдемир опять упал на колени и коснулся лбом паркета:
– Прости, Старейшая, но цвет твоих волос…
– Они тебе не нравятся? – нахмурилась ведьма.
– Очень нравятся! – поспешил заверить ярл. – Ведь благородное золото волос даровано Небесными Богами только лишь представителям изначальной династии. Исключений не существует, Старейшая.
– Какие учёные слова вы используете, милейший Ульдемир. Откуда?
– Дядя двенадцать лет провёл в плену у латакийцев, где в ожидании выкупа и в целях борьбы со скукой был вынужден закончить полный курс тамошнего университета. Вот и нахватался всякого.
– Понятно, – кивнула Ирка. – Но вернёмся к нашим баранам… Ты, ярл Ульдемир, утверждаешь, будто в мире не существует людей с рыжими волосами, кроме меня? Но я сама таких встречала неоднократно. И как быть?
Ярл поднялся с колен и пренебрежительно отмахнулся:
– Это все ненастоящие. У них у всех есть веснушки, бесцветные брови и ресницы, кожа боится солнца… И только у тебя всё прекрасно и соразмерно. Тем более в пророчестве прямо говорится о юной красавице, обладающей невиданной магической мощью. Ведь ты не станешь отрицать её наличие?
– Э-э-э… да я как-то…