"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)
Чиновник добросовестно внёс имена в соответствующую графу и продолжил опрос:
– Кому сообщить печальную новость в случае вашей гибели?
– Я не собираюсь умирать, – первым ответил шевалье. – Но на всякий случай можете записать статс-секретаря Императорского Университета Джованни Моргана.
– Да и я тоже надеюсь остаться в живых, – рассмеялся Оклендхайм-младший. – Запишите риттера фон Тетюша и норвайского рикса Вована из рода Синяя Борода, проживающих ныне в гостинице при трактире «Свинья и апельсин».
– Готово, господа! Теперь попрошу предъявить имеющиеся при себе ценности, переходящие к победителю согласно закону о дуэлях. Оружие и конь переходят по умолчанию.
Де ла Кошон бросил на стол потёртый кошелёк и стянул с пальца перстень с красным камнем:
– В кошеле две гривенки серебром, откуда следует вычесть пошлину за обоих, а перстень оцениваю в две марки. Ещё победитель может снять с меня сапоги, исподние панталоны с четырьмя заплатами и нижнюю рубашку, лопнувшую по шву в трёх местах.
Виконт откровенно заржал в ответ на наивную попытку оскорбить, но распорядитель был человеком ответственным и внёс всё указанное в опись. Потом вопросительно посмотрел на Ивана.
Тот не собирался уступать противнику в остроумии:
– У меня восемь марок в кошельке, десять гривенок россыпью по карманам, женской привычки украшать себя перстнями не имею, а шевалье де ла Кошону пусть достанутся от селёдки уши, медвежья болезнь, геморрой на всю голову, хрен с бугра, конь в пальто и ростовой портрет гномьего короля Блюминга Великого в неглиже и с парадной киркой в неприличном месте.
Шевалье хихикнул, представив гномьего короля в неожиданном виде, и заявил:
– А вы мне нравитесь, господин Гроссе Норгефокс.
– А вы мне нет! Блюмингом удовлетворяйся, извращенец! – ответил виконт Оклендхайм, и на всякий случай уточнил у распорядителя: – Каков порядок проведения поединка?
– Никакого, – последовал ответ. – В поединке насмерть не существует ни правил, ни порядков, ни запрещённых приёмов. Разрешено всё, что приведёт к победе. Так что можете начинать прямо сейчас, господа.
После слов распорядителя шевалье хищно оскалился и потянул меч из ножен, а Джонни, не долго думая, зарядил противнику ногой в промежность. Потянулся, сгрёб со стола тощий кошелёк, перстень с красным камнем и бросил небрежно:
– Потрудитесь доставить коня и меч этого господина в гостиницу «Свинья и апельсин» в любое удобное для вас время. Подштанники и рубаху он может оставить себе.
– А сапоги, сэр?
– Сапоги я дарю вам, глубокоуважаемый мэтр.
Распорядитель, до глубины души потрясённый скоротечностью и невероятной жестокостью поединка, осторожно осведомился:
– Вы не будете его добивать?
– Зачем?
– Но ведь условием дуэли была обязательная смерть одного из участников. Ведь ваш противник ещё жив.
Джонни с жалостью посмотрел на скорчившегося шевалье де ла Кошона и притворно вздохнул:
– Да разве теперь у него жизнь будет?
– Согласен, – кивнул распорядитель. – Но мы забыли про пошлину, сэр!
– Никаких проблем, любезный, – Оклендхайм-младший бросил трофейный кошелёк обратно. – Сдачи не надо.
Заулыбавшийся мэтр прижал руки к груди:
– Приходите ещё, сэр! Постоянным посетителям пошлина на поединок обходится вдвое дешевле.
Шевалье нашёл в себе силы приподнять голову и угрожающе прохрипел:
– Я найду тебя, риттер! Я ещё приду к тебе с местью!
Джонни пренебрежительно фыркнул:
– Идиот, Гроссе Норгефокс всегда приходит сам. Неотвратимо и вовремя, даже если его не звали!
Покидая площадку для поединков, виконт услышал за спиной требовательный голос распорядителя:
– Снимайте мои сапоги, шевалье. Вы при свидетелях внесли их в список передаваемых трофеев и, как человек благородного происхождения, обязаны выполнить моё законное требование. Теперь это мои сапоги, сэр!
Глава 2
У статс-секретаря Джованни Моргана никогда не было собственного кабинета, и обычно он довольствовался приёмной гросс-магистра сэра Артура фон Юрбаркаса, но в особых случаях принимал посетителей в университетской библиотеке. Строгая сумрачная обстановка, ровные ряды полок и внушительные фолианты с тиснёными золотом корешками на них… всё это производило на гостей впечатление и внушало расположение к собеседнику.
Сейчас как раз такой случай. Вроде бы и невелика персона заявилась – обычный пехотный полусотник, да только вот под мундиром у него прячется бронзовый медальон с изображением Шестиугольной Башни. С Секретариатом Особых Дел следует дружить, время от времени подбадривая дружбу денежными вливаниями, и не стоит обманываться по поводу столь скромного чина посетителя. Давно известно, что основу любого государственного учреждения составляют именно такие служаки, а не их благородное и блистающее орденами начальство. Ведь сегодня сиятельный патрон в фаворе и на коне, а завтра, не приведи Небесные Боги, его голова украсит столбик на Турском мосту. А служба? А службу так и продолжат тянуть маленькие человечки с мизерным жалованьем и огромными возможностями. Так было, так есть и так будет всегда.
– Вина, пива? – любезно предложил Джованни Морган, открывая потайную полку, где дверку заменяла доска с закреплёнными на ней золочёными корешками.
– Ты за кого меня держишь? – возмутился полусотник. – Прекрасно знаешь, что я терпеть не могу кислятину и из всех напитков одобряю только ячменную вытяжку. Можно и пшеничную по грумантскому рецепту, но от неё ноги слабнут и язык заплетается.
– Я помню про ячменную вытяжку, Микеле, но вдруг у тебя изменились вкусы? Ну и не будем забывать про обыкновенную вежливость.
– Проверяешь, не подменили ли старого Микеле Адольфуса злобные враги? Успокойся, никому наши тайны не нужны, даже свихнувшимся от мухоморов эльфийским шаманам.
– Ну не скажи, – не согласился Джованни. – Разведка короля Джеронимо дорого бы заплатила за возможность послушать наш сегодняшний разговор. Ведь он касается подданных Груманта, если ты помнишь.
– Да нет там больше никакой разведки, – полусотник отобрал у статс-секретаря графин с ячменной вытяжкой и наполнил два высоких стакана. – Мои коротышки славно поработали во время недавних событий, а имея на руках список с адресами… Признавайся, Джованни, сколько ты брал с купцов за устранение конкурентов в Груманте?
– Я?
– Ну не я же. Это тебе было поручено составление списков на основе донесений наших лазутчиков и дипломатов. Или скажешь, что Шестиугольная Башня может себе позволить проигнорировать столь светлый ум?
– Может, и было такое, а может, и не было.
– Джованни, я это знаю наверняка! Неужели я спутаю почерк старого друга, даже если ты пишешь левой рукой?
– Гномья задница…
– Да не переживай так, долю попрошу выделить по совести, а дельце со студентами из Груманта обстряпаю вообще за сущую мелочь. Сколько не жалко, столько и дашь.
Статс-секретарь скрипнул зубами. Есть много видов вымогательства, но самое гнусное из них – заставить жертву самому определить величину финансовых потерь. Причём совершенно добровольно. Мало давать нельзя, потому что вымогатель может обидеться и затаить зло, а давать много не позволяет забота о собственном кошельке. И где же её искать-то, эту золотую середину? Вот же гномья задница…
– Так что там с этими студентами, Микеле?
Полусотник налил себе ещё один стакан, отпил половину большим глотком и умиротворённо причмокнул:
– Хорошо пошла, однако. А твои будущие студенты поселились в гостинице «Свинья и апельсин», жрут в трактире как не в себя, тратят серебро в модных лавках и мастерских, пару раз в день дерутся на дуэлях, а в Университет не торопятся. Гляди, какие хорошие сапоги мне виконт Оклендхайм подарил! Снял с шевалье де ла Кошона, а как будто по моей мерке шились. У тебя таких сапог сроду не бывало, Джованни.
– Постой, Микеле… – опешил статс-секретарь. – Студент третьего курса шевалье ле Блан де ла Кошон пришёл на занятия враскорячку и объявил, что подцепил пикантную болезнь от дамы, чьё имя, как благородный человек, он обязался держать в тайне. Бедолагу даже сам главный целитель бесплатно осматривал! Как его сапоги попали к виконту Оклендхайму?