"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)
– На третьем месте записан полковник грумантской пограничной стражи Карл Гржимек. Странно…
– Наш Университет не обучает военных.
– Прошу прощения, тут указано, что упомянутый полковник находится в отставке и к дальнейшей службе не пригоден по причине тяжёлой болезни.
– Этого ещё не хватало! – возмутился всё тот же декан погодного факультета. – Он не заразный?
– Представления не имею. Что это вообще за заболевания – гомофобия и похвальная тяга к линчеванию?
– Первый раз слышу, – покачал головой главный целитель Университета в ранге майор-магистра. – Но если тяга похвальная, то вряд ли его заболевание является заразным. Скорее всего, это свойственная военным деформация личности, выражающаяся в болезненном стремлении к хвастовству. Вы же знаете наших вояк, господа, и не думаю, что грумантцы хоть чем-то от них отличаются.
– Тогда ладно. Продолжайте, Иоахим.
– Спасибо за разрешение, – раздражённо бросил фон Зальца, но продолжил чтение. – И далее в списке риттер фон Тетюш, отличившийся при подавлении недавних беспорядков. Хладнокровный палач и убийца.
– Что, прямо так и написано? – удивился ректор.
– Простите, сэр Артур, это моё собственное мнение. Когда вкладываешь приличные деньги в такое надёжное предприятие, как гномий хирд, а потом никому не известный риттер… Обидно, сэр Артур!
– Пустое, Иоахим. Забудьте про потери и продолжайте чтение.
Фон Зальца посмотрел на бумагу и тут же поднял удивлённые глаза:
– Норваец?
– Кто норваец? – не понял главный целитель. – Откуда им тут взяться? Да скорее небо упадёт на землю, чем в нас благословенный Небесными Богами приют возвышенной науки ступит нога грязного северного варвара.
– Вынужден вас огорчить, майор-магистр, но скоро сюда ступят целые две ноги.
– Каким образом?
– Последним в этом списке указан норвайский рикс Вован Безумный из рода Синяя Борода.
Главный целитель мельком бросил взгляд в окно, будто бы проверяя целостность так и не упавшего на землю неба, и крикнул:
– Такого не может быть, потому что этого не может быть никогда!
Ректор опять хлопнул ладонью по столешнице:
– Это воля императора, и мы обязаны её выполнить!
– Но…
– Но император дал понять, что не желает видеть в Университете ни убийц-риттеров, ни грязных варваров, ни больных полковников, и тем более не желает видеть отродье преступного графа вместе с его девкой!
Неожиданно подал голос скромный секретарь ректора, с самого начала молча стоявший за высокой конторкой у двери в кабинет:
– Экселенц, невысказанные пожелания Его Императорского Величества довольно просто выполнить, если дословно следовать существующим указам и отданным официально распоряжениям.
– Каким образом? – сразу заинтересовался главный целитель, всегда подозревавший, что на самом деле Университетом руководит этот невзрачный бумажный паучок, а не его редко появляющееся на рабочем месте начальство. И к мнению статс-секретаря Джованни Моргана стоит прислушаться.
– Всё очень просто, господа. Более чем просто.
– Изволь пояснить, Джованни, – гросс-магистр поощряющее кивнул, разрешая говорить. – Не стесняйся.
Тот поклонился ректору и улыбнулся:
– Нам же приказано принять студентов из Груманта, не так ли? И что нам мешает поселить их в общежитии согласно традициям и сделать вид, будто ничего не происходит?
– А что-то должно происходить?
– Дуэли, экселенц. Единственная женщина среди шести с лишним сотен великовозрастных лоботрясов… Да будь это даже бородатая гномка, за её внимание и благосклонность развернётся настоящая война. И кто, как вы думаете, станет первой жертвой той войны?
– Дуэли, между прочим, запрещены эдиктом покойного императора Джорджа Четырнадцатого.
– Но не на территории Университета, экселенц. Я со всем тщанием изучил текст эдикта, и там говорится о запрете поединков на людных улицах, площадях и рынках. Если позволите, то я могу прочитать студентам несколько лекций по законодательству империи, упомянув данный запрет как образец неправильного толкования воли императора его необразованными подданными.
– И ты думаешь, они поймут намёк?
– Умные поймут, а дуракам достаточно взять их в качестве примера для подражания. А в случае с варваром и объяснений не потребуется – северное побережье империи постоянно страдает от набегов норвайских дружин, и само существование рикса является достаточным поводом для его убийства. Тем более что при правильном толковании закона оно убийством и не будет.
– А остальные двое?
– Неужели дворяне не вступятся за соотечественника?
– За норвайца?
– За виконта Оклендхайма, экселенц!
– Любопытно… – гросс-магистр на мгновение задумался, а потом на его лице появилась улыбка. – И кого, мой любезный Джованни, ты видишь главным исполнителем этого плана?
Деканы заволновались, и фон Зальца выразил общее мнение:
– Такое дело нельзя доверить человеку неблагородного происхождения. Нисколько не сомневаюсь в способностях почтенного статс-секретаря, но в Императорском Университете обучаются исключительно дворяне, так что некоторые вопросы ему никак не решить. Это мы с вами, господа, способны оценить острый ум, образованность и стремление к самосовершенствованию, а у юных дебилов… простите, у юных дворян превыше всего ценятся древность рода и количество марок в сундуках. Увы, Джованни не может похвастаться ни тем и ни другим.
– Спасибо за лестный отзыв о моих умственных способностях, сэр Иоахим! – Морган поклонился декану. – Но именно эти способности говорят, что ничем руководить, и тем более назначать главного, не нужно. Всего лишь требуется исполнять обязанности, точно следуя букве закона. Будь что будет, и свершится чему суждено!
Собравшиеся на совет учёные мужи оценили цитату из рукописного наследия Небесных Богов и наградили статс-секретаря аплодисментами. Не зря же ораторское искусство ценится в империи гораздо выше привычной магии и почти наравне с недавно открытыми и малоизученными боевыми магическими способностями.
И тут же о тайном разделе имперской науки вспомнил ректор:
– А если студенты из Груманта выкажут явные способности к обучению? Самым успевающим и талантливым мы обязаны предложить продолжить образование на… Ну, вы поняли, господа?
– Они не успеют проявить свои способности, экселенц, – твёрдо пообещал Джованни. – Гарантирую, что через шесть месяцев в Университете не останется ни одного чужака. Кто желает заключить пари, господа?
* * *Столица империи произвела на Ивана Смирнова двойственное впечатление. С одной стороны, после провинциальной и полудеревенской Лютеции город поражал размерами и обилием колоссальных сооружений, а с другой… Даже воздух Лунгдума имел горький привкус роскошного упадка и великолепного загнивания. Это ощущение усиливали памятники ушедших эпох, часто представляющие собой лишь развалины с пасущимися в зарослях мелкого кустарника козами. Попадались мраморные дворцы с дубовыми брёвнами на месте недостающих колонн, приспособленные под рынки ипподромы и стадионы и многое другое, незаметное местному жителю, но бросающееся в глаза чужеземцу. Тем более человеку из иного мира и времени, родившемуся в момент развала куда более великой Империи.
Видимо, рикса-демона посетили похожие мысли, так как Вова покачал головой и заметил:
– Ещё одни Лужники с торговлей трусами вразвес по оптовым ценам.
Ивану нечего было ответить, и он просто кивнул. Ну да, любая империя – это, прежде всего, император. Всё держится на его личности, и если не подготовлена достойная смена, то государство уходит в никуда вместе с человеком. Рано или поздно, но уходит. Порой агония растягивалась на века, но чаще всего крушение происходило мгновенно. Что значат для истории какие-то сорок-пятьдесят лет?
– Улицы тут широкие, – норвайский рикс оценивал город с точки зрения захватчика. – Такие баррикадами сразу не перегородишь, и если пустить конницу… Лучше, конечно, мотопехоту при поддержке танков.