"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)
– Есть такое, приходилось видеть, – подтвердил Карл. – Только там через каждые двести ярдов закапывают жертву. Ага, живьём… по пять человек на милю. Тебе подсказать общую протяжённость имперских дорог?
– Гномам в задницу такую протяжённость, – откликнулся на предложение Блумберг, но потом ненадолго задумался и спросил: – Ваша милость, а для жертвы только людей нужно или коротышки тоже подойдут? Дороги у нас плохие, а вот в гномах с недавних пор недостатка нет.
– Не знаю, – пожал плечами сотник. – Я думаю, что когда возьмём имперскую столицу на меч, то там и спросим. Вот нюхом чую – без их участия тут не обошлось. Наши «добрые друзья» любят действовать чужими руками.
Глава 22
Костры остановившегося на ночёвку хирда видны издалека. А ещё раньше чувствуется их едкий запах – каждый гном в заплечном мешке носит несколько фунтов каменного угля и фляжку с земляным маслом, так что на привалах огонь разжигают быстро. Очень удобно, кстати, в безлесной местности. Да и в лесу на многотысячное войско сухих дров не хватит, а сырые когда ещё разгорятся… с голодухи околеешь, пока ждёшь.
– Куда будем бить, командир? – К концу дня Блумберг перестал именовать Карла «вашей милостью», заменив титулование на более короткое и уважительное обращение. – Я бы долбанул по центру.
– Хочешь сразу накрыть шатёр командующего?
– И это тоже. Но в основном из-за того, что опыта стрельбы у нас нет и горшки с гномьим огнём полетят куда угодно, только не в цель. Лучше уж сразу лупить в середину.
– Мудро мыслишь, – согласился Гржимек. – Возьмём ублюдков в кольцо, и…
– И поймаем первый же перелёт. Нам это надо, командир?
– Есть другие предложения?
– Есть. – Томас показал рукой в сторону гномьего лагеря. – Если расположим онагры на обратном склоне вон того пригорка, то успеем дать несколько выстрелов до того, как гномы нас засекут. И уходить в случае чего удобно – за спиной лес, а коротышки его не любят.
При упоминании о возможном отступлении сотник сморщился, будто увидел приготовленную под кисло-сладким имперским соусом земляную жабу. Душа просила битвы, хотя разум целиком и полностью поддерживал идею отхода после удара. Разум победил.
– Хорошо, Томми, собираем машины прямо здесь и выдвигаем их к пригорку. Сжечь-то потом успеем?
– А почему бы не успеть? – Блумберг достал из кошеля на поясе костяной манок и трижды крякнул уткой. – Сейчас приволокут, сэр.
Почти сразу затрещали кусты, и запыхавшиеся пограничники выкатили телеги с разобранными онаграми. Дальше тащить не стоит, а то неизвестно где расположенные гномьи секреты услышат шум. Вот когда машины будут готовы, тогда можно не осторожничать – коротышки вряд ли успеют что-то сделать.
– Томми, ты тут руководи, а я на всякий случай по округе похожу. Сам знаешь – бережёного Небесные Боги берегут.
– Да не должны коротышки посты выставить, командир. Запах каши чуете?
– Ну?
– Жрут они. Какие часовые во время еды?
– И всё равно. – Карл указал пальцем на трёх пограничников, выглядевших уставшими меньше других, и вместе с ними пропал из виду.
Блумберг уважительно и с некоторой долей зависти покачал головой:
– Магия, однако.
Заместитель зря завидовал командиру: Гржимек ни сном ни духом не ведал о внезапно открывшейся у него способности становиться невидимым не только самому, но и прятать от чужих взглядов несколько человек. Сотник лишь удивлённо похлопал глазами, услышав прозвучавший прямо в голове голос: «Демо-версия защитного поля «Егерь 12-с» установлена». Остановился, обдумывая услышанное, не нашёл объяснений и побежал дальше.
– Ваня, ты его хорошо видишь?
– Угу, – коротко отозвался виконт. Управление полем невидимости на расстоянии требовало сосредоточенности, и отвлекаться на посторонние разговоры он не собирался. – Не мешай, пожалуйста.
Правда, у Ирки на этот счёт имелось собственное, прямо противоположное мнение:
– А пограничник нас видит?
Джонни нехотя перевёл программу в автоматический режим и устало вздохнул:
– Вообще-то тебя ему лучше не показывать. Заикание сейчас даже магические лекари не берутся исправлять, а хорошего логопеда здесь днём с огнём не сыскать. Оно тебе надо?
В принципе, Оклендхайм-младший вовсе не хотел обидеть собственную невесту, и замечание по поводу боевой раскраски, наивно принимаемой Иркой за так называемый спецназовский камуфляж, вырвалось совершенно случайно. Но было уже поздно – ведьма фыркнула, надула губы и отвернулась, многообещающе сверкнув светящимися в темноте глазами. А вот сама виновата!
– Я тебе всё припомню, – послышалось якобы неразборчивое бормотание. – И чокнутых гномов припомню, и остывшую ванну на постоялом дворе, и дожди с грязью…
Джонни сделал вид, будто не слышит угроз. Зачем обращать на них внимание, если рыжая завтра утром и не вспомнит сегодняшнюю шутку по поводу макияжа, так как найдётся масса других воспоминаний. А уж об этом он позаботится!
– Солнышко, ты не могла бы обижаться потише?
– Что?
– Ничего, но вроде как наш доблестный погранец вляпался в неприятности.
– Большие?
– Это как посмотреть. – Виконт замер, обнаружив всплывшую перед глазами надпись «Демо-версия защитного поля «Егерь 12-с» подверглась вирусной атаке. Угроза заражения». – И что это за фигня, товарищи?
Неизвестная местной науке магия тут же выдала:
«Антивирус «Лаврентий 38-53» включится через пять секунд».
– Какой ещё Лаврентий?
В принципе заданный вслух вопрос проходил по части риторических и не подразумевал ответа на него, но в ушах у Оклендхайма-младшего прозвенел колокольчик, а потом приятный женский голос пояснил:
– Этот Лаврентий – кого надо Лаврентий!
Сидевшая спиной Ирка вздрогнула и быстро повернулась:
– Ваня, что это было?
– Магия, моя дорогая… обыкновенная магия. Или необыкновенная.
Запах чеснока сотник почуял шагов за пятьдесят. Вообще-то Карл ничего не имел против гномьей привычки жрать сало в неимоверных количествах, но зачем они его портят приправами? Или свиней в глубоких пещерах Подгорного Королевства кормят чем-то таким, что потом есть невозможно? Что там растёт в избытке – мох, грибы, плесень? Да чем бы ни откармливали – нажравшегося сала с чесноком коротышку легко отыскать даже в навозной куче. Какие уж тут секреты охранения и невидимые часовые.
Ага, вот они, голубчики. Присели за кустом в полной уверенности, что мимо них и муха не пролетит незамеченной. А ведь при желании обоих ротозеев можно взять в ножи без особого труда, если бы вдруг появилось такое желание.
– Встретимся в следующий раз, – прошептал сотник и тихонько зашипел, давая пограничникам знак обойти гномий секрет слева.
Бумс! Прилетевший метательный молот едва не задел Карла по макушке и с треском вломился в кусты. Испуганный вопль тут же прояснил причину происшествия:
– Ты чего дерёшься, Фистинг?
– Зачем выкинул оружие, урод?
– Там змея!
– Какая ещё змея? Ты разве не знаешь, что не все могут видеть змей? Мало кто может это делать, и не только лишь все на это способны.
Судя по длительному молчанию, бросивший молот гном не сразу вник в глубокий смысл фразы, а когда наконец-то сообразил, то ахнул:
– Ты опять выжрал всё наше пиво в одну харю? Роттен-мастер Яршли будет очень недоволен тем, что какой-то там Кличок Фистинг выпил пиво всей роты.
– Я не пил, болван! И, кстати, с каких это пор ты, Арси Кроллех, можешь знать заранее о недовольстве роттен-мастера? Уж не стукач ли ты часом?
Заподозренный в обыденном и чрезвычайно распространённом среди жителей Подгорного Королевства доносительстве, гном тем не менее начал отнекиваться и тут же постарался свалить вину на другого:
– Это Сантил Турчини стучит. Я сам видел!
– Стукачей могут видеть не только лишь все, – не согласился коротышка, названный Фистингом. – Они как змеи.