"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)
12 декабря, 16 часов 15 минут.
Атлантика, СПО «Авалон».
Плавучий остров «Авалон» являлся самым большим в мире. На нём даже леса высадили, и весьма занятные — где ещё увидишь, чтобы рядом зеленели тсуга и юкка, кактус чолла и клён?
Тут текли речушки и разливались пруды, даже скалы имелись, поля и луга, а в самых прелестных уголках «Авалона» стояли деревеньки — сплошь из роскошных вилл и бунгало.
И ещё на СПО был Город — именно так, без названия. Просто Город. Сити.
Он располагался в самой серёдке «Авалона» и был застроен округлыми эмбриодомами в два-три этажа, чьи изящные выпуклости чудились природными образованиями и рождали смелые, даже игривые ассоциации. Дома, фонтаны, статуи, аллеи Города казались членами одного организма, неразрывными в своей целокупности, как произведение искусства. Сити был разрезан на сектора, как торт на куски, — так, чтобы всем досталось. Американский сектор соседствовал с французским и немецким, бразильский — с канадским и скандинавским. Ну и так далее.
А в центре этого шедевра раскинулся парк, огороженный затейливой решёткой. Там, на лужайке, между розарием и энергопристройкой, располагался главный дом в Городе — Белый дом — пышная кремовая роза по серёдке торта. В Белом доме, как можно было догадаться, проживал верховный президент Евроамериканской Федерации.
СПО «Авалон» стал ответом на вопрос: «Где быть столице союза государств?» Чтобы Вашингтон, Мехико, Брюссель, Буэнос-Айрес, Париж и прочие города-претенденты не передрались, появился Сити, а плавучий остров дрейфовал по океану, держась между Европой и обеими Америками, примерно на широте Канар, олицетворяя нерушимость атлантического единства.
Мануэль Альварадо, верховный президент Евроамерики, утро начинал с «кофейной церемонии» — он выходил на полукруглую терраску под навесом, схожим с раковиной, усаживался в кресло и смаковал чашечку крепчайшего «мокко». В эти краткие минуты покоя никто не смел беспокоить его, а сам сеньор Альварадо поглощал кофе маленькими глоточками, жмурился и думал обо всём сразу, позволяя потоку сознания течь по воле мимолётного каприза. Он думал о погоде, о своём родном Эль-Пасо, о бесчисленных палубах и ярусах, скрытых под поверхностью «Авалона», где шла постоянная напряжённая работа, — гигантские насосы гоняли речную воду, на хлебозаводе пекли круассаны, тартильи и прочие пончики, в мастерских делали профилактику полчищам киберсадовников и киберуборщиков, а операторы боевых точек переговаривались с кораблями охранения.
Мануэль Альварадо выглядел истинным кабальеро — высокий, статный, моложавый, с благородной сединой, аккуратными усиками и пронзительным взглядом чёрных глаз. Информцентры обожали выискивать в словах и поступках верховного признаки аристократичности, принадлежности к знатному роду, восходившему к первым конкистадорам. Альварадо старался не разочаровывать видеогазетчиков.
Допив кофе, он посмотрел на донышко чашки, словно надеялся обнаружить там добавку, и вздохнул. Пора!
Секретарь уже маячил за круглым выпуклым окном Овального кабинета.
— Что там, Ландо? — проворчал президент, входя в узилище власти.
— Сообщение из ММКР, сеньор, — прошелестел секретарь, вышколенный настолько, что Альварадо подозревал в нём кибернетического человека.
— Ну-ка…
Верховный устроился за фундаментальным столом и щёлкнул пальцами, включая большой монитор. Проглядев сообщение со станции «Сульдэ», Альварадо нахмурился.
— Испытания психооружия? — проговорил он недоверчиво. — В АЗО? Я бы ещё понял, если бы подобную мощь продемонстрировала Евразия, но Антарктида… Вы хоть представляете себе, какой нужен интеллектуальный ресурс для подобного технологического прорыва?
— Позволю себе заметить, сеньор, — сказал почтительно Орландо Чэнси, — что мощнейшее излучение всё-таки регистрировалось…
— В том-то и дело… — проворчал верховный. Соображая, он побарабанил пальцами по столу. — Хотя, возможно, кто-то иной проводил эти испытания?.. Хм. Ладно, вы свободны. Этот вопрос, — Альварадо наметил усмешку, — мы решим в узком кругу, так сказать…
Секретарь выскользнул за дверь, а президент набрал серию кодов, подавая сигнал «Круг». Первым откликнулся лидер Евразии [92] Мстислав Кутепов — узколицый мужчина с ледяным взглядом серых глаз.
— Я вас приветствую, — сказал он. — Что, обскакали нас «пингвины»?
— Это мы ещё посмотрим… — проворчал Альварадо.
Вторым к совещанию онлайн присоединился верховный правитель Австралазии Акшай Бихари Гупта. Сложив ладони перед собой в жесте намасте, он слегка поклонился коллегам.
Третьим показался Кгалема Мзиликази, представлявший Афросоюз, из-за которого «Большую тройку» пришлось расширить до «Большой четвёрки». Верховные правители оказывали Кгалеме респект, насколько того требовал протокол, и приглашали на саммиты G4, но сквозняки, гулявшие по коридорам власти, разносили иные шепотки: «Четвёртый лишний, четвёртый лишний…»
Мзиликази ослепительно улыбнулся, Гупта сделал ему намасте, Кутепов холодно кивнул, а Мануэль Альварадо сказал:
— К делу, господа. Наше время дорого, поэтому будем кратки. Честно говоря, я не уверен, что в АЗО было испытано именно оружие, но надо исходить из худшего. А худшее состоит в том, что антаркты могут быть способны оказывать психодинамическое воздействие на всё Южное полушарие, как минимум, то есть вызывать определённые эмоции, гипнотизировать, зомбировать, модифицировать поведение целых народов! И люди послушно, как куклы, развяжут Третью мировую войну, или выйдут в крестовый поход, или устроят массовые самоубийства… Поэтому наш долг — остановить неведомых кукловодов! — Помолчав, словно остывая, президент добавил деловито: — Высказывайтесь, господа…
Орландо Чэнси быстро вынул провод из нейрошунта и пригладил волосы. Имплантированный персональный компьютер, подключённый к аксону слухового нерва, отрапортовал:
— Запись окончена. Длительность — пятнадцать минут сорок две секунды. Сохранить?
«Да», — мысленно пожелал Чэнси.
Его босс, Мануэль Альварадо, уважал обычаи англосаксов и чтил файф-о-клок, пятичасовой чай. Так что можно было ненадолго отлучиться, не вызывая подозрений.
Орландо вышел в парк, кивая морпехам, стоявшим в карауле. Миновав Восточные ворота, он дошагал по Линденштрассе до французского сектора и переступил порог кафе, где вкусно пахло сдобой.
— Привет, Гаспар, — сказал он пожилому ресторатору, толстому лысому дядьке с пышными усами.
— О, месье Ландо! — вскричал Гаспар, ударяя в последний слог. — Вам как всегда?
— И за мой столик! — рассмеялся Чэнси, выходя в туалет и переставая весело улыбаться.
Заперевшись во второй кабинке, он развернул тихо сопевший утилизатор боком и выдвинул потайную консоль дешифратора. Слинковавшись с рацией, Орландо отдал мысленный приказ: «Начали».
Альберту.
Члены Президиума Совбеза ММКР дали «добро» на проведение насильственной демилитаризации АЗО. Заявленных целей две: во-первых, демонтировать секретный научно-технический комплекс (несуществующий!), на котором антаркты якобы ведут испытания сверхмощного психоизлучателя, во-вторых, привлечь генеральное руководство проекта АЗО к судебной ответственности в рамках Международного права за создание и разработку запрещённых систем вооружений. Операцию решено было назвать «Нанук». Планируется блокада АЗО с моря и переброска Ограниченного контингента Международных войск. Силами космической пехоты и воздушного десанта предполагается занять все антарктические посёлки, а боевая орбитальная станция «Сульдэ» должна быть готова к нанесению превентивных лучевых ударов.
Глава 6
СЛЕДЫ НА СНЕГУ
13 декабря, 4 часа 05 минут.