Сводный монстр (СИ)
Горячие пальцы впивались в нежную кожу, потому что свитер задрался при падении. Я нечаянно заерзала, пытаясь удержаться, и вдруг явственно ощутила как под моей попой твердеет его член.
Глава 25
Хотела отодвинуться от него и слезть, почти отвернулась от его лица, но Макс сжал меня еще сильнее, не давая выбраться.
— Погоди… — начал он, но тут же замолчал, словно не мог подобрать слов. Уткнулся лбом в мою шею, и так и сидел, опаляя горячим дыханием мою кожу через тонкий свитер.
И мне бы отпрянуть, возмутиться, да просто уйти отсюда, но я сижу, замерев, на его коленях. Обреченно прикрываю глаза, потому что меня пробивает легкая дрожь.
Опять ни к месту бешеный вихрь мыслей о неправильности моего отношения ко всему происходящему. И усталость в сто пятый раз все это обдумывать. Да ну все к черту. Подумаю об том завтра, как говорила Скарлетт О'Хара. А сегодня, сейчас мне хочется чувствовать на себе его прерывистое дыхание, наглые руки, чувственные губы. Пусть я больная, похлеще сводного брата. Пусть. Прямо сейчас я хочу исчезнуть отсюда, быть кем-то иным, не собой, но ощущать все, что сейчас происходит.
Макс осторожно касается влажным языком впадины на шее, отчего в пояснице тут же сладко стреляет, а в пульсирующих висках темнеет, и из меня вырывается тихий дрожащий стон. Осмелев, он движется выше, по линии челюсти к моему лицу. Хватает губы и сминает их своим напором, целует жадно и откровенно, сплетаясь с моим языком в страстной схватке. Рукой с гипсом пытается удержать меня, пока свободной ныряет под свитер, прижигая кожу длинными пальцами. Неторопливо освобождает грудь из кружевного бра, легонько сжимает набухший сосок большим и указательным пальцем, остальными тискает упавшую в ладонь налитую тяжесть.
Я уже ерзаю на нем, не стесняясь, обхватив за крепкую шею, исступленно целуя в ответ и выгибаясь. Макс отпускает мои губы и помечает горячими поцелуями мои ключицы, наверняка оставляя засосы, но я не останавливаю его, сейчас мне все нравится. Трусики давно превратились в мокрую тряпку, поэтому когда рука, ласкающая грудь, плавно переместилась внутрь леггинсов между ног, я только сдавленно вскрикнула, ощущая, как все внизу еще больше покрывается влагой, поддается пытке и скручивается в тугой узел, требует освобождения. Пальцами он отодвигает тонкую полоску трусиков, ласкает припухший клитор, неумолимо приближая к оргазму. То ли напряженно, то ли расслабленно я откинулась на парня, но он вдруг вытащил руку и прошептал на ухо, возвращая в реальность:
— Встань и повернись прямо. — Голос надломленный, хриплый. Сводный сильно возбужден, о чем доказывает даже плотная ткань спортивных штанов, бесстыдно топорщившаяся вверх. Своей попой я ощущаю, как он прижимается ко мне, задыхаясь.
Я послушно встаю, как в пьяном дурмане, разворачиваюсь прямо перед его лицом. Одной рукой он спускает вниз леггинсы вместе с бельем, хватает меня за бедро и толкает на себя. Охнув от неожиданности, ощущаю его твердый язык на моих складках, и, замычав что-то невразумительное, хватаюсь за его волосы, чтобы не упасть, сжимая и разжимая в такт его движениям. Такого со мной не делал никто. О Боже, как же хорошо…
Максу не очень удобно, он все время пытается оттянуть мои слишком облегающие штаны, и я, отстранившись, скидываю обувь и злосчастные леггинсы вместе с бельем, оставив все небольшой кучкой на полу. Все это я проделываю меньше, чем секунд за двадцать, потому что мне очень хочется вернуться к тому, что вытворял со мной Макс. Подхожу ближе к нему, и, нащупав мое бедро, он просто ставит мою ногу сбоку от себя, вновь прижавшись ко мне. В тягучем хмелю я плавилась, как воск, пока он лизал, посасывал, сжимал… то круговым движениями унесет меня куда-то в несуществующие дали, то слегка сожмет губами, отчего выстреливает искрами в кончиках пальцев. С вырвавшимся вскриком кончаю ярко, сильно и оглушающе, затем прихожу в себя, понимая, что своей хваткой оттягиваю его волосы и ему наверняка болезненно это ощущать. Пытаюсь отдышаться, между лопаток бежит тонкая струйка пота, волосы на лбу тоже взмокли.
— Пока ты окончательно не пришла в себя и не убежала, бросив меня здесь одного, заранее прошу этого не делать, — шутит сводный брат, и я, вздрогнув, нервно делаю шаг назад. — Я не смогу подняться сам, а связь тут не ловит.
Игнорирую его шутку и, смущенно наклоняюсь, нащупываю белье, но затем замираю. Он же не рассчитывал на секс?
— Слушай, я…
— Все нормально, ты можешь одеваться. — Его спокойный тон еще больше нервировал.
Проклинаю себя за свой вопрос, но задаю.
— Я… Ммм… А как же ты? — И в моем, казалось бы, непонятном вопросе толика вины со смущением и… явным предложением. Даже если он и не рассчитывал, я не уверена, что смогла бы ему отказать, если бы он настоял. Макс сразу понял, догадался, что меня тревожит.
— А я тоже, — усмехнулся парень. — Стыдно признаться, но как подросток в штаны выстрелил. Буду признателен, если ты отвезешь меня в комнату окольными путями.
Краска бросилась мне в уши. Он кончил от того, что делал со мной? Даря наслаждение мне. Отдавая. Вот так просто? Почему-то это заставляет чувствовать себя по-иному. Невозможно описать точнее, но я чувствую себя желанной и сексуальной. Такого у меня никогда не было, даже с бывшим.
— Скрывать не буду, я бы с удовольствием продолжил. Даже сейчас. Только знаю, что тебе нужно время. И уж, честно говоря, не на многое я сейчас способен в моем положении, — хмыкнул он.
Я слышала как он возился в темноте.
— Нужна помощь?
— Нет, в этом деле нет, — насмешливо бросает Макс. — Я пытаюсь привести себя в порядок, насколько это возможно носовым платком.
Черт. Да уж, тут действительно пусть сам справляется.
— А как же Паула? — Вопрос вырывается прежде, чем я прикусываю язык.
До этого мгновения я о ней даже не вспоминала, а теперь получается, что я не лучше Макса, переспавшего с девушкой Томаса. Становится слегка противно от самой себя. Я ведь осуждала Макса, не понимала, как он мог так поступить. А теперь, оказывается, я ни капельки не отличаюсь.
— А что Паула? — удивляется Макс.
— Ну вы же снова вместе? — бормочу себе под нос, поспешно натягивая одежду и радуясь, что он меня не видит в темноте.
— С чего ты взяла?
— Ну она здесь, постоянно в твоей комнате. — Чувствую себя глупо, отвечая на его вопросы, и еще глупее, задавая свои.
— Она просто ухаживает за мной. Согласилась это делать по старой дружбе.
— По старой дружбе? — не удержалась я. — На твоей шее засос.
Чертыхаюсь про себя, потому что прозвучало довольно ревниво.
Возможно Максу тоже так показалось, потому что он замешкался с ответом.
— Она хочет вернуть все назад. А я нет, — наконец ответил он, осторожно подбирая слова.
— Ладно, как скажешь. Мне все равно, — выдавила я, стараясь звучать как можно равнодушнее.
Не уверена, что получилось. После моего вопроса в лоб, контраст еще больше заметен.
Отбросив ненужные мысли, нащупала короб на сетке генератора, открыла и достала ручной фонарик. Посветила прямо в нахмурившееся лицо Макса. Вид у него был слегка растрепанный. За лучом света ему не было видно моего лица и его это слегка напрягало.
— О чем-то сожалеешь? — мрачно спросил, глядя прямо в слепящий луч.
— Не знаю, — честно ответила я. — Наверное, завтра буду сама себя ненавидеть, а сегодня я не хочу ни о чем таком думать.
— Зачем себя ненавидеть? — не понял он.
И я, усмехнувшись, ответила его словами, которые хлестали словно наотмашь.
— Макс, ты, блядь, с луны упал? Ты болен, у тебя острые проявления биполярного расстройства с частыми рецидивами. Ты взял меня силой, против моей воли. Изнасиловал, если по-другому не понятно. А я сейчас кончала от твоего языка. Как, по-твоему, кто из нас больше болен?
Он выдохнул и устало потер глаза.
— Твою мать, почему все так запутано и сложно… — проговорил он куда-то в сторону, отвернувшись от света. — Уберешь ты его или нет?