"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Я тут же вспомнила про отсутствующие страницы и потянулась к книге. Но на полпути передумала и опустила руку. Ару не разрешал мне ничего здесь трогать, кроме мази. Но, с другой стороны, он приказал мне писать отчет. Можно будет сослаться на то, что я еще не сталкивалась с вратами четвертого уровня и решила подглядеть в справочник. Ну, назовет еще раз безголовой, и что? Кроме того, возможно, в этой книге тоже нет тех страниц.
  
Любопытство оказалось сильнее осторожности. Я воровато огляделась и взяла в руки книгу. Поспешно долистала до нужного места, и сердце подпрыгнуло в груди. “Врата вне категорий” — гласил заголовок. Дальше шел текст. Страницы были на месте, и я погрузилась в чтение. Я так увлеклась, что ничего вокруг не слышала. Только когда глава была прочитана, я оторвала взгляд от книги и поняла, что Ару стоит рядом, и в его глазах полыхает ярость.
Я поспешно захлопнула книгу и смущенно выдавила:
— Решила освежить в памяти врата четвертого уровня.
— Ты читала не об этом, — возразил Ару, его голос задрожал от едва сдерживаемого гнева. — Я все видел, не нужно врать. И я не разрешал тебе ничего здесь трогать, за исключением аптечки. Зачем ты взяла эту книгу?
Других оправданий у меня не было, и я выпалила:
— В той книге, которую вы мне дали, нет этих страниц. Вы специально это сделали, чтобы я не могла прочесть эту главу! А в библиотеке этих сведений нет, я искала! Хороший ход, чтобы завалить меня хоть на чем-то. Но теперь я прочла эту главу, и вам это не удастся. Я ни о чем не жалею! Извиняться не буду, не дождетесь!
Ярость в глазах кровника сменилась недоумением:
— Ты считаешь, что я вырвал листы специально, чтобы ты не смогла сдать мне зачет? Ну ты…
Я ждала, что мои умственные способности снова наградят парой нелестных эпитетов, но взгляд учителя стал отсутствующим. Затем он медленно развернулся, на негнущихся ногах дошел до дивана и рухнул на него, как подкошенный. Я с ужасом наблюдала, как на его груди начинает расплываться алое пятно, а из воротника рубашки вырываются струйки багрового дыма. Лицо кровника исказилось от боли. Я шагнула к нему, но Ару вскинул голову и прохрипел:
— Уйди. Не подходи ко мне. Не надо.
Было в его голосе что-то такое, что заставило меня остановиться и растерянно произнести:
— Я могла бы помочь, принести мазь…
— Не могла бы, — процедил Ару отворачиваясь. — То, что мне поможет, закончилось. Нужно ждать Руперта, он должен зайти к аптекарю. Если вспомнит.
Да уж, после ночи возлияний его другу может быть не до того. Кровник уткнулся лбом в спинку дивана, и я подумала, что ему очень больно. Но он тщательно это скрывает. Сердце тревожно сжалось.
— Да что же это за рана? — в отчаянии воскликнула я. — Когда она заживет уже?
— Никогда, — глухо ответил Ару, и я поняла, что он не шутит.
Какое-то время стояла, не зная, что делать. Ару оглянулся на меня и начал:
— Иди…
Он судорожно вздохнул и прижал ладонь к груди, а я обреченно продолжила:
— Писать отчет?
— Нет, — огорошил меня учитель и недвусмысленно указал окровавленным пальцем на внутреннюю дверь. — Ложись спать. Руперт уведет тебя в Эйехон утром.
Я оглянулась и почувствовала, что краснею. Спать в его постели? Мне стало плохо при одной мысли об этом.
— Нет, — выдавила я, — так нельзя.
Кровник окинул взглядом диван и огрызнулся:
— Могу подвинуться.
Я отчаянно замотала головой, чувствуя, что краска неумолимо заливает щеки. Услужливое воображение тут же нарисовало, как мы лежим на диване в обнимку. По-другому не влезем, даже если захотим. Места тут не больше, чем в злополучном гробу. О чем я думаю?!
Не знаю, что Ару разглядел на моем лице. Он обреченно вздохнул и посмотрел мне в глаза. А затем, изо всех сил сдерживая раздражение, медленно произнес:
— Ариенай. С этой раной ничего пока нельзя сделать. Я не в состоянии дойти до комнаты…
— Но с моей помощью… — попыталась возразить я.
— Ариенай, — снова оборвал меня кровник. — Спальня в твоем распоряжении. Запрись и оставайся там, пока не придет Руперт. Ты на практике, и должна делать то, что я говорю! Неужели это так сложно?
Я медленно развернулась и положила книгу на комод. А затем неохотно вошла в спальню и закрыла за собой дверь. Повинуясь моему прикосновению, вспыхнули магические лампы. Я закрыла лицо руками и прислонилась к стене. Мне предстоит ночевка в комнате Роя Ару. А сам он… что с ним? Что это за рана? И, кажется, она спасла меня от очередной выволочки. Хотя учителя мне было ужасно жалко, несмотря на то, что он кровный враг.
Я погасила свет и подошла к окну. Мои мысли переметнулись к прочитанному. Врата вне категорий… Теперь я понимала, почему в других книгах их существование подвергалось сомнению. Все это больше напоминало сказку. Адские врата невероятной силы, которые появляются, если дыхание Ада коснется нерожденного младенца? Из которых могут сотнями выходить демоны, и закрыть их практически невозможно? А тот, кто закрыл, обретает силу и необыкновенные способности, которые помогают сражаться с Адскими Тварями?
Ах да, еще для этого два Отмеченных должны собраться в одном месте. Учитывая, что Отмеченные Адом и так появляются достаточно редко, вероятность такого события стремится к нулю. Правда, для легенды в этой книге слишком точно были описаны особенности таких врат. Неужели в древности такое могло существовать в Центральных Землях? Врата вне категорий… Нет, это какой-то бред сумасшедшего.
Дождь стучал в оконное стекло и навевал сон. Усталость навалилась с новой силой. Я провела рукой по все еще влажным волосам и решила все-таки лечь спать. На то, что это постель принадлежит моему кровному врагу, мне уже было почти наплевать.
Уснула я сразу. Но насыщенная ночь дала о себе знать. Я провалилась в темноту, наполненную Отмеченными Адом, огромными вратами и стаями демонов. Только ближе к утру кошмары перестали меня мучить, и я смогла, наконец, крепко заснуть.
Меня разбудило прикосновение к волосам. Чужие осторожные пальцы скользили по розовым прядям. Наверное, меня пытались разбудить. Но движение было скорее успокаивающим, и от этого нырнуть в сон хотелось еще сильнее. И поэтому я не сразу поняла, что подо мной не жесткая койка студенческого общежития, а мягкая постель. Постель моего учителя.
Воспоминания пришли все разом, и я резко распахнула глаза. Пальцы на моих волосах замерли, и рядом раздался спокойный голос Ару:
— Проснулась? Если ты проспишь еще и обед, то Руперт сможет проводить тебя в Эйехон только вечером.
С этими словами он убрал руку от моих волос.
Я резко села и повернулась к нему спиной. Затем нервно пригладила розовые пряди и смущенно спросила:
— Что вы делаете?
— А на что похоже? — фыркнул Ару. — Пытаюсь тебя разбудить. Или ты предпочитаешь ведро ледяной воды в постель?
Я поправила воротник рубашки и ответила:
— Нет. Но волосы зачем трогать?
Несколько мгновений в комнате царила тишина, а затем Ару озадаченно сказал:
— Мне казалось, тебе это нравится.
Я смутилась еще больше и невпопад ответила:
— Да… То есть, нет! Гладите, как котенка… Не нужно так обращаться со мной. Я не котенок и не ваша любимая собака, даже если так говорит Шендан.
— А жаль, — странноватым голосом ответил он.
Я, наконец, обернулась к учителю и недоуменно переспросила:
— Жаль?
— Да, — серьезно кивнул он. — Что делать с кошками и собаками, мне известно, а вот что делать с тобой, совершенно непонятно.
С этими словами он поднялся и направился к выходу. У двери он оглянулся и бросил:
— Собирайся. Маргарет накрывает на стол.
  
Дверь с тихим стуком закрылась, и я осталась сидеть на постели учителя и хлопать глазами ему вслед.
В Академию я вернулась после обеда, сытая и почти довольная жизнью. Оказалось, Руперт, несмотря на свои ночные приключения, о просьбе друга не забыл и принес нужные лекарства. Так что Ару снова выглядел так, будто не был ранен вовсе. Только деревянная походка выдавала, что с учителем не все в порядке. Отчет и книга были забыты, кровник отправил меня в Академию с приказом учить законодательство и сидеть тихо. А через два дня ему предстояла дуэль с Лукианом, на которой должна была присутствовать я, как оскорбленная сторона.