"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Если что-то понадобится — буду на вахте, не стесняйся.
С этими словами пёс распахнул дверь прикосновением лапы и вышел. Я закрыла за ним и прислушалась. А затем развеяла свое заклинание. Парни вылезли из-под кровати и уставились на меня с нескрываемым ужасом.
Я укоризненно сказала:
— Предупреждала же, что будет мокро. Не нужно было лезть в мою комнату.
Ханс подобрал челюсть и осторожно спросил:
— Про Отмеченного… Это правда?
Я вспомнила жуткую фигуру с черной кожей и поежилась:
— Да. Я его видела.
Кай многозначительно произнес:
— Вальке ты другое сказала. Что он прикоснулся к тебе.
— Ну да, — подтвердила я. — Прикоснулся.
Они обменялись испуганными взглядами. Я забеспокоилась:
— Это плохо? Вредно? Почему вы так смотрите на меня?
Поколебавшись, Кай вымученно улыбнулся:
— Не бери в голову. Местные суеверия.
— Какие ещё суеверия? — переспросила я, чувствуя, как по спине бежит холодок.
— Не бери в голову, — упрямо повторил он. — Но на всякий случай, не стоит рассказывать об этом всем и каждому.
Ханс с досадой добавил:
— И Вальке зря рассказала — он здесь самый главный сплетник.
— Я вас прикрыть хотела. И ни о каких суевериях не слышала.
— Тем более, не бери в голову, — настойчиво сказал Кай.
Но это еще больше убедило меня в том, что скрывают от меня что-то важное, а не простые суеверия.
Они снова переглянулись и поспешили ретироваться. Ханс вспрыгнул на подоконник и бросил на прощание:
— Спасибо за помощь. Мы твои должники. Если понадобится что-то, ищи нас в угловой комнате этажом ниже.
Кай кивнул на прощание, и оба сотворили какие-то огненные заклинания, благодаря которым спустились вниз. Я захлопнула створки окна и со злости начала творить охранное заклинание. Мне надоело, что парни ходят сюда, как к себе домой. А их взгляды и реакция Валисия на мой рассказ только добавляли тревоги. Я успокаивала себя тем, что если бы прикосновение Отмеченного могло принести мне вред, я бы уже это заметила. И в Шейервальде нам бы обязательно рассказывали об этом. Мысль о том, что на уроках это упускали только потому, что студентов и практикантов на такие задания не брали, я старательно отгоняла.
Наконец, водная сеть окутала окно и дверь. После этого я сбросила сапоги и забралась с ногами на постель. Нужно было прочесть хотя бы пару глав из книги, чтобы завтра не ударить в грязь лицом перед огненным.
Уже перед сном я решила заглянуть в тайник и убедиться, что там не осталось сюрпризов, и парни унесли все свое добро. Предосторожность оказалась не напрасной. Стоило мне приблизиться к столу, как я увидела, что из-под половицы пробивается багровый свет. Неужели они что-то забыли? Или… оставили специально?
На всякий случай я сначала прощупала тайник поисковым заклинанием. Капля воды, отправленная на разведку, сообщила мне одно — нечто внутри принадлежит стихии огня. После этого мое заклинание испарилось. Открывать руками тайник я побоялась и поддела доску металлической линейкой. Багровый свет стал гаснуть, будто артефакт был доволен тем, что его нашли. Вскоре я увидела небольшой кусочек граната, оправленный в золото. Я понятия не имела, что это за артефакт. На следящий он похож не был. Убедившись, что незнакомый предмет уснул, я снова накрыла тайник половицей.
Присутствие артефакта меня встревожило. Я не могла понять — его забыли или оставили специально? И если оставили, то зачем? Я успокаивала себя тем, что этот артефакт лежит здесь уже давно. Только я об этом не знала, а парни уходили впопыхах. Пришлось навесить магический маячок и защиту на тайник для собственного спокойствия. После этого я отправилась в постель. Завтра меня ждал трудный день, и нужно было хотя бы попытаться выспаться.
В восемь вечера я стояла перед толстой дубовой дверью, на которой поблескивали золотистые цифры. Триста пятая аудитория располагалась, кажется, в самом мрачном крыле Эйехона. Коридор, облицованный темным камнем, черно-серые шестиугольные плиты пола, массивные светильники позапрошлого века, редкие барельефы с изображением то ли битв, то ли пыток. И стойкий запах гари и пепла.
Пока я шла в указанном Валисием направлении, не встретила ни одного человека. Снова закрадывалась мысль, что это место отлично подходит для убийства кровного врага. Только память о том, как вел себя Ару в доме на улице Паскуаля, заставляла меня усомниться в его кровожадных намерениях. Теперь я должна была признать, что совершенно не понимаю, что творится в голове у моего вынужденного учителя.
Я подняла руку и тихо постучала. Из кабинета не донеслось ни звука. Я решительно толкнула дверь и услышала раздраженный голос учителя:
— Хватит топтаться на пороге. Заходи быстрей.
Я поспешно шагнула в класс, закрыла за собой дверь и огляделась.
Не знаю, какие уроки здесь проводили, но явно не лекции. Вместо парт — несколько круглых каменных столов. Ару сидел за массивным учительским столом в другом конце зала, откинувшись на спинку такого же массивного, обтянутого фиолетовым бархатом, кресла. Пока я лавировала между столиков, он не сводил с меня взгляд. Я в нерешительности замерла перед его столом, прижимая к груди учебник и несколько листов бумаги, и заглянула ему в глаза.
— Отчет, — потребовал учитель, и я с готовностью положила перед ним исписанные листы.
Затем он указал на стул напротив и приказал:
— Садись. Книгу не открывать.
Я послушно опустилась на стул и отложила учебник в сторону. Сцепила пальцы на коленях, стараясь унять волнение. Ару читал медленно, будто нарочно тянул время. Наконец, бумага вспыхнула в его пальцах, и он холодно сказал:
— Принято.
Я не удержалась от вздоха облегчения. В глазах учителя мелькнула насмешка. Затем он выразительно постучал пальцем по книге и сказал:
— Что ж, проверим, что ты усвоила.
— Можно задать вопрос? — поспешно обратилась к нему я.
Кровник окинул меня ледяным взглядом и ответил:
— Если он по теме.
— По теме вчерашней практики. Чем мне грозит прикосновение Отмеченного Адом?
Ару помрачнел и медленно произнес:
— Прикосновение Отмеченного? А с чего ты взяла, что это тебе чем-то грозит?
Рассказывать о парнях я не собиралась, поэтому промямлила:
— Валисий так испугался, когда я упомянула об этом…
Учитель сжал кулаки и сузил глаза:
— Валисий? Ты рассказал Валисию, что к тебе прикоснулся Отмеченный?
Я молча кивнула.
— И когда ты ему об этом сказала? — продолжил допрос он.
— Вчера вечером, — призналась я.
Ару отбросил со лба прядь волос и раздраженно сказал:
— Ты — болтливая дура, Ариенай Суру!
— Вы меня не о том просили молчать, — ядовито заметила я.
Он стиснул подлокотник кресла, и пламя с его пальцев перетекло на пол, окружая стол и меня. Я зажмурилась на пару мгновений и медленно выдохнула. Ядро водной магии внутри меня содрогалось от силы этого огня. Когда я распахнула глаза, то заметила, что кровник задумчиво смотрит на меня. Он подпер подбородок кулаком и спросил:
— Чего трясешься? В лавотов стреляла без промедления.
— Вы сильнее, — процедила я, продолжая коситься на стену огня, которая окружала нас.
Ару взмахнул рукой, собирая свою магию, а затем иронично спросил:
— Ну и зачем ты пришла сюда, если огня и адских тварей боишься до трясучки? Забирай документы и проваливай.
Я пожала плечами и криво улыбнулась:
— Страх — не повод отступать. Можно бояться и делать.
Он немного помолчал, а затем вздохнул:
— Ничего с тобой не случится от прикосновения Отмеченного. Но если не хочешь лишних вопросов, при следующей встрече скажи Валисию, что пошутила или тебе привиделось. Я понятно выразился?
Я, конечно же, ничего не поняла, но послушно ответила:
— Понятно.
— Что ж, тогда приступим к опросу… Расскажи мне о том, кто такие Отмеченные Адом, и как они появляются.
Я мысленно застонала — прочитать этот раздел я как раз не успела. И теперь могла рассказать только то, чему меня учили в Шейервальде.