"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Успокоенный, я принялся за следующее письмо. Оно было от Моровского. Здесь сплошь и рядом положительные новости. Иван Михайлович Сеченов сам вызвался быть оппонентом Антонова на защите докторской диссертации. Вацлав ехидно заметил, что не знает, есть ли уже искомый документ в природе, но кому-то теперь придется на время прекратить охаживать лаборанток. Со скорой все отлично, подстанции открылись еще в семи городах. Провели второй форум скоропомощников в Москве. Власти первопрестольной выделили денег на ежегодную премию – решили назвать моим именем. Приятно!
  
Что же ответить Моровскому? А вот что! Поинтересуюсь, а докторская диссертация самого главврача скорой помощи всей Москвы в каком состоянии? А то ведь у меня в академических кругах знакомых много, в просьбе повнимательнее отнестись к соискателю не откажут.
* * *
Что сказать о награждении? Да ничего особенного, вышел, принял очередную мантию, диплом, выдержанный в строгих тонах, прочитал лекцию, затронув и новости про инсулин. Даже показал с кафедры журнал. Народ послушно все записывал, кивал, как заведенный. Вот и всё. Публика – в основном преподы, студентов маловато. Занятия еще не начались просто.
Самое интересное произошло перед церемонией. Я подошел к ректору, узнал последние новости. Да, кантон выделяет деньги на клинику – предоставят и землю, и налоговые льготы разные. Быстро они, однако. Тут мне осталось только развести руками и дать согласие. Теперь надо искать юристов, приглашать архитекторов… И претворить мечту в жизнь.
Слух о «проекте века» распространился очень быстро. Казалось бы, какое дело университетским профессорам до того, что русский решил рядом с городом построить больницу? А про медицинскую школу забыли? Это же новые места, возможность сделать карьеру, заявить о себе. Да, еще всё на стадии мечтаний и предварительных ласк, но планы-то построить можно.
Собственно, и после лекции почти половина вопросов в кулуарах была о клинике. Даже студент один решил место застолбить. Подошел, отвесил короткий поклон, и предельно вежливо начал спрашивать. Красавец, примерно метр восемьдесят, блондин, лицо истинного арийца, с идеально прямой осанкой и спокойной, скорее, даже интеллигентной улыбкой.
– Герр профессор, вы позволите задать пару вопросов? О новой больнице.
– Слушаю. Как к вам обращаться?
– Боже, извините, это из-за волнения. Карл Юнг, студент третьего курса.
– Вы что же, интересуетесь хирургией?
Однофамилец? Фамилия не самая редкая. Не слышал, что тот самый Юнг, ученик Фрейда, хотел быть хирургом. Но сильно его биографией не интересовался, утверждать не могу.
– Нет, извините, только не хирургия! – смутившись до красных щек, ответил студент. – Я решил посвятить себя психиатрии. Вот и интересуюсь, будете ли вы развивать это направление? Думаю, именно сейчас есть шанс принести в эту область медицины много нового. Вы слышали про лечение электричеством?
Ага, и про гипноз и про водолечение.
– Пройдете стажировку после университета, подходите. Может, для восходящей звезды психиатрии откроем отделение.
Сказал с юмором, но кажется, Юнг принял все всерьез. Его лицо озарилось энтузиазмом.
– Благодарю вас, герр Баталофф! Я сделаю всё возможное, чтобы оправдать ваши ожидания.
Мы обменялись рукопожатием, и я ушел, оставив его мечтать о карьере великого психиатра.
* * *
У ректора сюрпризы не кончались. Отбыли фуршет, я собрался на выход, и тут Массини подошел ко мне с незнакомым господином. Лысый, краснощекий, во рту трубка, дымом которой нас сразу всех окурило. Я уже приготовился отбыть номер с проговариванием общих фраз, но оказалось, что разговор вовсе не на тему «как здорово, что все мы здесь». Герр Бернхардт – владелец небольшой частной хирургической больницы в Базеле. По ряду причин решил избавиться от актива. Цена божеская, руки выкручивать не планирует. Готов на рассрочку платежа, особенно если речь идет об общеевропейском проекте, который озвучил герр ректор.
Я задумался. А что, идея отличная! Сколько мне будут строить больницу? Хорошо если год, так это с момента начала работ. А у нас ни землеотвода, ни даже проекта нет. Не говоря уже о смете. О подрядчике даже думать не начинали. А работать можно и в маленьком стационаре, собирать коллектив, готовить людей.
– Расскажите о вашей больнице.
Краснощекий начал описывать клинику. Полсотни коек, своя лаборатория, две операционные. Само собой, прозекторская. Сорок человек персонала. Семь врачей, двадцать одна медсестра. Остальные – дворники, охранники, бухгалтерия.
– Город даст лицензию на вторую скорую помощь? – повернулся я к ректору.
Тот нахмурился, тяжело вздохнул. Похоже, его ожидали новые сложные переговоры с местными властями.
– Это обсуждаемо.
– Какова цена вопроса? – я помахал рукой перед Бернхардтом, разгоняя дым. Тот понял все правильно, затушил трубку, сунул в карман.
– Семьсот тысяч франков, – озвучил цену владелец.
А не так уж и дорого… Примерно двести тысяч серебряных рублей по текущему курсу. По моим нынешним доходам – сущий пустяк.
– Здание клиники в собственности, – поспешно добавил Бернхард. – Но есть небольшой долг перед банком. Больница должна Кредит Суис пятьдесят тысяч.
– Пока мне нравится ваше предложение, – я улыбнулся сразу всем. – Но перед свадьбой неплохо бы взглянуть на невесту.
Шутку оценили, посмеялись, и тут же выдвинулись на место. Пришлось пересечь Рейн – нам на северную окраину.
Больница располагалась почти рядом с зоопарком. Если станет скучно, всегда можно сходить в гости к Густаву, пообщаться с умным существом. Или вообще выкупить его и поселить в дворе – станет символом клиники.
Здание двухэтажное, буквой «П». Двор довольно большой, хозяйственные постройки. Окна, насколько я успел заметить, двойные, топливо экономят. Хотя, что здесь за зимы? Одно название, снег и то не каждый год бывает, ниже нуля температура пять лет назад была, до сих пор рассказывают об этих ужасных морозах.
Построена больница сравнительно недавно, восемь лет назад. Ремонт в основном косметический, последний раз когда электричество проводили, два года прошло. Ну и кровлю год назад чинили.
Постояли у входа, послушали рассказ владельца. Тот заливался соловьем, описывая выгоды. По его словам клиника приносило тридцать тысяч чистого дохода в год. Но откуда тогда кредиты?
– Пойдем внутрь? – улыбнулся Бернхардт. – Там и увидите вашу невесту.
Владелец с гордостью проводил нас с ректором через просторные коридоры. Архитектура здания была типично швейцарской – строгие линии, светлые стены и тяжелые дубовые двери. В приемном покое, куда мы заглянули первым делом, мне понравилось: смотровые кабинеты, процедурная, ванная комната, всё в идеальном порядке. Персонал собирать не пришлось, все на месте и все при деле. Шуршат электровениками. Тут и главный врач подключился – чуть полноватый, приземистый, лет пятидесяти. На висках уже заметна седина, но усы остаются жгуче-черными. Наверняка предупредили о визите, потому что никакого удивления я не увидел. Спокойно представился, назвался Максом Вальдеком. На меня, правда, взглянул чуть настороженно, но буквально на мгновение. Боится, наверное, за место. А как же, стандартная практика, новая метла обычно сразу выметает главных – врача и бухгалтера. Но у меня мыслей таких пока нет. Если у нынешнего руководителя работа налажена, то на кой ляд пытаться что-то улучшить?
Походили по палатам, заглянули в операционную, одну из двух. До уровня университетской клиники не дотягивает, но слегка. До ума доводить времени много не займет.
  
– Морг посмотрите? – спросил Вальдек. – Если вам интересно, мы можем спуститься.
– Конечно. Место, где работают лучшие диагносты, всегда полезно увидеть, – ответил я.
Пошли в подвал. Спустившись вниз, мы попали в столь же блистающую чистотой комнату с тремя столами для вскрытия. Темновато, правда, слегка. Главный врач объяснял, что больница гордится своей дисциплиной даже в таком мрачном уголке.