"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Спасибо огромное за отличную работу. И вновь предлагаю подумать, Егор Андреевич, над моим предложением переехать в Петербург.
— Не смогу быть так полезен как здесь, ваше сиятельство. В Москве я знаю, у кого можно спросить, чтобы получить быстрый и точный ответ. Там — нет. Боюсь не оправдать ожидания.
— Оправдаете. Связи — дело наживное. Главное — умение работать. Ладно, если это всё...
— Нет, еще есть. Касательно вашего грядущего брака. Так как госпожа Гамачек относится к мещанскому сословию, брак будет признан морганатическим. Для устранения этой препоны рекомендуют обратиться к Его Императорскому величеству. Только в его воле разрешить эти трудности.
Да уж, подарочек... На тебе титул, а твоим детям ни хрена не достанется. А я уже губу раскатал, вообразил, как жену будут величать «ваше сиятельство Агнесс Григорьевна». Придется опять изображать теннисиста. Может, набраться наглости и пригласить царя на свадьбу? Вот смеху будет, если выгорит. А что, дядя обещал быть вместе со всей семьей, почему бы и племяннику не заглянуть на огонек, хлопнуть рюмашку за здоровье молодых и крикнуть «Горько!!!»?
***
Я посмотрел на часы. Время поджимало — надо было срочно садиться за написание речи. Хотя бы тезисно. Мероприятие статусное, поэтому ждут нечто более, чем обычное блаблабла как здорово, что все мы здесь сегодня собрались, и прочая хренотень, которую никто и никогда не слушает. Все ждут конца церемонии, чтобы разойтись по домам, или отбыть на банкет — кому как повезло. Мне — второй вариант, естественно. Кто речи произносит, всех кормят потом. А также некоторых из тех, кто слушает. Но сначала, сугубо для активации кровообращения, надо пойти и позаниматься ушу. И мозги прочищает очень хорошо, кстати.
Переоделся и вышел во двор. В память о моих былых заслугах площадку за конюшней не трогают. Даже траву пропалывают, песочком посыпают. Хотя, может, кто-то еще занимается здесь, и вовсе это не мемориал доктора Баталова.
Начинаю с разминки: плавные движения рук и ног, растяжка. Главное, не спешить. Медленно поднимаю руки перед собой, ощущая, как энергия течет от земли через ступни, поднимаясь вверх по ногам. Ну так Ли Хуан всё время говорит, а я за ним повторяю, надеясь когда-нибудь эту самую энергию почувствовать. Затем основные упражнения. Медленно, но точно выполняю каждое движение, концентрируясь на дыхании и равновесии. Тут надо бы почувствовать, как энергия циркулирует по телу, наполняя его силой и спокойствием. Ладно, пусть будет так. Плавно перехожу в следующую стойку, перенося вес на правую ногу. Левая рука описывает дугу, отводясь назад, правая выдвигается вперед. Чувствую как растягиваются мышцы. Вот прямо жить легче становится. Выполняю серию ударов. Тут вся заковыка в том, что каждый наполнен силой, но остается мягким. И соблюдать при этом дыхание ровное и глубокое. Завершаю тренировку медитацией, сидя на земле, прислушиваясь к природе вокруг. Вернее, не сколько к окружающему, столько забываю обо всех мелочах. Вот это умение я развил если не до совершенства, то до очень хорошего уровня. Что бы я в лесу делал, когда убийца собирался стрелять в нас до последнего патрона?
Восполнившись после медитации вселенской гармонией, я отправился писать речь. Точнее, попробовал. Ведь на крыльце меня ждал пьяный в дымину Винокуров. Врач вышел покурить и все пытался зажечь спички. Они ломались одна за другой. Вселенская гармония вздрогнула и попыталась сбежать — врач был в белом халате, на ухе висела маска. Значит, на смене.. Огромным усилием я удержал гармонию в себе.
— Александр Николаевич, что с вами?!
— Ой, прошу пардону!
Винокуров икнул. Доктор сфокусировал на мне свой взгляд:
— Женя! То есть Ваш сиясс... Мои поздравления! Целый князь! Нет, ну надо же...
Тут гармония окончательно покинула меня и я начал орать.
— Пьяным на смену!? Сейчас же сдать всех пациентов и вон отсюда! Простым штрафом у меня не отделаетесь!
На крики из окон начали выглядывать врачи, на крыльце появился бледный Моровский. Увидев состояние Винокурова, он ахнул, начал пытаться затащить доктора в корпус, но тот ловко вырывал руки. Одним из обратных движений внезапно прилетело и мне в голову. Точнее прилетело бы, если бы я не поставил блок. Только вот за этим отмахиванием, Винокуров оступился, упал прямо на меня, стоящего на ступеньку ниже. Я перебросил пьяное тело через себя, доктор упал в пыль. Санитарки, внезапно появившиеся в окнах, охнули. Были бы сейчас смартфоны — завтра видео, как лауреат премии Уоррена валяет пьяницу в пыли, уже было бы на Ютьюбе.
Винокуров очень быстро вскочил, грязно выругался.
— Вацлав Адамович! Господина Винокурова перевести на месяц в санитары! На два. А вам штраф.
— Он... был трезв на утреннем обходе. Потом получил какую-то срочную телеграмму, попросил отлучиться...
— Вот и наотлучался. В нем литр белой сидит. А то и больше. Устройте ему промывание.
Краем глаза я заметил, что в мою голову летит кулак, присел под нем. Винокурова развернуло, потом еще раз. Наконец, он остановился, посмотрел на меня, как бык на красную тряпку:
— Сатра-апы... Отольются вам наши страдания.
Фантасмагория нарастала. Нет, ну что за семейка? Сначала Винокуров-младший мне делает нервы. Теперь еще и старший пошел в разнос. А ведь был таким спокойным, рассудительным.
— Какие страдания?
— Да что говорить с ним, пьяным. Я сейчас уведу его в процедурную, — Моровский протиснулся мимо меня, спустился по ступенькам.
— Что смотрите? На варьете пришли?? — накинулся я на любопытных санитарок, по-прежнему торчащих в окнах — Сбегайте кто-нибудь, позовите Жигана!
Зрителей заметно поубавилось.
Не дожидаясь появления безопасника, я закончил свое участие в этом шоу, зашел в здание. Нет, до чего же погано! Все настроение насмарку. И как теперь писать поздравительную речь??
Глава 24
ПЕТЕРБУРГЪ. По всеподданѣйшему докладу министра внутреннихъ дѣлъ, Государь Императоръ Высочайше повелеть соизволилъ: объявить строгiй выговоръ помощнику московскаго оберъ-полицмейстера, числящемуся по полевой конной артиллерiи, полковнику Рудневу и состоящимъ по армейской кавалерiи: полицмейстеру московской городской полицiи полковнику барону Будбергу и чиновнику особыхъ порученiй при московскомъ оберъ-полицмейстерѣ подполковнику Померанцеву за упущѣнiя по службѣ, обнаруженныя слѣдствiемъ по дѣлу о несчастномъ событiи 18-го мая сего года въ Москвѣ, на Ходынскомъ полѣ.
ЛОНДОНЪ. Вотъ уже третiй разъ, что англiйское правительство откладываетъ билль объ охраненiи жизни углекоповъ. Съ 1851 года убито 49,261, а изувѣчено всего 4,500,000.
ПАРИЖЪ. Завѣдывающему институтомъ Пастера доктору Мечникову пожалованъ офицерскiй крест ордена “Почетнаго легiона”.
Наверное, чтобы увести в сторону от тяжелых дум, сотрудники «Русского медика» решили меня отвлечь. Как утверждал академик Павлов, если ты работал головой, то для отдыха достаточно покопать землю. И наоборот — носильщикам помогает решение сканвордов. Других причин вовлечения меня в бесконечный дурдом скоропомощного стационара я не вижу.
И кого послали вперед на амбразуры? Правильно, Викторию Августовну. Остальные испугались. Она вошла в мою квартиру по привычке без звукового сигнала. Замок я не менял, а ключ девица Талль решила не сдавать. Ладно, не будет же она воровать смену нательного белья и комплект чайных кружек. Пусть пользуется, если так надо. Но постельное на всякий случай велю сменить от греха подальше.
— Женя, здравствуй. Говорят, тебя можно поздравить?
— Можно. Поздравляй, — ответил я, не поднимая головы. Демонстративно зевнул, разглядывая Вику. Румяная, веселая, на туго натянутой блузке расстегнута одна лишняя пуговичка. Девушка пошла в атаку?
— Тебя просят, если сможешь, в операционную. Там ножевое ранение живота.
— А Моровский где?
— Так уехал на вторую подстанцию вместо Винокурова.