"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Он помнил хорошо только время, что был вынужден провести прикованным к постели из-за болезни. Помнил загадочного ис’шерского лекаря, которого пригласили в их дом, чтобы тот поставил его на ноги. И еще он помнил удивительные сказки, которые мужчина рассказывал мальчику каждый раз, когда заканчивал процедуры, запланированные на день. Истории о женщинах и мужчинах, что были сотканы из духа изменчивого бога, что существует, убивая, а умирая, продолжает жить. Каждая из тех историй была необыкновенной. Перед его детским, измученным болезнью разумом оживали картины приключений, опасности и любви. Разве тогда он мог себе представить, что однажды увидит воочию жрицу проклятого гнилью города Ортис? Что герой его детства, образ, который всегда стоял перед его мысленным взором как олицетворение надежды, просто возьмет и возникнет из-под песков времен? Жалел ли он о том, что с ним случилось после той встречи? Пожалуй, нет. Даже если бы все повторилось вновь, были в его жизни вещи, которые ценились им гораздо больше собственного комфортного существования, и ему казалось, что благодаря этому его существование имеет чуть больше смысла.
Он постарается выжить. Обязательно постарается. И, быть может, они действительно встретятся еще раз… тогда.
Невольно пошатнувшись от накатившей на него слабости, он заметил странный металлический блеск на одном пруте решетки. Наклонившись к нему, он увидел небольшой металлический медальон на кожаном шнурке. На блестящей глянцевой поверхности была искусно выгравирована парящая в воздухе птица…
«Мы еще встретимся, Саймон, — строго сказала она и тут же добавила: — Ешь… хорошо».
Невольно улыбнувшись, рассматривая подарок, Саймон лишь покачал головой и тихо шепнул:
— Как скажешь, Соль, как скажешь…
* * *Это перемещение было самым болезненным, что я когда-либо испытывала. Казалось, мое тело сначала заморозили, а потом просто разбили на тысячи осколков, чтобы соединить вновь. Стоило нам вынырнуть из того ледяного колодца, в который мы ухнули, уходя из казематов Рейна, как я поняла, что совершенно не могу удержать равновесие. Мои ноги просто разъезжались в стороны, точно вместо мышц и костей в них было желе. Рука Кирана, который продолжал удерживать меня за талию, — единственное, что помогало мне оставаться в вертикальном положении.
Я пыталась осмотреться вокруг, но быстро оставила это занятие из-за опасений, что меня еще и вывернет.
Тошнота, головокружение, ломота во всем теле… непривычные ощущения, которые не спешили отступать. И когда я уже вроде как созрела, чтобы проявить самостоятельность, то оказалась заключена в объятия одного весьма костлявого подростка.
— Он нашел тебя! Он нашел тебя! Лурес всемилостивая, я так боялся, что он не сможет, — все сильнее прижимал он меня к себе, вырвав меня из объятий Кирана и уткнув носом к себе под мышку. И неизвестно, что было в этот момент страшнее — вдохнуть или задохнуться.
Я вяло попробовала вывернуться из безвыходного положения, но причитания и захват усилились пропорционально моему сопротивлению. Конечно, я испытывала огромное облегчение оттого, что с Китом все в порядке. Но это не умаляло моего желания дышать.
— Да прости меня Пресветлая, ты удушишь ее, — вмешалась Лил, остужая пыл подростка. Кит неловко освободил меня из объятий, а я с шумом втянула воздух в легкие.
— Ты не пострадала? — спросил Кит, осматривая меня с головы до ног, точно изучая.
— При всем желании, — пробормотала я, — это не так просто, как кажется на первый взгляд, — все еще пыталась я отдышаться. — Но… как ты…
— А, — отмахнулся Кит, — экскременталъная разработка, — с умным видом поделился он. — Дворец помог и объяснил, что ты в беде. А еще помог найти его, — кивнул он в сторону мужчины, что все это время стоял за моей спиной.
Я невольно обернулась и посмотрела на Кирана, что молчаливо наблюдал за нами. Было в его взгляде нечто такое, что напомнило мне, как смотрят на мир обреченные больные. Точно стоя за невидимой стеной, они рассматривают тех, кто все еще жив и полон надежд. Такая светлая тоска, зависть и обреченность. Все это столь тонко переплетается, что не может оставить равнодушным.
Я осторожно взяла его за руку, чуть сжимая кончики его пальцев, просто потому что мне совершенно не хотелось позволить этой стене хотя бы на мгновение встать вновь между нами и разделить нас на века. Я все еще боялась, что стоит мне невольно отвлечься, переключить свое внимание, отойти в сторону — и все это окажется сном. Самым нереальным, невообразимым, чудесным сном.
Мое сердце гулко билось в груди, казалось, что этот звук слышен всем вокруг. Он отрезал собой реальность. Я держалась за него. Пока я слышу свое сердце таким сильным, взволнованным, оно кажется по-настоящему живым.
— Э… думаю, может, уберемся отсюда, пока все приличные люди еще спят? — поинтересовался Кит, весьма кстати напоминая нам о насущных проблемах.
Элио встретила нас предрассветной мглой. Рассветы, как и закаты, были неописуемо красивы в этих местах, но столь скоротечны и неожиданны, что неподготовленному человеку ни за что не понять, когда именно тьма отступит. Но я знала. Чувствовала, что совсем скоро острая стрела небесного светила пронзит небосклон, убивая непокорную, глубокую тьму, и растечется по небесному своду, превращая глубокий черный цвет в ярко-алый, оранжевый, золотой, фиолетовый и небесно-голубой. Нет ничего прекраснее, чем видеть то, как преображается тьма. Приятно знать, что я все еще реагирую на подобные вещи. Что мой разум, который помнит и знает многое, порой может предсказать события наперед и все еще способен воспринимать что-то столь иррациональное и эфемерное, как надежда и вера в то, что, пока я вижу нечто подобное, даже у меня есть шанс. У нас…
Очередное перемещение было столь же болезненным, но в этот раз я быстро пришла в себя. Я понимала, что дело вовсе не в магии, которую мог использовать Киран. Дело в нем самом. Что-то было не так. Столетия назад наша сила точно звенела, переливалась и вибрировала на одних частотах, стоило нам оказаться рядом. Сейчас было иначе. Я не могла точно понять, что именно не так. Будто стоило нам соприкоснуться на энергетическом уровне, как наши потоки силы начинали совершенно противоположное друг другу движение — разве такое возможно? Но больше всего я боялась узнать, что именно произошло с Кираном, что так изменило то исконное, недвижимое и истинное, что в нас было. Это не так, когда тебя пугает нечто скрытое и темное в близком человеке, заставляющее отвернуться от него. Я боялась, что меня, моей силы будет недостаточно, чтобы понять, помочь, исцелить…
В это утро меня в очередной раз поразил Кит. Пусть он не умел толком писать, читать и постоянно путал слова, находя им самый похабный эквивалент из возможных, но голова у него варила порой гораздо лучше, чем у многих ученых мужей.
— Лил, пойдем скорее, надо Джарреда проверить, — стоило нам оказаться у подножья скалы, как мальчик схватил волчицу за руку и потащил ко входу. — Ты там не засопливела? Когда я из подвалов вышел, у меня с носа текло аж страсть! Соплей тьма была! Просто надо, чтоб ты понюхала, где он может быть… — продолжал он посвящать Лил в план поисков ее напарника.
Киран стоял рядом со мной, провожая взглядом спешащего наверх мальчика. Неожиданно на его губах расцвела скупая улыбка.
— Кажется, наш потомок не обделен чувством такта?
— Интересно, в кого? — так же тихо поинтересовалась я.
— Понятия не имею, — покачал он головой.
Мы молча смотрели им вслед. Почему-то у меня возникло такое ощущение, что это последние секунды затишья перед тем, как каждому из нас придется вскрыть друг перед другом давно зарубцевавшиеся раны. Хотя нет, они никогда не зарастали. Точно гнойный абсцесс в самой глубине души, они просто ждали, когда их наконец-то вскроют и помогут очиститься и зажить.
ГЛАВА 10
— Последний раз я был здесь триста лет назад, — первым нарушил молчание Киран.