"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— А… — только и смог сказать парень, смотря вслед уходящему мужчине, который уже интересовался у Кита, чего желает тот.
Внучек мой, похоже, смекнул, что к чему, и, заказав стакан воды, получил свою миску каши, сэкономив время всем нам.
— Что за дом такой? — пробурчал себе под нос Джарред. — И где та девчонка с младенцем? Я с утра ее не видел.
Насадив загадочное мясное изделие на вилку, я с интересом его разглядывала в момент, когда прозвучал данный вопрос. Потому, не отрываясь от своего занятия, просто сказала:
  
— Кто знает…
Вмиг воцарившаяся тишина заставила меня обратить внимание на тех, кто до этого мерно постукивал ложками. И только теперь я поняла, как именно выглядела в их глазах моя фраза, сказанная над фрикаделькой.
— Не, а что, ты коров здесь где-то видел? — невинно поинтересовалась я.
Два оборотня синхронно открыли рты, отчего часть каши вывалилась из них прямо на скатерть.
— Вот и я нет, так откуда эта хрень? — указала я взглядом на мясное творение Дворца. — С девчонкой все нормально, кстати, — добавила я, беззаботно съедая то, что давали, здраво рассудив, что в моем случае хуже не будет.
Дождавшись, пока двое из моих постояльцев, а именно оборотни, хорошенько поедят, потому как мне вовсе не хотелось, чтобы кто-то из них заработал несварение, я наконец-то решилась сделать то, что давно следовало, но все было как-то не с руки. Глубоко вздохнула, обращаясь к собственному дару и возвращая сморщенной и сухой коже вокруг глаз былую упругость. Поправила голосовые связки. Я видела, что волки сейчас больше заняты своими тарелками, чем мной, потому никто из них не обратил внимания, когда я осторожно начала отстегивать часть ткани, что так надежно закрывала мое лицо.
— Я понимаю, — все еще чуть сипло заговорила я, — что, наверное, не стоит так резко делать то, что я собираюсь. Но эта штука, — указала я пальцем на свой головной убор, при этом наклонившись так, что они до сих пор не могли видеть моих глаз, и пытаясь развязать потайные веревочки на шее, — меня уже допекла. Так что если кто рухнет в обморок, начнет орать, заикаться, тыкать в меня столовыми приборами, я вас сразу предупреждаю: ничем хорошим для вас это не закончится. Особенно если решите в меня что-нибудь воткнуть, ясно?
Сначала оборотни молчали, но первой не выдержала Лил.
— Мы можем себе представить, как выглядит дед-человек, — несколько высокомерно заявила она.
— И вообще, нам с самого начала было непонятно, зачем вы это носите. Стесняетесь своего возраста? Так мы представляем, как выглядят старикашки, — ухмыльнулся, вероятно, Джарред.
— А, ну тогда ладно, — наконец-то развязав последние узелки на своей чудо-шапке, я с удовольствием стянула ее с головы, позволяя тяжелым черным прядям рассыпаться по плечам, а себе — посмотреть на лица присутствующих. Хотя живу я довольно-таки давно, мне больше всего нравится наблюдать за реакциями живых на нечто, что не укладывается в их картину мира.
Так, например, всегда ловкая и собранная Лил выронила ложку, и та со звоном упала на пол. Рот блондинки удивленно приоткрылся, и она просто замерла. Скукотища. Зато Джарред не подвел.
Не знаю, что уж он там пытался сказать, но рот его просто открывался, оборотень издавал что-то похожее на «ма», потом закрывался, парень медленно моргал, точно собираясь с мыслями, и все шло по новой. Забавно, но не так, как было с Трэем. Тот просто воткнул мне вилку в ногу… Но тут я сама виновата: что меня все время за столом тянет открываться людям?
Первой не выдержала Лил.
— Вы… вы… ты… — дала она петуха на этом самом «ты» и закрыла рот, тяжело вздохнула и уставилась куда-то в пол. Длилось это недолго. Оборотница встрепенулась, точно ее озарила гениальная мысль, и выпалила:
— Девочка! — обличающе ткнула она в меня пальцем.
— Ма, — поддакнул, по всей видимости, Джарред.
— Нет, сто процентов нет, — покачала я головой, — и, нет, молодой человек, я не ваша мать.
— Но… девочка! — вскочив из-за стола, вновь дала петуха девушка.
— Можно мне воды? — устало обратилась я к воображаемым слугам, что продолжали кружить около нашего стола. Но несмотря на то, что просила я, а не чужаки, все равно получила еще одну порцию каши. Прелесть какая.
Отодвинув предложенную «воду», я глубоко вздохнула, собирая в кулак все свое самообладание, и сказала:
— Вот те Лурес в свидетели, — осенила я лоб святым кругом.
— Ма, — уже мне поддакнул, скорее всего, Джарред.
Некоторое время оборотни молча таращились на меня и почему-то на Кита, чем мешали пацану облизывать тарелку, что он делал, пока никто не смотрел. Поэтому, стоило им отвернуться, как парень, недолго думая, собирал остатки каши пальцем и засовывал себе в рот.
«Все же весь в меня», — умиленно подумала я, подмечая тот факт, что нам обоим хоть война, но обед должен быть все равно!
— Ну, хватит уже, — решив прервать смотрины, сказала я. — Повторю вслух, если вдруг так не очень понятно. Я женщина.
— Девчонка, — уже прошептала Лил, только на этот раз своему товарищу, с таким выражением, будто что-то поясняла ему.
— Бабуля твоя — девчонка, поняла? — фыркнула я, поднимаясь со своего места. — Все, иду к больной. Через два дня планирую уйти. Вас выгоню… и тебя тоже, — кивнула я Киту, который от такой новости, кажется, забыл вытащить палец изо рта.
— За что?
— Куда?
— Почему?
Что значит правильно сменить тему разговора! Это искусство.
— Надо, — коротко бросила я. — Дела у меня. Одних вас тут не оставлю и с собой не возьму. Про тебя пошутила, чтобы в рот что попало не совал, — последнее замечание было адресовано Киту, который тут же вытащил палец изо рта. Покачав головой, я уже было собиралась уйти, как слово вновь взяла Лил.
— Мы вас не оставим, — коротко сообщила она, а я благоразумно не стала спорить. Нет так нет, можно подумать, я уговаривать буду.
Тереза пришла в себя на третью ночь. Времени на восстановление ушло гораздо больше, чем я планировала изначально. Хотя теперь мои посиделки у кровати больной больше всего напоминали какой-то кружок по вышиванию. Я и двое оборотней мучили методическое пособие дней моей молодости, представлявшее собой имитацию человеческой руки. Решив, что сидеть просто так и развлекать молодежь байками из моей жизни, мягко говоря, невесело, я достала игрушки, некогда принадлежавшие Кирану, а также личным целителям королевской семьи. Три искусственные руки, три скальпеля, швейный набор. Свиных ног тут не было, а жаль. Хотя рука анатомически была точной копией человеческой, но все же ненастоящей. Но мои уже бывшие студенты были в восторге. Таких муляжей они никогда в жизни не видели.
— Если бы вы видели, как это выглядит со стороны, — поделился с нами Кит, который этими ночами занимался по большей части тем, что носил мне чай и вытирал кусочком ткани «кровь», выступавшую на муляже, стоило мне сделать надрез.
— Не отвлекайтесь, сестра, я не вижу, — скомандовала я, в то время как Кит поспешно убрал лишнее. — А теперь смотрите сюда, мои недалекие коллеги, — покивала я на разрез, а оборотни тем временем дружно уставились туда, куда я показывала. — Вы освоили одну технику эйлирского шва, настало время для второй. Не всегда надо просто «заштопать» больного. Не стоит забывать и об эстетической стороне вопроса.
— Какой? — как всегда, переспросил Кит. По крайне мере, теперь он чаще переспрашивал, чем с умным видом поддакивал, выдумывая новые слова.
— Не всем нравится иметь украшение в виде шрама, особенно на лице, шее или руках.
— А, — покивал мой внук, с интересом склонившись над муляжом.
  
— Если все сделаете правильно, то у аланита или оборотня шрама не останется вовсе. У людей чуть хуже с регенерацией тканей, но если правильно обрабатывать шрам, то и у них тоже. Смотрим, — сказала я, вооружаясь иглой с нитью.
— Мне… — раздалось едва слышно у меня со спины, — тоже интересно…
Мы сидели спиной к кровати, где лежала девушка, потому повернулись все синхронно. Я даже не успела отложить муляж. И, только обернувшись, искренне понадеялась, что вид «оторванной» конечности не вернет ее туда, откуда она смогла вернуться.