Семь Оттенков Зла (ЛП)
Справедливо ли было выносить такую оценку при столь короткой встрече? Вероятно, нет. Мэтью и сам так решил, но пока его впечатление было неоспоримо. Возможно, оно было связано с тем, какой спальный халат выбрал Найвен. Это был фланелевый халат в синюю полоску с полированными серебряными пуговицами спереди. Вероятно, эта вещица стоила столько, сколько Мэтью собирался заработать за это так называемое расследование.
— Почему ты не спишь? — спросил Найвен Зою.
— Я как раз рассказывала мистеру Корбетту, что услышала, как кто-то скребется в мою дверь. По крайней мере, мне показалось, что я это слышала. Возможно, это был всего лишь сон.
— Кто-то скребся к тебе? — Найвен нахмурился. — Странно…
Зоя озвучила то, о чем Мэтью сейчас думал.
— Кто-то, скребущийся в мою дверь ночью, — это разве странно в доме, где призрак пытается заманить человека в лапы смерти? Я боялась выходить из комнаты. Думала, что увижу там саму Смерть с лицом в виде черепа!
— Мисс Смит, — повернулся Найвен к Мэтью, — суеверна. Простите ее.
— Не извиняйся за меня! Я не собираюсь приносить извинения за свои убеждения!
— Подождите минутку, пожалуйста. — Настала очередь Мэтью хмуриться. — Я думал, вы русская, — сказал он Зое.
— Да. Я родилась в Москве.
— Но ваша фамилия — Смит?
— О… Моя мама — русская. А отца зовут Джеффри Смит. Точнее, сэр Джеффри Смит, потому что в прошлом году он был посвящен в рыцари. Он познакомился с моей матерью, когда был членом — и, фактически, председателем — Парламентского совета по торговле, и его отправили в Москву. У меня также есть старший брат, который занимает пост председателя в…
— Я думаю, Мистеру Корбетту не обязательно знать обо всей твоей семье, Зоя, — сказал Найвен, кладя руку девушке на плечо. — Он ведь здесь не для светских бесед.
— И правда, я увлеклась. — Сказала Зоя, пожав плечами. — Но почему бы и нет? Я горжусь своей семьей. У вас есть семья, мистер Корбетт? — Темные глаза на красивом кукольном личике уставились на него с пристальным интересом.
— Нет, — ответил Мэтью. — Семьи пока нет.
— Но я уверена, что у такого красивого молодого человека, как вы, должны быть планы.
Мэтью слегка улыбнулся. Эта девушка кокетничала с ним?
— Планы, возможно, есть. Но они… далеки от воплощения.
— Вероятно, ближе, чем вы думаете, — сказала Зоя.
Момент замер, как будто время остановилось.
Мэтью продолжал улыбаться.
— Время покажет, — сказал он и тут же пожалел об этом, потому что побоялся, что эта русская девушка может расценить это как готовность… к чему бы то ни было. Он почувствовал себя так, будто кто-то начал скрестись в его собственную дверь, а он открыл, чтобы обнаружить новую тайну среди тайн.
— Скорее всего, это был просто сон, — сказал Найвен. Мэтью подумал, что младший брат и вправду не отличается высоким интеллектом, потому что не замечал кокетства прямо перед собой. Или, может, Мэтью лишь вообразил себе все это? — Тебе лучше вернуться в постель.
— Да, — согласилась Зоя. — Пожалуй. Тогда я желаю вам спокойной ночи, мистер Корбетт.
Его так и подмывало сказать: «Зовите меня Мэтью», но даже это показалось ему опасным.
Зоя вернулась в свою комнату и закрыла дверь.
— Обустраиваетесь? — спросил Найвен. — Надеюсь, Уикс разжег вам камин?
— Разжег. А еще накормил ужином и сказал, где взять несколько интересных книг, так что я готов лечь спать.
— Я никогда не бывал в вашем городе. Вы должны рассказать мне о нем.
— Буду рад. Хотел вас спросить: комната Зои рядом с моей, следом идет ваша. А какие комнаты расположены дальше по коридору?
— Комната доктора Гэлбрейта находится сразу за моей, — сказал Найвен. — Потом комната Харриса, а в конце коридора… Форбс.
— Я заметил, что в книжном зале есть балкон. А в комнате Форбса он есть?
— Есть.
— Что ж, — вздохнул Мэтью, — мне кажется, что прыжок с балкона может быть не менее опасным, чем прыжок со скалы.
— Конечно. Мы тоже подумали об этом. Прежде чем отправиться за вами, Харрис купил навесной замок на торговом посту в деревне. У Бейнса уже была длинная цепь. Так что его балконную дверь мы заперли.
— Хорошо. Ладно, буду с нетерпением ждать встречи с вашим братом утром.
— Хотя вы пережили встречу с доктором Гэлбрейтом, я надеюсь, что вы с тем же успехом переживете встречу с моим братом, — сказал Найвен все с той же полуулыбкой. — Он не самый простой человек в общении. Особенно в своем нынешнем состоянии.
— Я рискну.
Найвен издал легкий смешок.
— Вы и так сильно рискуете, раз приехали в это поместье. Разве вы сами этого не чувствуете?
— Чувствую что?
— Мрак отчаяния. Испорченную атмосферу. Что ж, уверен, Харрис немного рассказал вам историю нашей семьи. Если о каком доме и можно сказать, что в нем водятся призраки, то именно этот дом должен занять первое место в списке.
— Я не верю в привидения, — солгал Мэтью. В данный момент это казалось ему самым правильным.
— Я тоже, но этот дом наводит на тревожные мысли. Харрис, возможно, не сообщил вам об этом, но во время строительства погибло восемь рабочих. Шестеро погибли, когда обрушились строительные леса, а еще двое упали с крыши. Строительство шло три года. — Найвен поднял фонарь и посветил им то в одну, то в другую сторону коридора. Мэтью заметил места, где стены блестели от влаги. — Это довольно промозглое место. Как утроба чудовища, не правда ли? Пена от волн просачивается внутрь. И ничего не поделаешь.
Мэтью хотелось поскорее приступить к чтению и согреться у камина, чтобы отогнать холод, царивший в доме, и дрожь от сказок Найвена на ночь.
— Будем надеяться, — сказал он, — что все духи, которые здесь обитали, удалились в места, где климат получше.
— О, да, — ответил Найвен. — Я совершенно уверен, что наш отец в аду. Доброй вам ночи, сэр.
Он отвернулся, прошел в свою комнату и закрыл за собой дверь.
Мэтью тоже удалился в свою комнату.
***Мэтью лежал на очень неудобной койке при свете камина, фонаря и свечных часов. Он прочитал почти половину «Тита Андроника» и время от времени прислушивался, не скребется ли кто-то в дверь.
Наконец он заснул, но примерно через час проснулся, чтобы подбросить дров в огонь. Он всей кожей чувствовал, что ему нужно как можно больше света и тепла, хотя и не мог объяснить, по какой причине. Возможно, в надежде отогнать любое привидение, скрывающееся в ночной темноте.
Так продолжалось всю ночь напролет.
***— Доброе утро, сэр! Половина восьмого! — сказал Уикс из-за двери после того, как трижды постучал в комнату и не получил ответа.
— Спасибо.
Поскольку Мэтью всю ночь проспал в одежде, ему оставалось только обуться.
Солнечный свет, струившийся сквозь голубое окно, был в лучшем случае тусклым. Мэтью ждал наступления рассвета на востоке с тех пор, как около пяти часов предпринял последнюю попытку разжечь камин.
Он плеснул себе в лицо водой из умывальника, подчинился своей утренней привычке побриться опасной бритвой, причесался, ополоснулся водой, засыпал ночной горшок, застегнулся на все пуговицы и был готов выбраться из этого склепа.
Он обнаружил Уикса стоящим у подножия лестницы.
— Я должен проводить вас к завтраку, сэр, — сказал слуга. — Сюда, пожалуйста.
Мэтью провели по безликим коридорам не на кухню, а в более официальную столовую, где стоял длинный полированный обеденный стол со стульями с высокими спинками. На стенах было развешено нечто, похожее на средневековые гобелены.
Доктор Гэлбрейт и Харрис уже сидели за столом и ели яичницу с ветчиной. Оба встали, когда Мэтью вошел. Когда Уикс вышел, Мэтью сел на стул напротив присутствующих.