Буря (ЛП)

Это было ещё мягко сказано. Колдун, который сотворил заклинания, должно быть, был могущественным. Мои знания о колдунах ограничивались тем, что я узнала от мамы и Эльдеорина, но я знала, что требуется много навыков и магии, чтобы наложить защитное заклинание поверх связующего. Я также знала, что недостаточно сильна, чтобы разрушить это заклинание самостоятельно.
К счастью, я была не одна. Я наклонилась, зачерпнула пригоршню снега и насыпала его за ошейник, пока он полностью не покрылся снегом. Положив на ошейник руки, я призвала магию воды, подкрепившись её успокаивающим теплом. Я направила магию в ошейник и почувствовала, как заклинание колдуна атакует её. Это дало мне возможность сфокусировать свою магию на связывающем заклинании. Без внешнего слоя заклинание было слабее и не могло сравниться с моей магией.
Снег вокруг ошейника засиял ослепительной белизной. Заклинание колдуна разрушилось, и секундой позже ошейник раскололся надвое и упал на землю.
Ликуя, я наклонилась, чтобы взять его, но остановилась, потому что у меня закружилась голова. Стряхнув с себя это ощущение, я подняла оба куска и впервые увидела тонкие серебряные прожилки, проходящие по внутренней стороне воротника. Как я и подозревала, этого было достаточно, чтобы воздействовать на оборотней, не убивая их.
Ронан, Феликс и Лена уставились на ошейник в моих руках. Ронан казался таким же удивленным, как и остальные, и я снова забеспокоилась, что он забыл обо мне, а его волк отреагировал на меня только из-за моей фейской связи с животными.
— Думаю, я должна сказать вам, что я наполовину фейри, — беспечно заявила я Феликсу и Лене, наслаждаясь их удивлением. — Я расскажу вам об этом, когда мы не будем спасаться бегством.
Я посмотрела на Феликса.
— Чувствуешь себя лучше без ошейника?
Он кивнул.
— Можешь перевоплотиться? — спросила я.
Он закрыл глаза и покачал головой.
— Вы долгое время находились под воздействием серебра. Может потребоваться некоторое время, чтобы эффект прошёл, — я бросила ошейник на землю. — Главное, что они больше не смогут вас выследить.
Он подтолкнул Лену в мою сторону, и я улыбнулась.
— Ладно, Лена, ты следующая.
Она задрожала от волнения, когда я насыпала снег ей за ошейник, как делала с ошейником Феликса. Я положила руки на ошейник, но в тот момент, когда я призвала магию воды, меня накрыла новая волна головокружения. Я положила руку Лене на спину и закрыла глаза, ожидая, пока приступ пройдёт.
Я посмотрела во встревоженные глаза Феликса.
— Должно быть, я использовала в первый раз больше магии, чем думала. Наверное, мне следует подождать час или около того, прежде чем я сделаю это снова.
Вертолёт выбрал этот момент, чтобы снизиться и покружить прямо над нами. Мы слишком долго пробыли на одном месте.
— Мы не можем здесь оставаться. Куда нам идти? — спросила я Ронана.
Если мы пойдём вниз по течению реки, то, скорее всего, натолкнемся на более крупные водоёмы, что означало бы цивилизацию. Если мы пойдём вверх по течению, то углубимся в горы. Это усложнит преследование, но отдалит нас от помощи. Переправиться через реку означало выйти на открытое место и стать лёгкой мишенью для стрелка из вертолета.
Ронан посмотрел в обе стороны и, казалось, взвесил все варианты. Что бы он ни решил, я пойду с ним. Я не хотела больше выпускать его из виду.
Он посмотрел на меня и пошёл вниз по течению. Я двинулась за ним, но остановилась и подняла ошейник с земли.
— Подожди.
Я подошла к краю берега, который был скрыт сверху, и бросила обе части в реку. Я с удовлетворением наблюдала, как они исчезают под водой.
— Если они отследят твой ошейник здесь, может быть, они подумают, что ты сам упал, — сказала я Феликсу. — Это не повредит.
Мы бежали, как мне показалось, несколько часов, стараясь оставаться в укрытии. Несколько раз нам приходилось сворачивать в сторону от реки, когда мы натыкались на просвет между деревьями. Всё это время вертолёт был рядом с нами, как хищник, выслеживающий свою жертву и выжидающий удобного случая, чтобы наброситься и убить.
  
Через час бега мой желудок заурчал, напомнив, что прошёл почти день с тех пор, как я ела в последний раз. Остальные, должно быть, умирали с голоду. Оборотням в их животной форме требовалось вдвое больше пищи, и я предположила, что у пум было также.
Солнце стояло высоко в небе, когда мы добрались до места, где река на протяжении нескольких сотен метров становилась широкой и медленной, а затем снова превращалась в бурлящий поток. На другом берегу я заметила лося, который пил воду из реки, и призвала остановиться на короткий привал. Здесь должно быть много диких животных, на которых можно поохотиться. Ронану, Феликсу и Лене нужно было как можно скорее поесть, иначе они упадут от голода и истощения.
Оставаясь вне поля зрения вертолёта, я созвала их всех вместе.
— Феликс, ты можешь передвигаться без ошейника. Как думаешь, ты мог бы поохотиться, пока я снимаю ошейники с Ронана и Лены?
Он посмотрел на Лену, явно не желая расставаться с ней. Затем кивнул и убежал.
Я посмотрела на Лену.
— Готова?
Она подошла и встала рядом со мной, и я проделала всё тоже самое, что и с Феликсом. Как и в прошлый раз, защитное заклинание колдуна атаковало магию воды, позволив моей магии нацелиться на связующее заклинание.
Вспышка света окутала нас, и я отлетела назад. Ошеломленная, я приземлилась на спину и уставилась на крошечные клочки голубого неба, видневшиеся сквозь кроны деревьев.
Надо мной появилась большая голова Ронана. Я потянулась и коснулась его морды, которая была мне так же дорога, как и его человеческое лицо. И хотя его вид был точно таким, каким я его помнила, его янтарные глаза были лишены привычного тепла. Я искала в них хоть какой-то намёк на то, что он помнит меня, но не нашла.
— С Леной всё в порядке? — хрипло спросила я.
В поле зрения появилась пума-оборотень. Я осмотрела её морду, прежде чем мой взгляд опустился на её пустую шею.
— Сработало.
Я заставила себя принять сидячее положение, а затем и встать на ноги. Я снова чуть не упала на задницу, когда огляделась по сторонам. На протяжении, по меньшей мере, полукилометра во всех направлениях на земле не было и следа снега.
— Это я сделала? — спросила я и мысленно погладила себя по лицу.
Кто ещё мог это сделать? Я повернулась к Лене.
— Я сделала тебе больно?
Она покачала головой, и часть напряжения покинула меня. Я подошла к тому месту, где мы стояли, и подняла две части ошейника. Он был похож на ошейник Феликса, но, очевидно, что-то было другим. Могло ли заклинание колдуна быть сильнее на нём?
Я посмотрела на ошейник Ронана. Я хотела снять с него эту штуку, но теперь боялась прикасаться к нему после того, что только что произошло. Что, если заклинание колдуна на нём тоже было сильнее? Что, если я причиню ему боль?
— Может быть, нам стоит немного подождать, прежде чем я займусь твоим, — сказала я.
Феликс прибежал к нам через десять минут, с большим зайцем-беляком, висящим во рту. Он бросил зайца и пошёл к Лене, которая нежно потерлась головой об него.
Зайца было недостаточно, чтобы насытить всех троих, но это даст немного топлива, пока мы снова не остановимся.
Хрустнула ветка. Мы вчетвером замерли, и я навострила слух, прислушиваясь к тому, что нас окружает. Это могло быть животное, но я сомневалась в этом, вряд ли животное будет бродить близ трёх опасных хищников. Я отключилась от всего, кроме звуков леса. Ветка скрипела на ветру, дятел барабанил по стволу дерева, вода журчала по камням в реке.
Затем я услышала это: тихий хруст снега под ботинком менее чем в восемнадцати метрах от меня. Уши Ронана дернулись. Он тоже услышал. Как, чёрт возьми, они оказались так близко к нам?
— Бежим, — прошептала я.
Мы вчетвером бросились вниз по реке одновременно. Я не оглядывалась, чтобы посмотреть, отстали ли наши преследователи, потому что пешком они нас не догонят. Через несколько минут бега я поняла, что держу в руках ошейник Лены, и бросила обе части в быстро текущую реку.