Буря (ЛП)

— Откуда ты знаешь? Она могла быть ниндзей, пока была человеком.
Он усмехнулся.
— Тогда тебе придётся использовать магию, не так ли?
— Ты мне, правда, больше не нравишься.
Я снова повернулась к нему спиной.
— Понравлюсь, когда ты овладеешь своей магией, — сказал он с таким самодовольством, что мне захотелось ударить его локтем под рёбра.
Вампирша прислонилась к кирпичной стене, словно ожидала кого-то. Ожидала ужин, скорее всего. По мне пробежал холодок и остался в груди. За годы я слышала множество историй о вампирах, и, в конечном итоге, меня осенило, что скоро мы с друзьями сами будем сражаться с ними в этом мире.
— Итак, что теперь? — спросила я.
Одновременно произошли две вещи. Вампирша повернула голову в мою сторону, а я, обернувшись, обнаружила, что мы с ней одни в аллее. Эльдеорин бросил меня.
На мгновение меня парализовала паника, и я не могла дышать. Затем часть моего мозга, которая ещё могла рассуждать, заверила меня, что Эльдеорин не допустит, чтобы я пострадала. На самом деле, скорее всего, он был здесь и, спрятавшись за чарами, наблюдал за мной. От этого мне стало немного легче.
— Привет.
Вампирша обошла мусорный контейнер. Сейчас её клыки были скрыты.
— Как ты здесь оказалась, малышка? Ты потерялась?
— Я жду кое-кого, — сказала я, тем временем окинув взглядом округу в поисках чего-нибудь, что можно использовать как оружие.
Она улыбнулась.
— Вот так совпадение. Я тоже. Может мы подождём вместе.
— Хорошо.
Когда она начала приближаться ко мне, моё тело напряглось, и я перестала искать оружие. Её шаг был медленным и непринуждённым, но я чувствовала её угрожающее присутствие, по мере того, как она приближалась. Только когда она оказалась в нескольких метрах от меня, я поняла, что ещё чувствую. В центре моей груди, словно живая глыба льда, пульсировал холод.
Волнение на мгновение пересилило страх, и во мне забурлил адреналин. Я чувствую её!
Вампирша остановилась и принюхалась.
— Что это за запах? Он восхитителен.
Я сморщила нос.
— Это мусор.
— Нет, что-то намного большее, — её рот растянулся в медленной улыбке, обнажив её появляющиеся клыки. — Не волнуйся. Я голодна, так что всё закончится быстро.
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я не кричала или не тряслась в ужасе. Её улыбка померкла, но я всё ещё могла видеть её клыки. Я бы солгала, сказав, что их вид не пугал меня, но мама всегда говорила, что капля страха это хорошо. Страх не позволит тебе стать самоуверенной и самодовольной.
Я не знала, что заставило её броситься на меня — голод или неопытность. Более опытный вампир задался бы вопросом, почему оставшись одна рядом с ним в аллее, человеческая девушка не проявляет страха.
Она быстро сократила дистанцию между нами. Я едва успела уклониться от атаки и нанести сильный удар ногой ей по рёбрам. Она споткнулась, но быстро пришла в себя, и в её глазах появился новый блеск. Вампиры любили, когда их добыча сопротивлялась.
Я была готова, когда она во второй раз бросилась на меня, обнажив клыки. Я подняла предплечье, чтобы блокировать её, и так сильно ударила её в челюсть, что онемела рука. Её голова откинулась назад, и я нанесла мощный удар ногой в грудь. Она врезалась в стену, ошеломлённая.
Я ещё раз осмотрела землю в поисках оружия, и мой взгляд упал на полуметровую ржавую трубу, торчащую из-под мешка с мусором. Я схватила её, с радостью заметив, что другой её конец был сломан и зазубрен. Это было не идеальное оружие, но оно должно было сгодиться.
Вампирша зарычала, оттолкнулась от здания, и мы закружили вокруг друг друга. В один миг её ноздри расширились, а выражение лица стало лихорадочным. В этот момент мой нос уловил в воздухе запах меди, и я увидела кровь, засочившуюся сквозь мой порванный рукав. Наверное, один из её когтей рассёк кожу во время последней атаки.
Я тяжело сглотнула и сильнее сжала трубу. Новообращенный вампир это одно, а вампир, обезумевший от жажды крови, это совсем другая история.
От рыка, который она издала, набросившись на меня, волосы на шее встали дыбом. Я изо всех сил замахнулась трубой, ударив её в голову и лишив равновесия. С коротким боевым кличем я бросилась на неё и вогнала острый конец трубы ей в грудь. Это было сложнее, чем клинком, но я давила, пока он не вошёл ей прямо в сердце.
  
Я отпустила трубу, и она безжизненно рухнула на землю. Тяжело дыша, я выпрямилась над ней. Я только что убила своего первого вампира, и всё это ощущалось как странный сон.
Меня привёл в чувство медленное хлопанье, и я подняла глаза на Эльдеорина, стоявшего недалеко от меня.
— Не то, на что я рассчитывал, но, тем не менее, впечатляюще, — проворчал он.
Я отступила от трупа, пылая от гнева.
— Кто-нибудь говорил тебе, что ты засранец?
Он мягко рассмеялся.
— Думаю, Сара называла меня так раз или два.
— Интересно, почему?
Я подняла руку и осмотрела рану. Кровь уже остановилась, но рукав был промокшим. Когда я вернусь домой, скрыть это будет невозможно.
Я не знала, что Эльдеорин рядом со мной, пока он не положил руку мне на плечо. Порез исчез, и рукав снова стал как новый.
— Сара захочет услышать о твоей тренировке, но будет лучше, если ты вернёшься невредимой, — сказал он.
— Лучше для кого? — я указала на мёртвую вампиршу. — В чём был смысл этого, помимо того, что я узнала, что у меня есть мамин вампирский радар?
Я не осознавала, что произнесла, до того, как рот Эльдеорина искривился в удовлетворённой улыбке.
— Ты почувствовала вампира.
Утверждение, не вопрос.
Я попытался пойти на попятную.
— Возможно. Я не уверена.
— Нет, уверена, — его улыбка стала даже шире. — Твоя магия ближе к поверхности, чем ты хочешь признать. Теперь мы должны понять, как почувствовать её.
— Если это не получилось рядом с вампиром, то почему ты думаешь, что сможешь?
— Всегда есть способ.
Он взял мою руку, и мир стал размытым. Когда всё снова обрело резкость, мы были там, где оставили маму и Димитрия несколько часов назад. В тёмном лесу стрекотали сверчки, над головой порхали летучие мыши, и пронзительно кричала сова. Я была рада оказаться дома.
Эльдеорин отпустил мою руку, и мы направились к озеру.
— Требуется ли сознательное усилие, чтобы подавлять твою магию?
— Я не подавляю её. Она исчезла.
— Я не уверен, действительно ли ты веришь в это или хочешь, чтобы поверили другие, — сказал он с насмешкой, которую я ожидала. — Возможно, поможет, если мы поговорим об инциденте.
— Нет, — я ускорилась шаг. — Ты всё знаешь.
Он не отставал от меня.
— Мне льстит твоё высокое мнение обо мне, но никто не знает всего.
— Ты был там, и ты знаешь, что произошло.
Я глядела вперёд, пока не показались огни моего дома. Я ни с кем не говорила об этом дне, даже с Димитрием. Если бы я могла, то полностью вычеркнула бы этот день из памяти.
— Я не буду заставлять тебя говорить об этом, — ответил он, и я поёжилась, потому что знала, он мог бы, если бы захотел. — Но я хочу, чтобы ты подумала об этом перед моим следующим визитом. Лучший способ вернуть твою магию, это отправиться назад, в тот момент, когда она была связана. А пока, я поищу другие варианты.
— Но я не хочу… — я осеклась, потому что Эльдеорин испарился.
Я продолжила идти и остановилась у края озера. Я не была готова войти в дом и отвечать на вопросы о своём приключении с Эльдеорином. Глядя на чёрную стеклянную воду, мой взгляд упал на обветренную деревянную платформу посреди озера. В памяти всплыл образ платформы, расположенной ближе к берегу, и как солнце отражалось, от покрывавшей её свежей белой краски.
Я постаралась выкинуть образ из головы, но разговор с Эльдеорином задел что-то во мне. Открылись шлюзы памяти, и я погрузилась в воспоминания о том дне.
Озеро сверкало под ярким солнцем, а тёплый летний ветерок пускал по его поверхности лёгкую рябь. Вдоль берега на деревьях пели птицы, не обращая внимания на двух огромных адских псов, храпевших в траве.