Зомби, ушки и рок-н-ролл... (СИ)

— Тук-тук? — заглянул я в комнату Ани.
Девушка, как оказалось, ещё даже из кровати не выбиралась, а просто лежала с открытыми глазами и залипала в потолок. И при моём появлении она вздохнула и решительно… продолжила залипать в потолок.
— Ну и что это за реакция такая? – поинтересовался я, присаживаясь на край кровати. – Где обычный твой энтузиазм? И чёрт с твоей доброй половиной. Твоя вторая половина должна была меня хотя бы нахер послать.
— Я послала, – проворчала Аня, поправляя подушку и садясь. – Просто эта рохля у руля была, так что ты не услышал.
— Сделаю вид, что поверил, – усмехнулся я и почти сразу посерьёзнел. – Я хотел о другом поговорить. Мы практически в столице, и… я не уверен, что тебе стоит туда идти.
— Не поняла, – тут же вскинулась девушка. – Это что за новости?
Я вздохнул и глянул в окно, собираясь с мыслями. Там как раз восходящее солнце проскочило мимо всех домов и осветило комнату. Сегодня ночью было слишком много событий и ещё больше свободного времени, чтобы всё обмозговать.
— За сегодняшнюю ночь я прибил три группы охотников. Позавчера их было меньше, а до этого они нападали хорошо если раз в пару дней. В столице охотники будут носами рыть землю и находить меня в разы чаще. И в один момент ты станешь случайной жертвой. Оно тебе надо, а?
— И ты предлагаешь мне остаться в стороне? Я против!
И вот как этой дуре объяснить, что она делает глупость?
— Ты ведь понимаешь, что у тебя нет ни одного аргумента? – серьёзно посмотрел я на неё. – Мне не нужны твои способности целителя. А методы у меня не предполагают долгих плясок с ядом в бокале или совращением придворных. И не кривись, ты сама говорила, что это твой основной профиль. Я, конечно, не могу тебе запретить идти, но после гибели Элли в тебе нет надобности. Звучит некрасиво, но так оно и есть.
Она явно злится. Вон как глазками сверкает. Интересно, решит ли она ударить меня?
— Ты всех нас рассматривал только как инструменты? – прошипела Аня через несколько секунд игры в гляделки. – Оценивал по степени полезности?
— Именно так, – солгал я. Так будет проще отвадить её. Тем более это не совсем ложь. – Элли могла помочь мне не выделяться из толпы. Ты просто аптечка и повариха. Бал сам прилип, и я с радостью отправил его на все четыре стороны при первой возможности. Сейчас я достаточно силён, чтобы самостоятельно разбираться с проблемами, и ты мне больше не нужна.
Ленивым движением перехватил руку разъярённой девушки. Усмехнулся, оскалился и толкнул Аню обратно на кровать.
— Не хотелось расходиться на такой ноте, но ты сама виновата. Удачи, – я неспешно вышел из комнаты и, не обращая внимания на врезавшуюся в закрытую дверь подушку, направился к себе, чтобы забрать сумку. Больше в этом городке меня ничто не держало.
***
Я зарычала и откинулась назад, но тут же зашипела, больно ударившись затылком. Было обидно. Столько пройти вместе и быть оставленной в стороне в шаге от цели! Грр… Бесит! С удовольствием кинула бы что-нибудь в стену, да под рукой ничего нет.
Выдохнула и легла на кровать, стараясь унять эмоции. Спешить теперь смысла нет. Но я этого так не оставлю. Готовься к сладкой жизни, недобог доморощенный.
  
Глава 37
 
— Входная пошлина – серебрушка, – буркнул стражник на воротах, недовольно косясь на меня. – Ну или можешь проваливать.
Неплохо они на путниках зарабатывают, подумалось мне, но я без особых возражений щелчком отправил в жадную лапу этой жертвы неразвитой контрацепции монету и равнодушно прошёл мимо. Хотя признаюсь где-то глубоко внутри меня немножко потряхивало. Всё же я наконец-то добрался до столицы. И чуйка шепчет, что приём меня тут ждёт просто аццкий. Да и просто логически выходит, что здесь должны быть сконцентрированы наиопаснейшие для меня противники. То есть маги и святоши. Но и поддержка у меня тут тоже должна быть. Загадочный начальник того ниндзюка.
Я выдохнул и глянул на небо из-под накинутого на голову капюшона. Да, несмотря на довольно солнечную и сухую погоду, мне приходится ходить в плаще и с накинутым капюшоном, потому что иначе моя нечеловеческая природа слишком уж сильно бросается в глаза. А так… ну, не один же я в плаще хожу?
 
Оглянувшись по сторонам, повёл слегка затёкшими от долгого пути плечами и свернул в один из переулков. Если меня не обманывает логика, то именно это и называется трущобами. Грязные "ароматные" узкие улочки, зажатые неказистыми трёх- и четырёхэтажными домами, из-за чего на землю редко попадают лучи солнца, голоштанная ребятня, возящаяся в грязи и пыли, потрёпанная и много раз штопанная одежда преимущественно хмурых и тощих взрослых. На меня в этой обстановке смотрели в лучшем случае с подозрением, а чаще просто с враждой. Ну да, это не удивительно. Слишком уж у меня чистые лицо с одеждой. Так и просится вывод о каком-нибудь сынке зажиточного горожанина, который решил зайти не в тот район.
В очередной раз свернув в этом лабиринте кривых улочек, я вздохнул и чуть подкрутил маскировку, проскальзывая мимо тройки относительно крепких мужичков с дубинками, которые растерянно начали крутиться на месте, не понимая, куда я делся. Убивать их не было никакого смысла, потому что… ну, это прозвучит так, словно у меня ЧСВ завышено, но эти недогопники для меня словно тараканы. То есть противные и могут раздражать своим мельтешением. Однако, навредить мне не способны. Так что и время на них тратить смысла нет.
За очередным поворотом я неожиданно остановился и прислушался к чуйке. Та шептала о какой-то неправильности в окружающем мире. Остановился вроде на ничем непримечательном перекрёстке, где сходились три неотличимых друг от дружки дороги, люди вокруг всё такие же нищие, небо всё также едва проглядывает за верёвками и крышами, но чуйка упорно твердит, что здесь есть что-то важное.
Зоркий взгляд выцепил среди людишек троих зверолюдов, которые старательно пытались скрыть свою природу. В паре десятков метров, то есть на грани просматриваемости в этих улочках, какой-то мутный тип в глухом плаще подпирал стену дома в ожидании кого-то. Детишки с палками носились туда-сюда за собакой, играя в охотников на монстров. Но это всё не то!
Я ещё раз выдохнул и постарался сконцентрироваться. Чуйка упорно толкала под руку, не объясняя зачем. И наконец я нащупал тонкий звон на грани восприятия. Осторожно, стараясь не сбиться, я развернулся и двинулся в сторону его источника. Путь оказался не далёк, и уже через пару минут я оказался в сотне метров от перекрёстка и задумчиво рассматривал приютившееся между домов строение.
В отличие от ближайших домов, оно было всего в один этаж высотой, хотя в его двускатную крышу и упирались подпорки других зданий. Серый камень давно выкрошился и местами был намеренно обколот, но общий вид был понятен даже сейчас. Особенно привлекал внимание покоящийся на двух колоннах треугольный фронтон, чьи замысловатые барельефы кое-где сохранились весьма и весьма неплохо. А внутри этого несомненно давно заброшенного здания, которое, подозреваю, было храмом, было пусто. Три стены, обколотый прямоугольный камень в центре, пара колонн с местами под факелы и всё. Ни намёка, на то, чтобы тут хоть кто-то коротал ночи, что очень странно.
— Хэй, пацан, ты что тут забыл? Проваливай поскорее, – окликнул меня кто-то с улицы.
— А что не так? – обернулся я на голос и осмотрел пришельца. Всё такой же одетый в рваньё тощий, как жертва Освенцима, и основательно заросший мужик, как и большинство здесь обитающих.
— Не местный, что ль? Проваливай говорю! Увидит кто, жить не сможешь.
— Да объясни нормально, что с местом не так-то? – поинтересовался я, выходя из храма.
— Проклято оно, – буркнул мужик, делая какое-то странное движение рукой у груди. – Здесь только ведьмы да тёмные колдуны шляться любят.
— А что ж ты ко мне так спокойно полез? Вдруг я тоже тёмный колдун? – усмехнулся я.
— Так день ведь, – посмотрел он на меня, как на дурачка. – Днём всякая нечисть не появляется.