Зомби, ушки и рок-н-ролл... (СИ)

Разноси к чертям,
Чтобы не смогли забыть
Как произошло
То, чего не может быть.
В бедро вонзается болт, а я срываюсь к арбалетчику. Тот на удивление успевает уклониться от первого удара и принять на жёсткий блок второй. Но на хвост он среагировать уже не успевает, и магическое жало пробивает ему бок, добираясь до сердца. Вырываю из ноги болт и раздражённо отбрасываю его в сторону.
Сломан наш штурвал,
Прогорели тормоза,
А мне их не жаль,
А я очень даже за...
Инстинкты заставляют меня резко развернуться и бросить труп навстречу угрозе. Прямо передо мной расцветает пламенный взрыв, разбрасывая ошмётки обгорелого мяса по двору. Жар обжигает кожу и заставляет трещать волосы. Раскочегариваю маскировку и срываюсь вбок. Противники уверены, что я мёртв и переключаются на охраняющего Аню дварфа. На максимальной скорости проношусь через двор и ударом отрываю голову ящеру с артефактом, перебрасывая тот Балу. Хвостом отбиваю болт. Уклоняюсь от быстрого удара кинжалами. И ещё раз. И ещё. На пределе возможностей мне приходится уклоняться от крайне быстрых и умелых ударов. Грудь и лицо покрываются новыми и новыми порезами. Про левую руку вообще молчу – плечо превращается в сплошную рану.
Так живи, играй, твори, танцуй.
Пой мне громче all you need is love.
И если нечего сказать – целуй,
Поцелуи лучше слов.
Бью хвостом сбоку и начинаю вращать мех вокруг основы. Противник рубящим ударом собирается отсечь его. Кинжал сталкивается с уплотнённой маной и вырывается из руки, а хвост бьёт по зверолюду. Тот отскакивает на шаг и падает, не удержавшись из-за обширного повреждения бедра. А в следующее мгновение вырубается от мощного удара ногой в челюсть.
Жар иссякнет и…
Вдруг закончится запал.
Так заведено,
Кто горел - тот пеплом стал.
Под ногами взрывается чёрно-зелёный шар, начиная пожирать плоть вырубившегося зверолюда. Рывком вылетаю из зоны поражения за мгновение до того, как дым добирается до меня. В облако влетает второй такой шар, а я отталкиваюсь от стены и запускаю себя в сторону человека, это сделавшего. Набранная инерция протаскивает мои когти сквозь грудь мужика, а ноги отталкивают в стену стоящего при нём воина. Хвостом разбиваю артефакт на части, и он начинает дымить простым белым дымом, а в под лопатку вонзается болт.
Но один секрет ты ещё не знала.
Мы воскреснем и...
Выдох-вдох...
И всё сначала!
Рывок в сторону выносит меня из облака едкого дыма, и тут же когтями отбиваю очередной арбалетный болт. Продолжаю движение к арбалетчику и вскрываю кинувшегося на меня человека от горла до паха, словно консервную банку. Выхватываю пистолет и стреляю по магу, который готовит какую-то пакость. Рывком сближаюсь с арбалетчиком, который целится в дварфа, и аккуратно бью в челюсть. Недостаточно, чтобы убить, но в нокаут выбивает на раз.
Так живи, играй, твори, танцуй.
Пой мне громче all you need is love.
И если нечего сказать – целуй,
Поцелуи лучше слов.
Киваю Балу и подхватываю бессознательную тушку Ани. Дварф откидывает стоящего на пути мечника в стену и отсекает кисть копейщику. Другие противники не успевают добежать до нас, когда мы выходим в ворота. Бросаю напоследок горсть патронов в проход, а коротышка использует артефакт, метая в них огненный шар. Грохот двойного взрыва – от магии и от пуль – заставляет противников задержаться, если они ещё хотели ринуться за нами в погоню. По крайней мере, никто нас не спешит догонять.
***
Уф… чтобы ещё раз я полез в ловушку… Хотя да, такое по любому ещё случится. М-да. Грустненько.
— Проблемы ещё будут? – поинтересовалась Элли, выдёргивая из моей спины арбалетный болт.
— Ахс-с-с!.. Не знаю. Главнюка я вроде бы убил, да и большинство его помощников полегли там же. Но что будет дальше я предсказать не могу.
— Скорее всего эти крысы не станут вновь на нас лезть, – протянул дварф, заливаясь пивом. Ему, конечно, тоже досталось, но больше синяков и ушибов – всё же броня вокруг тушки что-то да решает.
— Неубедительно, – покачала головой Элли, садясь рядом, и посмотрела на меня. – Сколько времени тебе понадобится, чтобы восстановиться?
 
Я задумался и прислушался к ощущениям, а после ответил:
— Не важно. Надо до рассвета покинуть город, пока на наши головы не нагрянули другие охотники.
— Но Аня…
— Её мы не сможем вылечить быстро, – прервал я девушку. – Самое лучшее, что мы можем сделать – дать ей время. Сейчас у неё сильное магическое истощение, но жизни это уже не угрожает. Часа через четыре она должна очнуться. Там уже и накормить её можно будет, чтобы подстегнуть восстановление организма. Но я настаиваю, чтобы мы как можно быстрее покинули город. Здесь нас слишком легко убить.
  
Глава 24
 
— Ты ведь понимаешь, как много зависит от этих кристаллов? – опасно прищурился Кхар.
— Понимаю я всё, но и ты пойми, что из воздуха я их не достану, – вздохнул Бааргх. – Монстров такой силы найти почти нереально. Да что там! Их всего пятеро на всю планету! Нам повезло, что один из них оказался поблизости.
— Тогда в чём проблема? Почему этот кристалл ещё не у нас?
— Да потому что тварь почти непробиваемая. Да и какой ей быть, если она впитала столько Земли?
Я поморщилась, чуть сбившись с ритма и разрушив рисунок боя, а после и вовсе одним ударом оторвала голову монстру. Да, тренировка не на это рассчитана, но я устала слушать пустую болтовню!
— Нет, – твёрдо заявил Кхар, стоило мне только поймать его взгляд. – Сто раз уже это обсуждали. Твоя сила не в том, чтобы монстров убивать. И если в нужный момент ты будешь неспособна ударить в полную силу, то можно прямо сейчас себе вены вскрыть.
— Тогда почему никто ничего не делает? – прорычала я. – Почему ты страдаешь хернёй? Почему остальные прохлаждаются? Вы уже третий день с этим пьяницей мусолите тему кристалла Земли. И что? Хоть кто-то попытался его добыть? Плевать на этого алкаша! Но ты-то ВОИН! Неужели это только слова, и ты не можешь завалить простого монстра? Где твоя сила?!
Глаза его потемнели, а сам он словно превратился в грозную статую. Я знаю это его состояние. Он в ярости. А значит, будет убивать.
Нужно только направить его.
***
И кто же это может быть?
Когда Эрис сказала, что рядом со мной последователь неприятного существа, то у меня особых вопросов не было. К нам в тот момент присоединился Бал, который поклоняется некому Бахусу, и вывод напрашивался сам собой. Оставалось лишь выяснить, чем этот бог опасен для конкретно взятого меня.
Вот только всё как всегда не так просто.
Сейчас, придерживая спящую Аньку и направляя лошадь вслед за остальными, я имел неограниченный доступ к телу девчонки. И мне не нравилось то, что я чувствовал. Вернее сказать, просто не понимал, что я чувствую. В магическом зрении Аня словно бы двоилась, а душа, почти не скрытая свободной энергией, была деформированной. И это очень странно.
Вместе с тем была ещё и Элли. Её душа, собранная Хранителем, была сшита из нескольких лоскутков. Я этого, конечно, разглядеть не мог, но слов местного демиурга было достаточно. Однако у меня есть с десяток теорий касательно прошлого этих осколков. Например, самое банальное: осколки могла сохранить отметину бога из прошлой жизни. Или сам Хранитель отметился. Да что угодно может быть! А мне теперь решать загадку, о ком же говорила Эрис.
Тем более, что она могла говорить о ком-нибудь, кто не относится к моим спутникам, и "рядом" означает "на той же планете". Хотя тогда в случае буйства этого кадра станет тесно всем. М-да…
— Эх… Почему же всё так сложно? – я откинулся немного назад и посмотрел на последние звёзды, которые стремительно тускнели под напором утра.
— Чего? – чуть обернулся Бал.
— Да ничего, в общем-то, – вздохнул я. – Просто сплошные загадки. Мертвецы, опять же, эти.
— Да чего ты о них беспокоишься? Король не дурак, понимает опасность. Думаю, мертвецов уже сейчас вырезает армия.