Зомби, ушки и рок-н-ролл... (СИ)

— Не тот я человек, – покачал я головой, прикрывая глаза. – Смени облик. Пожалуйста.
Лёгкая вспышка энергии, и напротив уже стоит молодая девушка, коих немало можно увидеть в небольших городках моей родины. Простая природная красота, простая одежда и естественность в каждом движении. Будь дело в реальности, она покорила бы не одно мужское сердце.
— Подойдёт? – она покрутилась на месте, демонстрируя приятные глазу изгибы. – А вот обстановку я менять не стану, слишком уж тут уютно.
Я вдохнул и медленно выдохнул, чувствуя, как в отсутствие знакомого голоса на душе разжимаются холодные тиски. Не до конца, но боль уже не грозила порвать её на части при малейшей возможности.
— И всё-таки, чего ради… это? – я обвёл рукой кухню, стараясь не задерживать взгляда на стенах, изрисованных когда-то сестрёнкой.
— Неужели нельзя просто так прийти в гости к хорошему человеку? – наигранно удивилась Эрис.
— Сомневаюсь, что тебе заняться больше нечем, – скривился я.
— А зря. Большую часть времени мне как раз таки приходится бездействовать, ожидая, пока созреет очередной последователь. Вот и развлекаюсь, чем могу, – она пожала плечами и отпила чай.
— Но мне кажется, это не всё, зачем ты пришла.
— Очевидно. И очевидно, что ты скучен, – вздохнула девушка. – Неужели нельзя было реагировать не так?.. А впрочем, бог с тобой. Рядом с тобой крутится последовательница одного неприятного существа. Будь с ней осторожен. И вообще, брысь отсюда! Ты своей мрачной моськой портишь всю картину.
Со смехом она махнула рукой, и меня выкинуло в реальность.
Оглянувшись, я тяжело выдохнул и опустил голову на подушку. Рядом заворочалась Элли, тихо посапывала с другой стороны Аня, храпел на полу Балгрим, которому места на кровати не хватило. Была середина ночи, луна заглядывала в тонкую щель меж ставень окна. Ну а я старался закопать боль под ворохом мыслей.
Блин, вот что за дела? Нормально же всё было, так зачем было перетряхивать такие воспоминания? Или?..
Я глянул на спящую рядом девушку. Она лежала, завернувшись в кокон из своих крыльев и чуть хмурилась. Сейчас ей наверняка снилось что-то неприятное. Чуть подрагивающие веки, постоянно сменяющиеся тени эмоций на лице, ни одна из которых не напоминала улыбки…
— Возможно, что-то я всё же понял, – едва слышно шепнул я, поглаживая Элли по голове.
Больше всего боли от потери того, что мы не хотели терять, но не могли удержать…
***
— Утра доброго, хозяйка, – улыбнулся я старушке, которая и приютила нас на ночь. – Помочь в чём нужно? В путь мы не спешим, так что смело можете наши руки в дело пускать.
— Ох, и тебе добра, хлопчик! – бабушка оглянулась и поставила вёдра на землю. – Благодарю, но я уж сама по хозяйству хлопотать буду. Так и привычнее, и сподручнее. Руки твои больно гладкие, к работе непривыкшие – наворотишь чего, а мне потом переиначивать. Лучше, вона, полешек наколи да в поленницу сложи.
Усмехнувшись, я направился к куче дров, которая лежала рядом с домом. Не такая уж большая, если задуматься, но к сожалению, бабке зиму не придётся пережидать. Взвесив в руке бронзовый топор, порядком уже иступившийся, я покачал головой. Пробовать работать им – обрекать себя на долгое и нудное мучение. Мне проще когтями разорвать всю кучу. Кстати…
— Чем занят? – раздался из-за спины голос Бала, а после и он сам показался в поле зрения, позёвывая и разминая руки.
— Да вот, дрова колоть собрался.
— О, это дело правильное, – тут же среагировал дварф. – Сейчас помогу.
Вернулся он буквально через десять секунд, неся свою секиру. И не тратя времени принялся разрубать поленья. Мне же даже стыдно стало, что я позволил ему обогнать меня и набить уже полдюжины очков в своеобразном соревновании. Так что откинув всякие размышления, я принялся хвостом разбивать дрова на части. Уплотнив энергию на кончике, я сформировал что-то вроде острого лезвия, которое вполне успешно пробивало древесину. Глядя на мою эффективность, Бал сверкнул глазами и тоже ускорился.
Кучи хватило хорошо если минут на пять, но счёт в итоге оказался равным. Посмотрев на тяжело дышащего дварфа, я заметил в глазах вызов, но через секунду он сменился осознанием, и мы заржали.
 
Полчаса спустя, сложив дрова в аккуратную поленницу, мы стояли рядом с колодцем на огороде и крутили ворот.
— Брр, холодненькая. То, что надо! – констатировал я, поплескавшись в ведре лапкой, и вылил воду на себя. – Кааайф!..
— Истинно говоришь, – подтвердил Бал, стягивая с себя рубаху и выжимая колодезную водичку. – Ещё бы баньку да кружечку кваса, так вообще сказка была бы!
В этот момент из сарая как раз вышла бабушка, и я помахал ей рукой:
— Хозяйка, сделано дело. Ещё где помощь нужна?
— Как? Уже? – изумилась старушка и глянула в сторону поленницы. – Ох, правда сдюжили. Вот так молодцы! Ну а помощь… Да вона, каменья в заборчике поправить разве что…
— Ни слова более, хозяюшка, – понятливо кивнул дварф, тут же направившись к стеночке, тянущейся по краю огорода. – Всё будет в лучшем виде!
Я же направился к другому краю этого забора, не собираясь проигрывать в начавшемся раунде. Строили стеночку люди грамотные, но время и природа делали своё дело, разрушая постройку. Покосившаяся почти повсеместно стена в некоторых местах осыпалась. И к делу восстановления я приступил со всей ответственностью, несмотря на бессмысленность этой работы.
Первым делом я повалил сильно накренившиеся участки, а после начал творить почти магию. То есть опять воспользовался своим пушистым хвостиком. Только теперь укрепил шерстинки и начал вращать их вокруг основы с бешенной скоростью. Нематериальность хвоста сыграла тут только в плюс, позволив вообще провернуть такой трюк. И вот получившейся штукой я стачивал часть камня так, чтобы после этого получался эдакий паззл. Оставалось только его собрать в монолитную конструкцию.
Провозившись около двух часов, я поставил последний камень на место и посмотрел на Бала, который сделал ровно столько же, но по-своему. После глянул на девчонок, которые как раз заканчивали пропалывать грядки. Смахнул пыль с рук, пожал широкую и мощную ладонь дварфа, признавая его достойным соперником, и вместе мы направились к лошадкам. Пора было потихоньку собираться в путь.
После недолгого прощания мы выехали из деревни, и почти сразу настроение спутников упало.
— Рок, ты уверен? Может всё же стоило их предупредить? – в который раз поинтересовалась Анька.
— Нет, пусть остаётся всё как есть, – покачал я головой. – Да, это неприятно, но вы видела сами, в деревне одни старики и всего одна лошадь, да и та скоро завещание писать будет. Они никак не смогли бы уйти от мертвяков. А так хоть последние дни проведут в блаженном неведении.
— Жестоко, – вздохнул Бал. – Но милосердно.
— Милосердие должно быть жестоким, – философски протянул я.
— А чего ради тогда были все старания? – поинтересовалась Элли.
— Да просто так, если задуматься, – почесал я подбородок, порядком уже заросший. – Нам не сложно, а старушке приятно. Быть может, что через пару дней она станет чьим-то ужином, а может и через пару лет мы с ней свидимся. Не обязательно же, что мертвяки пройдут через эту деревню.
Эти слова поставили точку в обсуждении судьбы оставленной позади деревни. Никому не хотелось ломать хрупкую иллюзию, построенную мной, и убеждать других в том, что деревня обречена.
Дальнейший путь сопровождался гнетущей тишиной, и в какой-то момент я словно бы начал засыпать. Чувства притупились, а мысли стали столь неявными, что ни одной нельзя было выцепить из их потока. Лошадка моя замедлилась, но никому до этого дела не было. Просто теперь я ехал не наравне с Элли, а плёлся позади всех.
Знакомый писк подстегнул инстинкты, которые пнули заторможенных тараканов, а те в свою очередь начали носиться по черепушке со скоростью кота, нассавшего в тапки.
Пока мозг пытался выйти на рабочий лад, тело на рефлексах отбило ещё одну стрелу, прилетевшую из придорожных зарослей. Стоило мне только осознать это, как я сорвался с лошади и влетел в кусты. И только инстинкты спасли меня от потери очевидно бесполезной головы.