"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Закончилась атака через полчасти. Все устало расселись по углам комнат лицом к окнам. В доме стоял запах свежей крови, отдающийся на языке кислинкой.
– Серый, – спросил Малик, сидевший на полу у стены, – а в поселке так же?
– Нет, там отпугивающие амулеты на стенах, поэтому проще. Да и тварей туда меньше доходит. За день нашествия, может, сотню убивают. Причем по очереди. Там успевают сохранить добычу.
– Малик, – спросил я, – во время нашествия… мне стало…
– Страшно?
– Да.
– Я первый раз чуть в штаны не наделал. Это «волна», она их и гонит. Дед говорит, эманации силы, отзвук, что ли…
– Вот поэтому одаренные и не селятся в Темных землях, – философски резюмировал Серый.
Я устало встал и, пошатываясь, пошел искать Савлентия. Волна ужаса во время нашествия вымотала слабый организм почти полностью.
Деда нашел в его комнате устало лежащим на кровати.
– Что, плохо? – спросил он.
Я кивнул.
– Терпи, сейчас силы ни у кого нет, если в течение части не пойдут, помогу. Меч не трогай.
– Почему?
– Он силы набрал. Тебя темной маной опять приложит.
– Какой темной маной?
Дед, помолчав ударов тридцать, ответил:
– Сил очень много, мы не видим и половины. У растений свои – ближе к эльфийским, у камней и земли свои – их гномы видят, у людей свои, есть и темная. Может, и еще какие есть, недоступные нам.
– Но нам же не становится плохо от других сил?
– Ну это как если сравнить лошадь и хасана. Лошадь ест траву. Хасан, бывает, тоже ест растения, вон Новер все огурцы стрескал. Но лошадь не может есть мясо. Если накормишь – ей станет плохо. А хасан может. Так и темные силы, как мясо. Ты пока лошадь, а Нейла – хасан.
– Как это возможно, я имею в виду Нейлу?
– Хороший вопрос. Не знаю. Но точно знаю, что ни один одаренный не может просто так принимать темную ману, так как это сила смерти и противоречит естеству разумного. Если целенаправленно тренировать организм, вбирать ее в себя, станешь темным.
– Я думал, темные – это те, кто жертвы приносит.
– Это сейчас так рассказывают молодым. Вон Сайл принес в жертву крысу – и ничего, ему так же плохо, как и всем. А вот если бы он вбирал в себя силу во время ритуала, чуть-чуть приучил бы организм. Вот тебе в следующий раз станет легче. А если потренируешься, будешь как Нейла или Серый удовольствие получать. Серый вон аж трясется, если в Темные земли не сходит.
– Но я же не вбирал.
– Вбирал, вбирал. Когда пошли первые эманации, темная мана прямо потоком лилась и наполнила твой меч. Все-таки правы гномы, твой меч – клинок темного мага. А ты из своего меча втянул силу, да, видимо, немало, поэтому и приложило.
– Получается, Нейла…
– Да. При этом сама. Насильно тут не заставишь.
– А почему не всем одаренным было плохо?
– Разные организмы. Есть одаренные, которые вообще не могут принимать темную силу, – их коробит, а есть те, кто может. Ладно, иди спать. И поешь чего-нибудь, пусть даже через силу.
Еще два дня мы, вернее, мои близкие, так как я был не в состоянии что-либо делать, отбивали атаки тварей. Нападали они по пять-шесть раз в сутки, все время после «волны». И лишь раз группа водяных крыс попыталась напасть без подстегивания темной силы. Так как одаренных не сжимал ужас «волны», нападение отбили просто. Хасаны и сейши во время атак были полностью деактивированы и забивались в угол. Никогда не забуду затравленный взгляд всегда, казалось бы, уверенной в своих силах Кассары.
Лонг. Столица Старкского королевства
– Заходи, Римик. – Аргеен эль Камен, Верховный магистр Ордена светлых, ждал прихода исварского магистра. «Братья в услужении» доложили ему еще четверть части назад о предстоящем визите эль Римика.
– Пусть светлые боги озарят ваш путь, – появился из-за двери магистр.
– И тебе, Римик, светлая сила в помощь.
– Разреши доложить, Верховный. – Эль Римик поклонился. Дверь за ним закрылась.
– Прекрати паясничать, Римик, я ведь однажды могу и рассердиться. – Аргеен встал из-за стола и подошел к магистру. Тот с прищуром посмотрел на Верховного.
 
– Ну, здравствуй, – тепло произнес Аргеен, обнимая друга.
– А вдруг твои холуи подслушивают? – спросил исварец после приветствия. – Не боишься потерять маску карающего?
– Знаешь же, что этот зал не прослушать. И не называй их холуями, верные ребята.
– Конечно, верные, то-то на каждом пояс смерти.
– Ну, кто наточил меч, того и боги берегут в битве. Что будешь? Наше старкское или гномью бурду?
– После того как твой отец подсадил нас на эту, как ты называешь, «бурду», глупо спрашивать.
Магистры залпом выпили по рашке, налитой Верховным.
– Ох, жжет выдумка Некроса, – прошипел Римик, – ни за что не поверю, что у гномов покупаешь. Они на моей территории живут, даже у самых лучших нет такой.
– Да какой секрет, баловство это. Будут ерепениться, снижу их доходы, ведь больше половины перекинулось с металла на эту дрянь. Мастеров не осталось… Но, думаю, ты не за секретом настойки пришел. Давно мы не виделись. Кругов десять, наверное.
– В сердцевину смотришь. Покаяться приехал и совета попросить. Нашел я нашу потерю. Обе в Темных землях сидят. С ними и освободители. Они запрос о родителях старшей через гномов сделали.
– Чего не берешь, сил не хватает?
– Да нет… Дело в том, что с ними твой старик. Мои по незнанию спугнули его с заимки. Вот пришел за советом.
Верховный задумался.
– И бумаги, похоже, там же. Мага мои убили, но Ровный точно там, – дополнил Римик.
– О твоих «совах» слышать не желаю, чтобы провалить такое задание, надо быть даже не лошадью, а ослом.
Верховный вновь замолчал, потом так же молча наполнил рашки:
– Как умудрились задеть старого?
– Новый брат, довольно исполнительный, шел за Ровным и наткнулся на заимку. Проинструктировать я его не успел, не ожидал, что он окажется в тех местах.
– Пока не трогайте их, подумаю. Им ведь до инициации круг?
– Да. Твоей, может, больше.
– Введи к ним своего человека или разумного, а в остальном, как обычно, ищи уязвимые места.
– Может, просто возьмем? Уж больно удобно, и бумаги, и посвященные в одном месте, да и наказать надо освободителей…
– Слово-то какое подобрал – «посвященные»… – Эль Камен на время ушел в себя.
Римик не прерывал его раздумий, понимая, что решение Верховный принимает непростое.
– Ты не знаешь старого, – поднял взгляд эль Камен, – пока пусть все останется как есть. Позже отправлю тебе птицу.
– Хорошо. Тогда об остальном. Отряды довели население до ненависти, не слишком ли резво берем?
– Мне необходим твой конфликт с королем. А он пока не реагирует. – Аргеен налил еще по одной. – Будем давить. Народ – овцы, нужна реакция барана.
– За светлых богов!
– Оставь помпезность, лучше за братство.
Магистры чокнулись и выпили.
– Знать дает воинов? – Эль Камен оторвал виноградину от грозди, лежащей на блюде.
– Да, пришлось парочку укротить, вроде поняли.
– Начинай перекладывать на них черную работу.
– Хорошо, попытаюсь.
– Не нравится мне твоя неуверенность. Давай без «попытаюсь». Да, насчет бумаг, подключишь «сов» или еще кого, оригиналы надо изъять, они, конечно, уже не важны.… Будет тебе наказание, столько дел провалил. Но старого не трогайте. Хотя я готов на костер пойти – они у него. Как Боевая академия? – Верховный сменил тему разговора.
– Нормально, ректор передает списки наиболее успешных и отправляет их на отработку к нам. Мои люди проверяли – не обманывает.
– Королевские маги?
– Многие стали понимать, к чему клонится, и отходят от двора.
Когда эль Римик добрался до Исварии, его уже ждало письмо от Верховного. Не раздеваясь, он раскрыл нежный листочек, вынутый из кольца птицы, и провел над ним своим амулетом. На листке проявилась вязь текста.