Русская пятерка. История о шпионаже, побегах, взятках и смелости

В победном третьем матче русские игроки «Детройта» сыграли ключевую роль. Сергей Федоров заработал четыре результативные передачи, Владимир Константинов и Игорь Ларионов забросили по шайбе, а Козлов набрал балл за голевой пас и заработал удаление, врезавшись вместе с могучим защитником «Лавин» Адамом Футом в борт. Козлов был значительно менее внушительных габаритов, но каким-то образом сумел увернуться от силового приема, обхватил Фута левой рукой и впечатал его головой в заградительное стекло. Результат этого игрового эпизода шокировал всю арену. Фут покатил к скамейке, а из зияющей дыры в его голове фонтаном била кровь.
В пятом матче серии в Детройте у «Ред Уингз» не было права на ошибку, и русские вновь сыграли блестяще. Федоров, Козлов и Ларионов отметились заброшенными шайбами, а «Крылья» победили (5:2). Федоров и Козлов также заработали по результативной передаче. Тем не менее главным моментом встречи для «Детройта», наверное, все же был сокрушительный силовой прием Константинова на подстрекателе «Лавин» Клоде Лемье. Серия отправилась в Колорадо на шестой матч, в рамках которого состоялся жестокий эпизод, положивший начало одному из самых бескомпромиссных и неистовых противостояний в мировом спорте.
Дело было на пятнадцатой минуте первого периода. Крис Дрэйпер катил на смену. Действие игры разворачивалось у него за спиной. Он уже вышел из борьбы, для Лемье он был абсолютно беззащитной мишенью. Но Клод подкатил к нему сзади и атаковал в голову. Дрэйпер полетел вперед, ударился лицом о край борта прямо у скамейки «Детройта» и сполз на лед.
Лемье выписали пять минут и удаление до конца игры за этот силовой прием. Дрэйпер после этого также не вернулся в игру. Более того, свой следующий матч он сыграл лишь в середине следующего сезона. Ему понадобилось много времени для восстановления. Большую часть межсезонья он провел на жидкой диете, поскольку его рот был зашит. В результате того инцидента у него была сломана челюсть, повреждена скула и орбитальная кость. Потребовалась хирургическая операция, уйма швов и не один визит к стоматологу.
«Детройт» уступил со счетом 1:4 и вылетел из плей-офф. Однако несмотря на всю грязь, творившуюся в той серии, «Крылья» не стали отказываться от давней традиции и после игры пожали руки хоккеистам «Колорадо», которые вышли в финал Кубка Стэнли.
Дрэйпер успел вернуться из больницы на арену как раз, когда остальные игроки уже садились в автобус. Его лицо было словно из фильма ужасов – опухшее, обесцвеченное, с неровной линией наложенных швов. Его партнеров по команде трясло. Один из них, Дино Сиссарелли, так и вовсе был в ярости. Он злился по большей части на самого себя.
– Поверить не могу, что я этому негодяю пожал руку, – бубнил он себе под нос так, что слышали все вокруг.
Все до единого в «Детройте» были возмущены тем, что Лемье атаковал их партнера в беззащитном положении. Уже тогда начали ходить разговоры о том, что произойдет на следующей встрече между этими командами. Но сезон подошел к концу, так что как бы «Ред Уингз» ни задумывали отомстить, им пришлось ждать несколько месяцев.
Ларионов же думал вовсе не о мести. Его охватило разочарование, как и Фетисова годом ранее – из-за очередной упущенной возможности выиграть Кубок Стэнли. Ему тогда было уже тридцать пять лет. Он не знал, когда еще представится такой шанс. Как будто и этого было мало, люди начали показывать пальцами на определенных игроков, пытаясь найти объяснение тому, что такая талантливая команда как «Детройт» никак не может выиграть, когда на кону стоит главный трофей.
– В прессе о нас очень плохо писали, особенно о Русской пятерке, – вспоминает Козлов. – Большая часть критики шла из-за пределов Детройта. Огромная ее доля исходила от канадских журналистов, которые по-прежнему придерживались ошибочного мнения, что ни одна команда с таким количеством европейских игроков – особенно русских – никогда не выиграет Кубок Стэнли.
Как бы игроки Русской пятерки ни гордились своими достижениями, историей и местом в хоккее, они не обращали особого внимания на критику. Но при этом не игнорировали ее полностью.
 
– Это нас лишь подстегнуло. Мы стали двигаться дальше, – утверждает Козлов. – Мы стали злее. И голоднее.
  
Глава 14. Сладкая месть 
 
Как и полагается команде, которая серьезно ставила на европейских легионеров, «Детройт» никогда не верил в миф о том, что такие клубы с большим количеством иностранцев, особенно русских, никогда не завоюют главный хоккейный трофей НХЛ.
– Люди часто говорили о том, что у русских победа в Кубке Стэнли не стоит на первом месте. Но я всегда в этом сомневался, – говорит Скотти Боумен. – Наши русские игроки были такими же, как североамериканцы и другие европейцы. Больше всего в хоккее они мечтали выиграть Кубок Стэнли. О тебе будут судить не по тому, как ты выступаешь в регулярном чемпионате, а по кубковым победам. Так что русские игроки довольно быстро поняли значимость победы в плей-офф.
Шведский защитник Никлас Лидстрем стал капитаном «Детройта» в 2008 году после Стива Айзермана. Он первым из европейцев с литерой «С» на груди привел свою команду к Кубку Стэнли. Так вот, Лидстрем провел большую часть карьеры рядом с воспитанниками советской хоккейной школы. И повидал достаточно, чтобы понимать, что все эти слухи про русских игроков «Детройта» были абсолютно беспочвенны.
– Я не верил в разговоры о том, что русским будто бы плевать на Кубок Стэнли, – рассказывает Лидстрем. – Русские хотят побеждать так же, как и все. Они хотят выиграть, невзирая на то, играют ли они за свою страну или город. Они хотят побеждать не меньше остальных. А если на кону стоит Кубок Стэнли, то это вообще особый случай. В современном хоккее все знают про НХЛ и Кубок Стэнли. Многие знакомы и с историей кубка, так что этого мифа больше нет.
Нет сомнений в том, что русские игроки «Детройта» помогли команде провести феноменальный сезон 1996–1997 гг., когда «Крылья» запустили повсеместную маркетинговую кампанию «Хоккейный город». После семьдесят первого сезона «Ред Уингз» в НХЛ город окончательно и бесповоротно влюбился в хоккей.
Как и годом ранее, «Крылья» начали регулярный чемпионат неровно. Они уступили в четырех из первых шести матчей, после чего выровняли курс, одержав шесть побед подряд. После рекордных шестидесяти двух побед было очевидно, что «Детройт» входит в новый сезон с другой установкой: умерьте пыл, оставьте что-то на конец сезона, когда это будет нужнее всего.
В каждом значимом моменте того сезона четко прослеживался русский след. Первый такой случай произошел 26 декабря в матче против «Вашингтона» на «Джо Луис Арене». Игра окончилась внезапно и на красивейшей ноте, на третьей минуте овертайма. Скотти Боумен стоял за скамейкой, качая головой и показывая своим помощникам все пять пальцев правой руки.
«Пять, – можно было прочитать по губам в телетрансляции. – Все пять!»
На следующий день одна газета вышла с заголовком: «Счет матча: Сергей Федоров – Вашингтон – 5:4».
– Конечно, я помню тот матч, – говорит Федоров, и счастливая улыбка расплывается по его лицу.
Победная шайба выдалась на загляденье. Федоров прошел как нож сквозь масло через оборону, получил шайбу от Владимира Константинова и отправил ее мимо ловушки вратаря «Кэпиталз» Джима Кэри.
Пять. Лучший результат в карьере Федорова, который уже забивал все голы своей команды в феврале 1995 года. Тогда «Детройт» сыграл вничью с «Лос-Анджелесом» (4:4), а Федоров еще и буллит в овертайме не реализовал.
Когда один игрок забрасывает три шайбы в одном матче – такое происходит нечасто. Болельщики от радости бросают на лед свои кепки. Отсюда и пошел термин «хет-трик». Чтобы один игрок забросил пять шайб – такое увидишь и вовсе редко. После того как это удалось Федорову, следующий подобный случай произошел лишь двенадцать лет спустя, когда словацкий форвард Мариан Габорик забил пять голов за «Миннесоту».
– Необычный матч получился, – говорил Федоров на следующий день. – Я забил два гола, а затем внезапно почувствовал, что хочу забить еще. Я был счастлив, как ребенок. Меня до сих пор трясет. Я под впечатлением, это прекрасно. У меня просто все залетало. По-моему, каждый мой бросок попадал в цель.