Айседора (ЛП)

Самодовольно хмыкнув, Лео шагнул назад и подмигнул Аласдэру. Затем повернулся и смело схватил Василиоса за пиджак.
— Может, докажешь, что не всегда ведёшь себя, как самовлюблённый засранец?
Аласдэр распахнул глаза — никто никогда не разговаривал с Василиосом подобным тоном, даже он, — и когда в ответ на язвительное замечание у старейшины сверкнули глаза, младший вампир понял, что фраза скрывала в себе куда больше, чем было сказано.
— И что предлагаешь мне сделать?
— Откажись. От того, что не твоё, и принадлежит другому. Дай Аласдэру то, что он хочет.
Впервые за всё время Аласдэр увидел, как Василиос засомневался. Обычно он был крайне уверен в своих действиях, в своём ответе. Старейшина либо не заботился о том, как его поступки повлияют на других, либо учитывал все возможные последствия.
А с Лео он сомневался.
— И чего же он хочет?
— Ты уже знаешь ответ.
Восторженное выражение на лице Василиоса выдало, насколько тот был очарован парнем, отважившимся держать его за полы пиджака, и Аласдэр уже не в первый раз задумался, какими чарами обладал Лео.
Василиос прикоснулся губами к уголку рта человека.
— А ты смелый, Леонид Чейпел.
— И умный, — выдохнул Лео. — Не забывай, что я умный.
При виде обоих мужчин Аласдэр почувствовал, как дёрнулся член. В это время старейшина пробормотал:
— И принадлежишь нам.
Аласдэр не сводил с них глаз. Лео посмотрел на младшего вампира, и когда Василиос начал его целовать, в сознание проникла дразнящая мысль: «Наслаждайся!».
В первый раз Василиос поцеловал Лео, только чтобы показать образ, воспоминание, и парень вообще не смог насладиться тем поцелуем. На этот раз всё было иначе.
Жёсткие, прижавшиеся к его рту губы оказались на удивление тёплыми. Они приказывали открыться, и Лео подчинился. Внутрь тут же скользнул горячий язык, коснулся его языка, и парень судорожно смял пальцами ткань чужого пиджака.
Чёрт! Это самый горячий поцелуй в жизни Лео по двум весомым причинам. Краем глаза парень заметил на себе пристальный взгляд Аласдэра. Василиос же наклонил голову и нырнул языком глубже. Это оказалось так возбуждающе, что у Лео болезненно заныл член, настолько он был твёрдым.
Отпустив полы пиджака, Леонид провёл ладонями вверх и, сжав плечи Василиоса, притянул того ближе. Старший вампир поддался и прижался всем телом. Лео пьянило ощущение полного контроля. Руки, что были на талии, скользнули ниже, на ягодицы парня, и тишину в комнате нарушило… рычание.
«Василиос или Аласдэр?»
Лео не знал. Но когда пальцы на его заднице сжались, Лео застонал в тот самый рот, от которого мозг буквально плавился.
«С вами тяжело оставаться одетым», — передал Аласдэр свою мысль, и Лео понял, что все трое теперь связаны друг с другом. Так вот, значит, как всё будет.
«Тогда раздевайся», — отозвался Василиос, не говоря ни слова, даже в своей чёртовой голове.
Ситуация быстро выходила из-под контроля — все слова и действия казались как в тумане. Цепь на запястьях Лео, дёрнули, и он понял: если не остановить всё сейчас, он окажется в постели между этими двумя даже меньше, чем через секунду. Оба вампира были властными, напористыми и чертовски притягательными, но…
— Подождите, — произнёс Лео, отрываясь от губ старшего вампира. Грудь тяжело поднималась и опускалась, а затвердевший член тёрся о такой же каменный ствол в брюках Василиоса.
Старейшина попятился, увлекая Лео следом.
— Леонид, я не могу больше ждать. Я объяснил почему.
Лео чувствовал сзади напиравшее твёрдое тело Аласдэра, но не решился проверить, был ли вампир одет. Потому что если одежды исчезла, то — боже! — его уверенность тоже быстро растает.
— Я хочу…
— Да, agóri? — Василиос по-звериному оскалился и обвёл взглядом нижнюю часть тела парня. — Всё совершенно очевидно.
 
«Давай. Расскажи ему о своих условиях. Не могу дождаться и услышать», — язвительно заметил Аласдэр.
Лео захотелось развернуться и заехать тому в лицо кулаком.
— Условия? — спросил Василиос.
— Я… — Лео сглотнул и подумал: «Господи! Именно поэтому мне нужно постоять за себя».
Эти двое постоянно пробуждали в Лео желание дерзить, поэтому вряд ли их странные отношения станут когда-нибудь игрой на равных. Всякий раз собираясь вместе, они сражались за звание самого наглого, и у Лео не было ни единого шанса выиграть. Но в этом вопросе… В этом вопросе они могли ему уступить.
— Я не буду с вами спать. Пока что.
Василиос снял с себя пиджак и швырнул его на высокий комод.
— Сон в наши планы не входил. И раз это не требуется, значит, думаю, тебе не о чем волноваться.
Сзади послышался тихий смешок Аласдэра, и Лео сцепил зубы — похоже, этот придурок наслаждался ситуацией.
— Я имел в виду, что не буду заниматься с вами сексом. Пока что.
Василиос в изумлении открыл рот. С тем же успехом Лео мог сказать, что отрастит крылья и улетит куда захочет.
— Серьёзно?
Лео скрестил на груди руки и решительно кивнул:
— Да.
«Даже если я собирался сделать тебе минет?» — прозвучало дерзкое предложение Василиоса в сознании Лео, и в этот момент он почувствовал, как на бёдра опускаются ладони Аласдэра, а горячие губы целуют ухо.
Леонид скрипнул зубами.
— Да. А-ах… даже если так.
Василиос ослабил галстук.
«Как может что-то обыденное казаться настолько сексуальным?» — недоумевал Лео, но когда язык Аласдэра мазнул по мочке уха, а ладони погладили твёрдый член, парень понял: виной были не действия, а ситуация.
— И почему ты наложил запрет на всё, что доставляет удовольствие, если совершенно ясно, что сам хочешь принять в этом участие?
Лео изо всех сил старался держать глаза открытыми и смотреть на Василиоса, который принялся расстёгивать свою рубашку. Но ощущая ладони Аласдэра и его прохладное дыхание на разгорячённой коже, это оказалось невероятно сложно.
— Потому что я хочу… О чёрт, — простонал он, когда Аласдэр оцарапал ему шею кончиком клыка.
— Так что ты там говорил? — спросил Василиос, вытаскивая рубашку из брюк. Затем снял её и уронил на пол.
Старший вампир мог избавиться от одежды одним усилием воли, поэтому медленное раздевание само по себе уже было соблазнением. Лео заставил себя произнести слова, о которых думал во время разговора с Аласдэром:
— Я хочу быть большим, чем просто вашей игрушкой.
Губы Аласдэра остановились под ухом, а руки пригвоздили парня к месту. Василиос тоже замер. Воздух тревожило только тяжёлое дыхание Лео. В сущности, он был единственным, кому действительно требовалось дышать.
— Ты говоришь, что не хочешь быть нашей добычей? Я тебе не верю, — сказал Василиос высокомерным тоном.
Вообще-то фраза не была вопросом, ведь оба вампира прекрасно знали, о чём Лео думал.
— Я не хочу быть рабом. Не хочу носить наручники и ходить на привязи. Я хочу быть равным. Хочу, чтобы ты смотрел на меня так же, как смотришь на Аласдэра, и хочу, чтобы он…
Василиос прижался к Лео спереди всем телом, а ладонями накрыл руки Аласдэра, что лежали на бёдрах парня. Находясь между вампирами, которые тёрлись о него своими членами, Лео подумал, не умрёт ли он часом от удовольствия во время секса одновременно с двумя.
— Ты хочешь, чтобы он…
— …смотрел на меня так же, как смотрит на тебя.
— Это невозможно, — заявил Василиос.
 
— Какой самонадеянный, — не подумав парировал Лео.
Василиос наклонил голову, и вместе с Аласдэром они прижались губами к шее человека с разных сторон. Лео с силой втянул воздух и постарался вспомнить суть вопроса, но поднявшееся внутри волнение было слишком сильным. Он проигрывал битву. Вампиры делали то, чему Лео не мог противостоять. Происходившее было опасным, возбуждающим и настолько чувственным, что хотелось одного: уступить и наслаждаться этим без конца.