Ведьмино счастье 2 (СИ)

— Зараза, ты не видел госпожу? 
— Она уединилась с мужчиной в пыточной. Беги, опоздаешь!
Я рванул в подземелье. Что она может там делать? Без меня!
В пыточную влетел взволнованный Эрлик.
— Госпожа? Вы решили пытать кого-то?
— Посмотри под дыбу. Это доктор, который приехал поправить мне пёрышки, а сам не хочет вылезать.
— Достать?
— Доктор, Вас достать или Вы вылезете сами? Мне просто нужно поправить пару пёрышек. Мой пух растёт в одном месте не в ту сторону. Поможете? Всё равно ведь достану.
— А потом Вы меня сожрёте, да?
— Хотите, поклянусь не обидеть? На крови. И к оплате прибавлю золотой перстень?
— Я так понимаю, вариантов у меня особо нет?
— Никаких.
— Ложитесь на стол. Вина только налейте.
Бочком-бочком мимо орудий пытки я прошла к столу. Легла, вытянувшись во весь рост и свесила раскрытые крылья по бокам. Красиво, должно быть. Чёрные крылья, чёрные волосы свисают, разметавшись прядями, голая спина и чёрные брюки для верховой едзы в обтяжку. Доктор с Эрликом вошли следом.
Сильные руки ветеринара начали ощупывать и мять мои крылья. Неземное блаженство, как же я теперь хорошо понимаю Заразу! Каждая косточка, каждая жилка, каждый миллиметр кожи, всё было размято, растёрто, прощупано сильными и внимательными руками врача. Невольно, когда он приступил ко второму крылу, я сладостно вздохнула, почти застонала, эхом этому звуку раздался глухой вздох варвара. Осмотр, тем временем, продолжился.
— Молодой человек, а Вы не подскажете, где именно чесалось? Это же Ваша птичка? Она при этом не трясла головкой?
— Не трясла я головкой, чешется в основании правого крыла.
— Простите, я как-то не привык, что пациенты разговаривают. Впрочем, так действительно значительно удобнее. Можно мне ещё вина?
— Эрлик, налей ветеринару вина и покажи, где ты меня чесал. Я до туда не достаю, доктор.
— А это ваш муж или, всё-таки, хозяин такого славного животного?
— Я раб госпожи.
— Как интересно. И какое чудное у Вас вино! И вправду вижу поражённый кусочек кожи. Тут ваш цыплячий пух растёт внутрь кожи. Это поправимо. Обезболить? Будет немного больно.
— Я потерплю. Понятия не имею, как на крыле будет действовать Ваше обезболивающее. Вдруг потом не смогу крыло убрать? Засыпать я предпочитаю без них.
— Тогда терпите. А молодой человек пусть вас придержит. А то начнёте ещё кусаться, буянить. У вас, кстати, когти отрасли, прямо на этой моей фразе. Такие любопытные! Чёрненькие! Ну надо же, прямо на глазах отрасли.
Я посмотрела на свои руки. М-да. Вместо обычных ноготков на них были длинные, будто накладные, чёрные всё же, скорее, ногти. Просто немного заострённые.
— Эрлик, да? Ну так вот. Одну руку кладете на холку. Вот сюда. А вторую на середину спины.
— Госпожа?
— Делай, как велят.
Форос.
Второй день в Королевстве творилось неладное. Потоки магии стали значительно сильнее. Заклинания срабатывали куда как мощнее и не всегда предсказуемо. Путем тщательного анализа ситуации было определено, что проблема заключается в Портальном Доме. Он стал излучать значительно большую силу. Будто на смену Марцелле пришла иная, намного более сильная ведьма. Хотя, казалось бы, куда ещё? Король принял решение направить в Дом именно меня для прояснения сложившейся ситуации. Эрхан охотно пропустил меня к Марцелле, но провожать не стал. Был занят пропуском ценного груза гномов в Империю. Тут, действительно, так просто не оторваться. Тоговались они громко и яростно. Ни гномы, ни тем более, оборотень не готовы были уступить цену.
В доме стояла тишина. Лишь в столовой я наткнулся на демона. В покои несносной ведьмы идти не хотелось.
— Зараза, где Марцелла? 
— Под пыткой. Ветеринар пытает, Эрлик фиксирует. В подземелье. Меня не пустили.
Несказанный ужас объял меня. Как такое могли допустить оборотни? Доигралась эта идиотка со своим варваром! Ещё днём слышал нелепицу от портного, что Эрлик разорвал все платья ведьмы в нетерпении перед неутолимой жаждой её тела. Теперь решил избавится от нее? Слаб оказался ошейник. Слаб. И я — дурак, раз допустил такое. Мысли пронеслись в голове вихрем за считаные секунды. И вот я уже открываю дверь подземелья. Сдавленный девичий вскрик раздался из-за следующей двери. Зажигая в руке шар смертельного огня, я распахнул дверь и замер, потрясённый открывшимся зрелищем. Что это? Как? 
 
— О! А вот и дополнительный свет принесли. Подходите ближе. Мне, действительно, плоховато видно. Пух тонкий черезмерно. Ниже, ниже светите. Он что у вас ещё и жжётся? Принесите нормальный фонарик! И налейте доктору вина! Я не могу работать в таких условиях! Вламываются тут, понимаешь, всякие. Фонарика нормального и то нет. Вы не мой ассистент! И не владелец животного! Что Вы тут, вообще, забыли? Вот молодой человек, посмотрите, как хорошо фиксирует! Ещё ни разу не рыпнулась зверушка. Молодец! У таких учиться надо. Птичка только попискивает. Ну, так это нормально. Всё же ей больно.
— Госпожа, лорд Форос зашёл. Кажется, хочет кого-то убить.
— Не надо никого убивать! Что Вы, вообще, забыли в моей лаборатории? И вломились без стука. Я, между прочим, не совсем одета.
— Вас спасал! Что с Вами случилось? Откуда крылья?
— Отросли. Спасать меня не надо. Доктор поправляет пух. Он не туда растёт.
— Лорд? Как интересно! Налейте вина, лорд! И поддержите ей ноги. Вдруг лягнет. Сейчас я буду делать побольнее. Тут очень чувствительное местечко осталось.
— Марцелла?
— Делайте, что говорят. Вы очень удачно нас посетили. Если этот ветеринар откажется работать, нового будет найти довольно проблематично. Целитель отказался сразу.
Булькнула бутыль вина. Звякнул бокал. Тонкие и ловкие пальцы плотно обхватили мои щиколотки, вжимая их в стол.
— Держите крепче. Сейчас птичке будет больно.
Я лежала распятая под руками двоих мужчин. Страшно. Крупные, но мягкие руки Эрлика. Тонкие, но жёсткие руки лорда. Сильные и беспощадные умелые пальцы врача. Он что-то больно зацепил. Я вскрикнула и дернулась было. Но меня удержали на месте. Захотелось кого-нибудь сжечь.
— Промазал! Сейчас ещё попробую, не отпускайте. Секундочку! Сейчас я возьму пинцет потоньше.
Маг.
Куда все провалились? Портные ждут. Ни ведьмы, ни Эрлика. Эрхан и тот занят. О, Зараза попался. Уже что-то. 
— Где Марцелла? 
— В подземелье. Ее Эрлик с Форосом делят пополам. А третий режет.
Чёрт! Что происходит!
— О! Ещё зритель! А где фонарик, я Вас спрашиваю! Как тут можно работать? Ещё и птица эта драная. Десятый круг наматываю. Нет была бы канарейка! Отрастила крылья. Бегай доктор кругами! Вы где-нибудь такой размах, вообще, видели? Я вспотел, бегаючи вокруг этого крыла. Это не птичка, это самолёт какой-то. В следующий раз повезёте на аэродром! Точно. На аэродром её!. Я закончил. Отпускайте. Кормить по расписанию. Следите, чтобы не разодрала, пока всё не заживает. Молодец, славная птичка, это я так, любя. И вела себя хорошо.
Мощная рука потрепал меня по голове.
— Марцелла! Что тут происходит? Форос, хоть Вы можете мне объяснить?
— Нет уж, это Вы мне объясните, откуда у ведьмы крылья?
— Доктора обещали покормить! И вообще, где мой помощник?
— Он гуляет по саду.
— Маг, мне подправили пух. Прикажите накрыть ужин в гостиной для нас всех. И не выдайте себя перед юным помощником врача, они с Айной прогуливаются по саду. Форос, я надеюсь и на Вас тоже.
— Доктор! Ещё вина?
— Эх, гулять, так гулять! Наливайте!
Я налила бокал и убрала крылья. Доктору уже было всё равно.
За столом молодой помощник врача долго извинялся за своего старшего коллегу. Я лишь улыбалась в ответ. Деньги за вызов перекочевали на карту ветеринаров. Ещё я передала конверт с кольцом и запиской. Утром доктор его откроет, как проспится.
С ветеринарами удалось распрощаться довольно быстро. С Фороса я взяла клятву о неразглашении моих особенностей никому, кроме Короля. Они с Магом так и остались в столовой обсуждать нынешнее положение дел. Я же, терзаемая любопытством, поднялась к себе.