Омега (СИ)

- Его лихорадит, - бархатно отвечают ей. В голосе мне чудятся нотки заботы. Как наивно, не правда ли?
Скай обеспокоенно касается губами моего лба, ерошит волосы, мимоходом задевая звериные уши. Согласно мычу и облизываю пересохшие губы. Тело – чужое, не принадлежит мне, сейчас за ниточки дергает какая-то другая тварь.
Горький, с пьяняще-пряным ароматом отвар из трав, который в меня насильно пытаются влить, я выплевываю, но часть все-таки попадает желудок. Все внутренности словно выжигает огнем. Возмущенно кашляю и отфыркиваюсь.
Плохо. Сознание проваливается в чересчур мягкую, липкую вату, я вязну в ней, как в болоте, ниточки, связывающие с реальностью, с тихим треньканьем рвутся одна за другой.
Я знаю, что последует за этим.
Меня бесцеремонно переворачивают, ткнув носом в скатанное в тугой валик одеяло. Пытаюсь вывернуться, уйти от прикосновений, но Скай сильнее. Зло рычу, протестуя, но получается жалостливо, больше напоминает обиженный скулеж.
Его руки хаотично шарят по телу, оглаживают бока и очерчивают линию бедер, пальцы пересчитывают выпирающие дуги ребер и бережно обводят края рваной раны. Крупно вздрагиваю от прошивающей боли и сдавленно всхлипываю, задыхаюсь криком, когда по коже проходится влажный, горячий язык, похожий на горячую терку. Он оставляет после себя ожоги, тепло от которых разносится по телу и оседает плотным клубком внизу живота.
Меня вылизывают всего, не пропуская ни миллиметра: бессовестно - линию позвоночника и выступающие крылья лопаток, невесомо - губами по пояснице, и, отведя мешающий хвост в сторону, мокро - между ягодицами. Стыдливо вспыхиваю, пытаюсь отползти, но меня легко возвращают на место, для устрашения низко рыкнув над самым ухом.
Затем наступает черед груди и живота. Особое внимание уделяют ране, вылизывая ее со всей тщательностью. И может быть, это шутка подсознания, но боль уменьшается.
Свободно выдыхаю своему мучителю куда-то в основание шеи, когда экзекуция заканчивается, и меня возвращают в исходное положение. Прижимаюсь к Скаю холодным носом, но глаза не открываю.
Не хватает лишь колыбельной, но ее успешно заменяет размеренное дыхание Майна.
- Рана затягивается, - пальцы Агнер касаются свежих рубцов. Без особого энтузиазма возмущаюсь, морщу нос, и она оставляет меня в покое.
- Слишком медленно, - устало отзывается Скай и закутывает меня в одеяло почти с головой – оставляет наружу только кончик носа. Благодарно зеваю и стягиваю колючую тряпку с головы. – Он все еще на грани.
Майн согласно фыркает и укладывается мне под бок, положив тяжелую морду на грудь и уткнувшись мокрым носом в щеку.
- А если попробовать?.. – начинает девчонка, но под предупреждающим взглядом Ская быстро замолкает.
В воздухе повисает неуютная тишина, и я почти успеваю уснуть, когда ей отвечают:
- Уже. Энергии прорва, но она вся просто рассевается в пространстве. Его многому предстоит научить, прежде чем выйдет что-то толковое.
В отличие от меня Агнер понимает, о чем говорит Скай, а мне вот эта уверенность да и сама тема беседы ох как не нравится. Что-то мне подсказывает, что обсуждают совсем не погоду, а мою бренную тушку.
Вот не твари ли?!
- Ты все решил, - устало констатирует факт Агнер. - А как же правила?
- И кто посмеет бросить мне вызов? – вопросом на вопрос отвечает Скай. Глаза лень открывать, но я и без этого представляю самодовольную улыбку мужчины. Надеюсь, что найдется хоть кто-нибудь, у кого хватит силенок пнуть побольнее самолюбие Ская. В этом мы с Майном, приглушенно сопящим мне на ухо, солидарны.
- Асари. Он не упустит такой шанс, ты же знаешь. Дикий омега – большая редкость, тем более он падок на таких вот неопытных мальчиков.
- Возможно. Но я все равно выиграю.
- Даже и не сомневаюсь.
Скай насмешливо фыркает и укладывается рядом, забираясь руками под одеяло и бережно проведя ладонью по ране. Боль послушно стихает, а внизу живота становится горячо, словно под кожей вспыхивает маленькое солнце.
Сон, терпеливо бродящий по краю поляны, подходит совсем близко и одним неосторожным прикосновением утаскивает за собой в цветной омут.
 
Вымотанный, я засыпаю.
***
Действие лекарств заканчивается слишком быстро и неожиданно. Мир вновь переворачивается, встает с ног на голову, сгребает в разноцветный ворох карты.
В который раз!
Мироздание, надеюсь, когда-нибудь тебе надоест!
***
Одеяло так и норовит сползти с обнаженных плеч, поэтому его приходится периодически подтягивать. Мясной бульон, изрядно приправленный очередной порцией травы – горчит на языке, но я глотаю пряную жидкость, не замечая вкуса.
Может, получится захлебнуться?!
Зажимаю между ногами хвост, не желающий лежать спокойно. Предатель выдает нервозность.
- Как ты себя чувствуешь? – Забота в голосе Ская вызывает глухое раздражение. Вздернув нос, отворачиваюсь и с независимым видом смотрю в сторону.
Мне не нравится взгляд, которым он окидывает меня время от времени. Есть в нем что-то хищное, собственническое, будто где-то на теле висит бирка с его именем, или на коже горит клеймо.
Хватит и того, что за те несколько дней, что провалялся под действием ведьминого отвара, я пропитался его запахом насквозь, он прочно прилип к коже. Я совсем не уверен, получится ли отмыться он него.
Речь я понимаю с трудом, некоторые слова незнакомы, поэтому о смысле приходится догадываться. Впрочем, что-то в языке есть с моим схожее, узнаваемое. Чутко прислушиваюсь, улавливая малейшие оттенки эмоций. Майн с недовольной Агнер спорят, решая нечто несомненно важное.
- Что-то болит? – не отступает Скай и подсаживается ближе. Такая настойчивость пугает и настораживает. От его голоса, бархатного, приправленного рычащими нотками, все внутри переворачивается, жаркая волна прокатывается вдоль позвоночника и замирает в пояснице, угнездившись в желудке. У него повадки хищника.
Даже в человеческом обличье в Скае больше от зверя – белая копна волос, среди которых мелькают тонкие косички, ниспадает на плечи, правильные, но резкие черты лица, по-акульи заостренные зубы с длинными клыками, гибкое и сильное тело, канаты мышц не скрывает тонкая ткань одежды.
Его доброта кажется фальшивой, неправдоподобной, хоть свою роль он играет безупречно, но интуиция уговаривает не верить, не попадаться в эти сети, и пока у меня хватает сил.
Зябко ежусь и пытаюсь отползти от сварога как можно дальше, но сзади стоит повозка, а проваливаться сквозь землю я ещё не умею. Уклончиво киваю головой и одновременно пытаюсь пожать плечами, отчего выходит что-то нелепое, но меня понимают.
- Что ты с ним возишься? В щенке слишком много от зверя, - отвлекается от спора Майн.
- Возможно.
- А он вообще умеет говорить? – включается в допрос сварог – в этот раз ради разнообразия в человеческом обличии. – Детка, как твое имя?
Одариваю нахала красноречивым взглядом.
- Боже, да вы его только пугаете! – заступается за меня Агнер. – Он сейчас в обморок грохнется.
Давлю настойчивое желание пожалеть себя. За меня это делает Скай, он небрежным и одновременно собственническим движением – словно послушного пса - ерошит мои длинные, торчащие во все стороны волосы и несильно тянет за кончики звериных ушей. Предупреждающе скалюсь, обнажая клыки, за что получаю легкий, обидный щелчок по носу.
- Маленький звереныш! – восхищается Майн, подсаживается ко мне с другого бока и заговорщицки шепчет Скаю: – Может, продадим его циркачам? Или магам для опытов? А что, неплохо заработаем?!
- Майн, - осуждающе шипит Агнер, толкая шутника локтем в бок.
Очень смешно. Мстительно клацаю зубами в опасной близости от его уха, отчего Майн испуганно вздрагивает.
- Нет, ну вы видели?! – в меня обвинительно тыкают пальцем. - Щенок слишком долго прожил в звериной стае. Проще выдрессировать.
Приколисты хреновы. Удрученно вздыхаю и возвращаюсь к прерванному занятию – пытаюсь выловить со дна миски кусочки мяса.