Будет только хуже (СИ)
Перед тем как провалиться вниз он услышал неразборчивые крики и вместо пограничника на него сверху упали ещё два человеческих тела, одно большое, другое совсем маленькое (Влад даже подумал, что на него грохнулся рюкзак) в зимней одежде, которая смягчила удар. Это оказались та женщина и ребёнок, который несколько минут назад показывал на летящую "звёздочку" в небе.
Влад еле успел откатиться в бок, при этом навалившись на взвизгнувшую американку, перед тем, как сверху, предварительно задвинув за собой тяжёлый люк, ловко спрыгнул пограничник, у него это вышло гораздо ловчее, чем у Влада.
Вспышку света было видно даже со дна колодца. Над их головами, там где должен был быть люк высветился сияющий круг, будто солнечная корона во время полного затмения. А потом… потом раздался гром, какого Влад ещё никогда не слышал в своей жизни. Будто демоническое чудовище из самых страшных кошмаров достало молот и ударило в титанического размера гонг. Будто прямо над его головой звуковой барьер преодолели сразу тысячи сверхзвуковых истребителей. А потом… потом пришла взрывная волна.
***
Аля присела рядом на диван, положила руки ему на плечо и наигранно серьёзно посмотрела ему в глаза. Влад отложил джойстик. В коем-то веке нашлось свободное время для расслабления мозга, но, ладно, если жена хочет о чём-то поговорить, то виртуальные зомби могут подождать на паузе, прежде чем будут уничтожены такими же виртуальными боеприпасами.
Он внимательно посмотрел ей в глаза, приглашая к диалогу.
— Ты меня любишь? — она выразительно моргнула пару раз, её карие глаза искрились в голубом свете люстры, включённой в её любимом вечернем режиме.
— Что. Тебе. Надо? — перешёл сразу к делу Влад.
— С тобой не интересно! — надула она губки. — Ты нисколько не романтичный!
— Ну, ты знала, за кого выходишь замуж. Ведь так?
Она тяжело вздохнула, постучала пальцами по его плечу, мол, тут всё безнадёжно.
— Знаешь, я думаю нам надо подумать о покупке новой квартиры.
— О как! — удивился Влад. — Тебе этой мало? Трёшка же! На двоих! — он с прищуром посмотрел на неё. — А, понял, ты хочешь, чтобы у нас было общее имущество, чтобы при разводе отхватить половину?
Аля закатила глаза, она давно уже привыкла к его шуткам, но иногда, для профилактики, делала вид, что их не понимает.
— Скажешь тоже! — воскликнула она.
— Тогда зачем нам новая квартира? Это опять кредит, опять ипотека, переезд, ремонт… И вообще, надо будет переоформить уйму бумаг, а это реально бесит.
— Ну, ипотека будет небольшой, если эту квартиру продадим, — она окинула взглядом комнату, — или будем её сдавать. Но лучше, пожалуй, продать, чтобы не влезать в совсем уж большие долги.
— Ну и?
— Ну, разве плохо иметь дополнительную комнату? В новой квартире, в новом доме?
— Который ещё не дал усадку, ага, — Влад приобнял Алю за талию. — Чтобы новая плитка потрескалась, обои отклеились, а ещё может плесень завестись.
— Ничего-то ты не понимаешь, — улыбнулась она.
***
— Дальше! Дальше ползите! — толкал их Алекс в темноту бетонного короба вдоль старых труб.
Перед Владом ползла Джессика и ребёнок с матерью, последним был пограничник, но далеко уползти не получилось, ржавая металлическая балка перегородила путь. И вот они замерли, прижавшись друг к другу.
Колебания ощущались даже здесь под землёй, их трясло и качало, со стен их прибежища сыпались куски бетона, а пространство заволокло пылью. Не имея противогазов, мать с ребёнком замотали лица шарфами и зажмурили глаза. И этот гул… жуткий гул, будто миллионы демонов Преисподней с воплем, заставляющим кровь стынуть в жилах, вырвались на поверхность земли, чтобы сеять абсолютный хаос в преддверии появления своего хозяина.
Влад как-то пытался представить, как живут в подземных теплотрассах бездомные, ну, вот теперь он точно знает, что ощущают бомжи во время землетрясения. Почему эта дурацкая мысль сейчас посетила его? А, психологическая реакция, мозг пытается хоть как-то стабилизировать его состояние, притормозить готовое выскочить из груди сердце.
***
— Слушай, надо решить вопрос с отпуском, — Аля разливала по чашкам чай.
Влад пожал плечами. Он достал из холодильника половинку лимона на блюдце и отрезал несколько тонких ломтиков.
— А в чём проблема? Поедем куда-нибудь, куда захочешь.
— Куда захочу?! — обрадовалась супруга.
— В пределах разумного, — тут же уточнил.
— Ну, вот ты какой не интересный! — Аля надула губки.
***
До этого момента Влад не знал, как выглядит землетрясение и что при этом чувствуют люди, оказавшиеся в его эпицентре. При этом он вспомнил, как однажды самолёт, на котором они с Алей летели на море, попал в зону турбулентности и кресло, на котором он сидел, решило, что гравитация его больше не связывает с сидящим на нём пассажиром. Как же тогда охнул весь салон, а жена вцепилась ему в руку своими длинными ногтями.
Тряхнуло так, что у него, кажется, клацнули зубы. При этом даже через толстый слой почвы и бетона ощущалось, что там наверху твориться что-то ужасное, все летит в тартарары, ударяя по земле многотонными обломками цивилизации.
Влад почувствовал, как воздух вокруг них стал гораздо теплее, чем был. Неужели они здесь запекутся как утки в духовке? Было бы досадно. И смешно. Как утки.
***
— Ты как хочешь, но утка не получилась. Картошка вообще не пропеклась.
Влад ковырял вилкой внутри горячей горячей утки, только что извлечённой из духовки, вытаскивая куски картошки.
— Ну вот! Теперь ещё скажи, что я не умею готовить! — Аля всплеснула руками.
— Фаршированную утку — нет, констатировал Влад. — По крайней мере пока. Не надо было под завязку её набивать начинкой, без горячего воздуха картошка не пропеклась.
Аля бросила фартук и прихватки на стол и вышла из кухни.
***
Да, будет забавно поджариться снаружи до хрустящей корочки, а требуха останется сырой. Тёплой, но сырой. Не пропечённой. И вытащить тебя из духовки будет некому.
— Сейчас в обратку пойдёт! — прогудел сквозь маску противогаза Алекс.
То, что за первой взрывной волной идёт вторая, но уже по направлению к эпицентру, Влад знал, он видел множество раз хроники испытаний ядерного оружия, которые проводились ещё во времена Холодной войны. Да и в кино это изображалось примерно так же. И точно, выдавленный из эпицентра воздух поспешил заполнить собой образовавшуюся пустоту. Грохот и гул не утихали, а температура вокруг явно шла на повышение. Влад представил, что творится наверху, как там всё горит и летит кубарем и ему стало не по себе.
Сердце гулко билось в груди, воздуха явно не хватало. По виску под маской скатилась капля пота. Что это: это в подземелье так жарко, или это нервное? Ребёнок, который казалось бы, должен рыдать и биться в истерике сидел тихо, прижавшись к матери. Пространство тускло освещалось зеленоватым светом палочкой химического фонаря.
Как люди смогли докатиться до такой ситуации? Кто осмелел настолько, что решил, будто ядерная война это ничего страшного. Будто потом радиация развеется, и никакие ветры её не принесут тебе "на сдачу". Одно дело две бомбы в 1945 году для Японии, другое — сотни, или тысячи бомб.
Всё-таки благословенное время тогда было — Холодная война. Да, и Советский Союз и США могли с лёгкостью уничтожить друг друга, США — Союз раз десять, Союз — США раз пять, но, чёт побери, они этого не делали! И там, и там понимали, что последствия могут быть самыми непредсказуемыми, тем более, что врага достаточно убить один раз, а не пинать его труп долго-долго. Может Америка и закидала бы Советский Союз большим количеством бомб, если она при этом сама будет отброшена в развитии на сотни лет назад, то какой смысл так рисковать.
А сейчас вот рискнули. Что-то изменилось в психологии американского руководства, в психологии их граждан. С какого момента они стали считать, что победа в такой войне возможна? Ладно, пускай, формально победить можно, но это же будет даже хуже чем пиррова победа! Восстановление, если оно вообще возможно будет длиться сотни лет.