Будет только хуже (СИ)

— Таак… — только и успел выдать Влад, а мужик уже вытаскивал из правого кармана пистолет.
На Влада напало оцепенение, похожее на то, когда он в лесу натыкался на змей. Пару раз эти гады вообще выползали прямо из-под руки, когда он тянулся за грибом или ягодами. Холодок бежал по спине, а тело буквально замирало. В голове пронеслась поганенькая мысль "Ну вот и всё!".
Оцепенение внезапно спало, как только он заметил, что пистолет зацепился за край кармана мушкой, что подарило одну-две секунды на реагирование.
И вот он уже двумя руками вцепился в руку с пистолетом, старясь максимально увести его в сторону и самому уйти с линии огня. Однако, незнакомец не думал сдаваться и навалился всей массой, пытаясь направить ствол на Влада.
Самое плохое, что всё это происходило в утреннем полусумраке, да при том ещё и при выключенном уличном освещении, так как электроэнергию нещадно экономили. Увидят ли драку со стороны, не было никакой уверенности.
Они молча топтались на месте, в попытке убить выжить соответственно. Одну руку ломило нещадно и суставы в запястье уже начинали откровенно хрустеть. И тут противник поскользнулся на выпавшей пачке листовок, потерял равновесие, а вместе с ним ослабил и хватку на спусковом крючке. Влад смог положить свой палец поверх его пальца и вывернуть пистолет.
Раздался выстрел. Удивительно громкий в утренних сумерках несмотря на то, что был сделан практически в упор. Незнакомец медленно осел, повалившись лицом в холодную осеннюю лужу.
Со стороны лагеря беженцев уже бежали солдаты с автоматами наперевес. Влад не стал геройствовать, а просто встал на колени и убрал руки за голову, сцепив пальцы замком. Нахрен-нахрен, сейчас все нервные, вдруг его в сумерках не узнают и пристрелят к чёрту на месте. Так себе сюрприз для жены будет.
Пот стекал градом, под бушлатом всё прилипало к телу, а от головы валил густой пар.
— Удостоверение в нагрудном кармане, — только и сказал он, задыхаясь, подбежавшим военным.
Один из них обошел его, при этом дуло автомата продолжало быть нацеленным на Влада, и достал удостоверение. Второй всё время стоял за спиной, и наверняка тоже держал Влада на прицеле, он буквально ощущал это затылком.
— Я знаю его, — сказал один из солдат. — Это Влад, он тут работает в лагере.
— Встать! — приказал другой. Влад подчинился, но руки опускать не стал. — Повернись!
Солдат с погонами сержанта (его Влад раньше не видел) пристально посмотрел сначала на него, потом на узнавшего Влада солдата.
— Он? — коротко бросил он.
— Он, да, я его знаю, — коротко ответил тот.
Только сейчас сержант несколько расслабился, опустив автомат вниз. Он сделал пару шагов к телу убитого, проверил пульс. "Готов" услышал Влад.
— Кто это? Знаешь его? — сержант дулом автомата указал на труп.
Влад, стараясь не делать резких движений, отряхнул со штанов грязь. Хорошая кстати вещь, столько стоял на коленях, а они почти не промокли.
— Мужики, давайте сделаем проще, — предложил Влад, — Вы сейчас выставите здесь охранение, отведете меня к майору Гарееву, хоть в наручниках, хоть без, и вызовите местных эфэсбэшников или кто там сейчас контрразведкой занимается. Это походу провокатор, распространял листовки агитационного характера, это как минимум. А может и ещё какую диверсионную работу вёл. Но это пусть разбираются, кому положено.
— А ты здесь каким боком? — не унимался сержант.
— Просто шёл на работу, — устало произнёс Влад.
Солдат по рации вызвал еще подкрепление, чтобы оградить место убийства, а Влада повели в здание Дома культуры, по всей видимости, на допрос. Сковывать наручниками его не стали, но при этом Влад явственно ощущал, что с него не спускают глаз, а возможно даже держат на прицеле. Оборачиваться и проверять он не стал. Ну что же, ожидать чего-то другого не приходилось. Если бы не знакомый солдат, он бы наверняка сейчас лежал бы рядом с застреленным им провокатором мордой в мокрый асфальт.
  
Глава 9. Пограничник
  
Влада привели в допросную, под которую переоборудовали один кабинетов Дома культуры, и оставили ждать приезда сотрудников ФСБ и контрразведки. Понятно было, что инцидент не будут рассматривать как обычную бандитскую разборку, и Влад морально готовился к долгим часам допроса. Знаем, проходили, подумал он. Сам допрашивал людей часами, правда, давно это было. Вот только какие методы, учитывая обстановку, применят к нему гэбэшники, было непонятно. И Гареев, если что не поможет. У него у самого могут быть проблемы.
Очень не хотелось, чтобы били. Влад не знал, сможет ли он выдержать, так сказать, допрос с пристрастием, а представить, что его начнут, что есть сил мутузить, выбивая признательные показания, он мог запросто.
Влад, конечно, и сам был сторонником известного принципа «вор должен сидеть в тюрьме», когда ради справедливости можно пойти на определённые процессуальные нарушения (ну, что есть, то есть), но насколько его хватит, если ему начнут вырывать пассатижами ногти? Чёрт его знает!
Дверь закрылась, и он услышал звук проворачивающегося ключа. В комнате не было окон, под потолком тускло светил блок из люминесцентных ламп, одна из которых моргала с периодичностью примерно в полминуты, словно отправляя кому-то сообщение посредством морзянки. Сейчас он готов был поклясться, что лампа выдавала сигнал «СОС» единственное сочетание точек и тире, которое он знал из азбуки Морзе. Паранойя, конечно.
Через десять минут это мигание стало порядком раздражать. Руки оставили свободными — хороший, однако, знак, видать, не всё потеряно. С другой стороны в кабинете не было ничего, что можно было бы использовать в качестве оружия. Как говорится, шаром покати. Разве что стул? Да нет, у того ножки металлические, хрен отломаешь, да и не собирался он драться и, и тем более, бежать. Он чист перед законом. А если всё пойдёт не по плану? Время сейчас нервное, люди тоже.
Маленькое зарешеченное вентиляционное отверстие под потолком. В такое разве что кошка пролезет.
Что это? Мысли о побеге? С какого перепугу? Он ни в чём не виноват, это его пытались застрелить, а не он кого-то. Вроде, всё понятно, но отчего-то всё равно ощущался дискомфорт. Буквально вчера он убеждал свою жену не брать в руки листовки, потому что потом замучаешься доказывать, что не верблюд, и вот на тебе! Сам в такой ситуации, а то и гораздо хуже.
Когда Владу уже откровенно надоело ждать, а в тишине допросной он отчётливо слышал, как ускоренно бьётся его сердце, всё еще напитанное адреналином, в замке послышался характерный скрежет и дверь открылась. В комнату вошли три человека: два в штатском, один форме ВС РФ, полковник. За ними в дверях виднелся майор Гареев, но он заходить не стал.
Дверь закрылась, полковник сел на свободный стул, а те, что в штатском, остались стоять. "Ну, понеслось", — подумал Влад, ожидая долгих часов допроса. Такое уже случалось в его жизни, приятного было, хоть бы он был тогда всего лишь свидетелем.
— Полковник Савельев, контрразведка, — представился военный. — Вы знакомы с погибшим?
Полковник был сухощавым человеком, с колючими холодными глазами. Владу он чем-то напомнил дикого, но жутко умного волка.
— Никак нет, товарищ полковник.
— Но вы его раньше видели?
— То, что я его раньше видел, я понял только, когда он вытащил пистолет. Да, он был среди людей на привокзальной площади.
— То есть то, что вы стояли тогда рядом с ним просто случайность? — полковник расстегнул молнию на кожаной папке и выложил на стол распечатанные снимки.
Это оказались скриншоты с камер уличного наблюдения. Вот ведь как! Ну, теперь точно надолго засядем, пронеслось в голове. На фото, действительно можно было узнать Влада и застреленного им незнакомца, когда они оказались рядом в момент организации антивоенной акции. Влад отчётливо помнил, что решил, что это простой таксист. Чтоб тебе земля была стекловатой! "Сейчас начнётся!" Началось, млять!