Будет только хуже (СИ)

Капитан даже положил руки на «калаш», который до того спокойно лежал у него на коленях, так как за рулём был непосредственно сам старший лейтенант.
Некоторое беспокойство передалось даже Владу, уж очень не хотелось попасть в засаду, да ещё, так сказать, при «помощи» своего человека. Хватит с него уже засад и плена. Однако полное доверие, которым пользовался старший лейтенант у Плетнёва, и то, что Алексей не стал брать автомат наизготовку, заставило Влада убрать руку с пистолета, который он успел незаметно снять с предохранителя.
Аня наоборот была спокойна как никогда и смотрела на всё больше с любопытством, чем с опаской.
Когда ворота закрылись, на крыльце дома появился высокий черноволосый мужчина с суровым выражением лица и направился к автомобилю. Почему-то Владу сразу показалось, что он иностранец. Не типичная для России внешность, не рязанская кость, а какая-то больше средиземноморская что ли.
На шее у хозяина дома на ремне висел АКСУ, а одет он тоже был в некую робу в стиле милитари, которая запомнилась Владу ещё со времён 2014-го года. По поведению мужчины было понятно, что он ждал их приезда, и что машину заприметили ещё издали.
Тем временем, гости покидали автомобиль, последним спрыгнул с подножки Агат на уже истоптанный утренний снег, грязными рваными клочьями лежащий на асфальте.
Когда незнакомец увидел Павла, то сразу повеселел, и на только что донельзя серьёзном лице появилась дружеская улыбка.
Старлей обратился к своим спутникам:
— Знакомьтесь, это Деян, — и первым пожал ему руку.
Затем он представил своих друзей:
— Это Влад, это Алексей, Анна и… Агат, — последним он указал на пса.
Если капитан казался Владу несколько легкомысленным, то Павел в этом плане был ещё более безбашенным.
— Деян, это же сербское имя, так? — уточнил Алексей.
— Точно так, — подтвердил густым баритоном их новый знакомый. Говорил он с лёгким акцентом иностранца, много лет прожившего в России, но всё ещё сохранявшего влияние родного языка. — Прошу, проходите внутрь.
— Как наш клиент? — спросил Павел у Деяна.
Серб слегка замялся, но потом ответил:
— В целом нормально, но ты сейчас сам всё увидишь.
По лицу Павла было видно, что он понимает, о чём говорит Деян, который, судя по всему, был здесь назначен старшим лейтенантом за главного. И было точно понятно, что то, что они увидят, капитану совсем не понравится.
Войдя в дом, они прошли в комнату, которая когда-то служила хозяевам рабочим кабинетом и была заставлена шкафами с книгами и папками-регистраторами, рабочим столом с выключенным компьютером, кожаным креслом и небольшим кожаным же диваном у стены.
Под ногами звякнули, перекатываясь по полу с характерным звуком, пустые бутылки, а в нос ударил запах алкогольного перегара и немытого тела.
— Это что? — брезгливо спросил Алексей.
Перед ними на грязном диване среди пустых и не очень бутылок лежало, как бы это помягче сказать, тело, более всего иллюстрирующее, к чему приводит безудержный алкоголизм.
Тело открыло глаза на небритом минимум неделю лице и посмотрело на вошедших в комнату людей. Ну как открыло, скорее, попыталось размокнуть веки, а когда не получилось, то просто запрокинуло голову, которая тут же мячиком на верёвке упала обратно на грудь.
Вторая попытка взглянуть на пришедших была более удачная. Оно пыталось что-то мычать, пока, наконец, очередная попытка удержать голову в вертикальном положении не увенчалась успехом.
— Аааа!!! Что это за тварь?!! — пьяным голосом, еле произнося слова, заорал человек, указывая дрожащим указательным пальцем куда-то за их спину.
Влад и остальные невольно обернулись. Только капитан смотрел прямо на то, что должно было бы носить гордое имя человека, и ради которого они сюда приехали.
— Можешь п-пояснить, что здесь п-происходит? — не глядя на Павла спросил у него Алексей.
Влад давно приметил, что когда капитан чем-то или кем-то недоволен, то начинает обращаться к человеку, глядя куда-то в сторону, но при этом тот, к кому обращались, прекрасно понимал, что речь идёт именно о нём.
 
Старлей прошёл вперёд, отодвинув Влада, и вырвал из рук человека полупустую бутылку вискаря. Напиток выплеснулся и растёкся пятнами по и без того не первой свежести рубашке клиента. Человек пытался подняться с дивана, но у него ничего не получалось. В итоге, он просто сполз на пол, не переставая пялиться куда-то за спины людей и страшно пучить глаза.
Налицо было сильнейшее отравление алкоголем, в народе обычно называемое запоем. Причём таким жёстким запоем, который не каждая печень выдержит.
— Короче, народ, это тот, кто нам нужен. Ставицкий Александр Николаевич, учёный, физик, ядерщик и т. д. и т. п. Поможет нам запустить прототип генератора, рабочая модель которого была уничтожена в Сарове.
Павел уже сам попытался поднять учёного хотя бы на уровень дивана, так как на ногах это создание стоять точно не смогло бы, но у него ничего не получилось. Тело безвольно плюхнулось на пол среди пустых бутылок и стало шарить рукой в поисках недопитой бутылки.
— Я настойчиво рекомендую тебе, — сквозь зубы произнёс капитан, — объяснить, что здесь, мать твою, п-происходит, и п-почему охраняемый объект в таком, @@@@, состоянии?!
— Если коротко, то у него квартира в Троицке была, — начал издалека объяснять старлей. — Прямо недалеко от эпицентра. Я там был соспасателями — жуть полнейшая. Проскочила одна боеголовка, к сожалению. Так он тогда всего на сутки по чистой случайности задержался в Москве — день рождения отмечал у знакомых. Не свой. Поутру случилось похмелье, на следующий день сказался больным и взял больничный, после чего остался всё у тех же знакомых.
— У него что, семья в Троицке погибла? — уточнил Влад, пытаясь понять причину столько плачевного состояния человека.
— У него — нет, — ответил старший лейтенант, мельком глянув на Деяна. — Не женат, детей не имеет.
— А п-после обеда случился взрыв, — вставил Алексей. — Это мы знаем. П-паша, я спрашиваю, почему он, бл@ть, в таком состоянии?!
— Ага. Случился, — согласился Павел. — Видимо, он не может пережить тот факт, что ему повезло. Чердак и протёк. В общем, он с тех пор жёстко бухает. Совсем жёстко.
— И ты этому потворствуешь?! — разозлился капитан.
— Товарищ капитан! Ты бы так не заводился! Я, если что, не посмотрю, что у тебя на одну звёздочку больше. В данном случае, у меня просто не было выбора. Я не специалист по работе с алкашами, психологии не обучен, — продолжал Павел. — Когда он пьёт, он хотя бы под контролем. И вообще он уже был в таком состоянии, когда я его нашёл. Я пытался до него достучаться, но его конкретно так переклинило. Мы отбирали алкоголь, но у него начинается неадекватное поведение, становится неуправляем, вплоть до попытки суиц@да. Тем боле, у нас уже есть один такой пример.
Капитан хотел было высказаться ещё как-то покрепче, но сдержался. Влад вспомнил про учёного, о котором рассказывал Алексей и который выпрыгнул из окна, когда, казалось бы, ситуация была полностью под контролем.
Алексей присел на корточки, чтобы попытаться заглянуть в опухшие и красные глаза человека, от которого зависел успех всей миссии.
— И что с этим делать?! Он же буквально синий!
Ставицкий, тем временем, перестал таращиться на гостей, уставился в пол и только тихо бубнил себе что-то под нос.
— Что он там несёт? — спросил Влад.
Павел прислушался.
— Что-то вроде «всё не так», «должно быть не так», хр@н разберёшь, если честно. Может «цыганскую» пытается петь. «Всё не так, ребята!» От него сейчас можно ожидать, чего угодно.
— Или не ожидать ничего, — озабоченно произнёс капитан и вернулся в вертикальное положение.
Поудобней ухватившись за учёного, старлей всё-таки рывком посадил его на диван. Раздался треск рвущейся ткани. Ставицкий сидел, опустив голову и пуская слюни.
— К тому же, если бы я ему запретил, у него бы сердце могло остановиться, и что тогда? — продолжал оправдываться Павел.