"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)
И начинает плакать…
И тут же, продолжая этот рассказ, уже в наш разговор влезла, до этого хранившая молчание, врачиха.
— Химический ожог второй степени. Основные действия химикатов мы сняли, но вот негативные последствия, увы. Я, конечно, же к Светлане Николаевне обратилась, но даже с её связями и опытом в косметологии, мы на данный момент ничего сделать не можем. Помочь не в состоянии. Девочка находится в шоке. Постоянно плачет. А тут праздники… и в таком состоянии её домой в Москву не повезёшь. Опасно. Можно заразу занести. Хотя отец уже личный самолёт отправил в Комсомольск. Вот только я не могу дать разрешение на транспортировку больной. Боюсь.
Я же в душе кривлюсь. Девчонка пострадала из-за собственной безалаберности. Да и с химикатами играться, — качаю головой — ну, и занятия себе дети нашли, а взрослые небось ещё и поощряли такие игры в учителей.
— И что вы конкретно хотите от меня? — задаю я вопрос, хотя уже и сам знаю ответ на него.
— Мы, когда сюда шли, эту девочку видели. Она сама к тебе подходила. Это же и есть та Лена? — издалека начинает главврач.
— И что? — улыбаюсь я.
Ленка подбегала узнать, куда это я в такой компании собрался. Причём врачиху она явно узнала. И тут же, проказница, быстро доложив, как у них идёт подготовка к празднику, на мгновение повисла у меня на шее. Чмокнула в щёку, ретировалась, победно напоследок глянув на Светлану. Вот же, женщины, чувствуют своих потенциальных конкуренток.
— Ведь у неё состояние при выписке было не лучше. Но ты всё смог восстановить.
Хмыкаю в ответ.
— Вы дамы, кое-что упускаете. Я процедуры эти проводил… не отказываюсь от этого. Но где? В джакузи. В воде. К этому времени на девочке почти не было открытых ран. А вода среда такая… можно легко занести в рану какую-нибудь заразу. И лечение будет, ещё хуже самой болячки.
— Но ведь Диме ты помог, без всякого джакузи⁇ — говорит Сергеевна.
— И сколько я потом у вас в гостях на больничной койке отлёживался? А? вспомнили? А сейчас Новый Год и встречать его в больничной палате, в качестве пациента, мне меньше всего хочется.
— Но ведь вы можете помочь… — всхлипывает мама этой пострадавшей девочки.
— Не факт. — качаю я головой. — Мне искренни жаль, и я очень сочувствую вашему горю, но вряд ли смогу чем-то вам помочь. Да, и есть кое-какие проблемы… — перевожу взгляд на алеющую красным личиком Светлану.
Да и Марина тоже покраснела. С чего бы это?
Но мама девочки и не думает отступать.
— Но вы же можете посмотреть мою дочь и уже в больнице решить, а в состоянии вы ей помочь или нет.
Ох! Как же не хочется в это дело влезть. Чувствую, добром это для меня самого не кончится.
А плачущая женщина делает последнюю попытку…
— Ведь Новый Год. Ведь каждый в этот день может надеяться на волшебство, на чудо…
И рыдания…
Бля…! Отвожу взгляд в сторону. Сволочью себя чувствую.
И тут неожиданно подаёт голос Светлана.
— Давайте сделаем так. Марина… ты сейчас забираешь Татьяну Алексеевну, и вы езжайте в больницу… к Наташе. А мы с Андрей Андреевичем попозже туда же подъедем. Нам с ним, есть что обсудить.
Я кидаю мельком взгляд на владелицу салона красоты.
Обсудить, говоришь⁇ Да уж, чувствует уже мой младшенький, какой вопрос ты хочешь затронуть. Надеюсь, что, как и в прошлый раз, трогать будешь в основном языком и губами.
Ну, что сказать, от женщины мужчине самый лучший подарок — это подарок, сделанный своими губами! Может всё же руками⁇ Можно, конечно, и руками… но губами лучше!!!
На губах Марины ехидная ухмылка. Она, что… сама хотела так меня простимулировать⁇ Изумляюсь я от своих догадок. Вполне возможно. Походу, маманя пострадавшей девочки непростая мадам. Да и что-то про отправленный в Комсомольск личный самолёт, тут недавно прозвучало.
Однако…
А ведь послушались.
Встали… и так молча потопали в сторону входной двери. Светлана пошла их проводить. Ну, не мне же из себя строить радушного хозяина. Ноги ведь реально болят.
С замком разобрались.
И вот уже на выходе мадам-мама повернулась ко мне лицом…
— Я очень надеюсь, что вы, Андрей Андреевич, примете единственно правильное решение. Всем в Новый Год нужно счастье. Все хотят верить в любовь и чудо. А мне только и остаётся, что только в них уповать и верить.
Хлоп. Двери закрываются.
Эт… чёт я не понял. У этого кресла карма такая? Когда я в нём сижу, то присутствующим дамам обязательно мне на колени садиться надо?
Вот и сейчас… Светлана попросту плюхается, своей накаченной на тренажёрах, плотной как орех задницей мне на колени. Левой рукой обхватывает за шею и молча, вообще ничего не обсуждая присасывается к моим губам своим ртом, в долгом чувственном поцелуе.
Руки мои сами по себе словно живут. Вроде бы и не хотел поддаваться этой провокации, а правая рука уже мнёт упругую задницу восхитительной женщины, а левая блуждает по волшебным верхним полушариям.
Чмок…
О, теперь бы отдышаться.
— Прости. — шепчут мне на ухо… — Как накатило тогда. Ты не смог вечером приехать, а до утра я себя сильно накрутила моралью. А потом столько времени страдала, вспоминая твоего красавца. И всё, это время, как монашка себя вела. А теперь, тебя увидела и чувствую, голову теряю. Но ладно, чего тут о нас… потом всё это обсудим. Поговорим о наших, так и не начавшиеся, к моему большому сожалению, отношениях. Эта Татьяна, жена очень влиятельного человека в Москве. Он вхож и в правительство, и в общество банкиров. Во многих сферах деятельности бизнеса в России, есть его интересы. Занимается инвестированием.
— А тут чего его дети и жена забыли? Комсомольск далеко не Куршавель. — хмыкаю я.
И нежно при этом продолжаю жамкать Светлану за её восхительные попу и налившуюся желанием, грудь. Соски у неё очень возбуждены, и даже под плотным бюстгалтером прощупываются очень даже хорошо.
— Он родом из этих мест. Проживал в Де-Кастри. Там и сейчас его родственники проживают. Он из староверов. Истинный. Даже сейчас их догмами живёт. Одно время деньгами общества распоряжался, многократно их приумножив. В вопросе финансов у него раскрытый не дюжий талант. В общем, с точки зрения финансов, он очень состоятельный человек. Но немного узнав тебя, я бы просила, на твоём месте, от него не деньги, а услугу в будущем. Любую услугу. Он человек слова, да ещё и очень набожный. Поклянётся богом, что не обманет, и не обманет в любом случае. В разумных пределах, конечно, должна быть просьба, не выходящая за рамки дозволенного. Он очень полезный человек.
— Предлагаешь посмотреть всё-таки девочку? — спрашиваю я.
Чмок меня в губы…
— Я бы, конечно, и так просто у тебя осталась бы на сегодня. Извелась вся. Измучилась. А тут благое дело сделать, сам бог велел. И пускай, что с грехом… так не нагрешишь, не покаешься. А не покаешься, богу не угодна буду. — улыбается, а сама словно вжимается в меня.
— Благое дело, это хорошо. Но я, вначале, на пациентку взглянуть должен, а потом уже принимать решение. — говорю я — Так что, давай вставай и поехали. А то время теряем, а у нас его не очень-то и много. А потому, заряжать меня любовью будем потом, если эта зарядка нам понадобится.
С трудом говорю я такие слова. А всё потому, что уже ко всему готов, как и мой младшенький братец в штанах. Во как своей попой по нему елозит эта возрастная красавица. Хотя, мне прошлому, такая зазноба была бы мне в самый раз.
Опять одеваться. Опять на костылях через весь интернат, до выхода из здания идти. Можно было, конечно, и чёрным ходом воспользоваться, тем более от его дверей у меня ключ есть. Но вести через него и Светлану, я что-то не решился.
А вот и знакомый джипец. Помню… помню, как в нём я прекрасно время проводил, в обществе этой вот соблазнительницы.
Которая потом меня и кинула, кстати. А кто говорит, что и так в этот раз не случится? Так, что вначале берём всё от жизни, а потом про помощь думать будет. Но в сперва и, правда, глянем, что там с девочкой случилось…