"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)

Известие это привёз в Петербург майор Соколовский 25 декабря.
— Ваше императорское Величество, в плен сдалось четырнадцать с половиной тысяч человек гарнизона, и это, не считая двух с лишним тысяч раненых, что оставлены пока в госпиталях в городе. Из этих четырнадцати с лихвой тысяч около шести тысяч составило ополчение из турок и армян в основном, которое генералом Муравьёвым было распущено по домам. Восемь тысяч объявлено военнопленными. Особенно просил заметить Николай Николаевич, что им взяты в плен турецкий и английский главнокомандующие, двенадцать пашей и шестьсот семьдесят офицеров. В Карсе нами взято сто тридцать шесть орудий, двадцать семь тысяч ружей и большие запасы снарядов и пороха, из этого числа сто орудий крупного калибра было вывезено в Тифлис для укрепления обороны. Турки сложили к ногам генерала Муравьёва также двенадцать больших знамён, а всего — более шестидесяти.
— Замечательные вести ты майор принёс. А где же корпус Омера-паши, что он не пошёл к Карсу нам известно, Сухум захватил, а сейчас-то где? — Николай ходом войны на Кавказе был кране недоволен. Даже с турками не может армия справиться. И опять ведь дело в плохих ружьях и ещё более плохих пушках. Всё, как ему князь Болоховский и говорил.
— 6 ноября турки силами в двадцать тысяч человек регулярных войск, при поддержке восьми тысяч башибузуков и сорока орудий, пользуясь превосходством своих сил, атаковали расположенный на реке Ингури отряд князя Ивана Константиновича Багратиона-Мухранского. У него почти в два раза войск меньше было — около восемнадцати тысяч человек инфантерии и кавалерии при двадцати восьми полковых малых орудиях. Отряд князя, потеряв около пятисот человек ранеными и убитыми, должен был отступить за реку Цхенисцкали, где и остановился, ожидая подкрепления.
— Это тоже нам известно. Уже был гонец. Есть ли более поздние сведения у тебя Денис Петрович, — Николай сидел за столом и перед ним была большая карта Кавказа с пометками.
— Так точно, Ваше императорское величество, есть новые сведения. 9 ноября главные силы Омер-паши сосредоточились в Зугдиди. После чего авангард его войск 18 ноября прибыл на реку Техури, и там же с ним соединились главные силы турок. Общая численность их войска в это время достигала сорок тысяч человек.
— И об этом докладывали.
— А дальше и не было ничего, Ваше императорское Величество. 4 декабря корпус Омер-паши приступил к переправе через реку Техури, чтобы нанести удар по отряду князя Багратион-Мухранского, стоявшему на реке Цхенисцкали в районе села Абаша. Но проливные дожди, разлив рек, невозможность переправы, как докладывали перебежчики из местных горцев, а главное — отсутствие продовольствия, послужили причиной выжидания в течение четырёх дней. А потом Омер-паша получил известие о взятии Карса и, оставив большую часть Абхазии и Мегрелии, кроме черноморского побережья, отступил к Сухум-Кале. По данным наших осведомителей в его войске к Сухуму направляется флот, который должен отвезти корпус в Трапезунд.
— Слышишь Сашка, — повернулся Николай к Цесаревичу, что стоял у стены перед большой картой Российской империи, — в Карсе мороз помог, а в Сухуме дождь. Вроде, как и уходят турки, и Карс наш, а ощущение, что случайно победы сии нам достались. Не выучка солдат, не храбрость и умение офицеров, не более совершенное, чем у турок оружие, а мороз, дождь и холера победу нам принесли. Пора армией всерьёз заняться. Ой, как пора.
  
Эпилог
 
Спустя три месяца
В огромной гостиной в доме сера Чарльза Вуда собрались четверо человек, которые решали сейчас судьбу Объединённого королевства. Хозяин — баронет Чарльз Вуд в настоящее время занимал должность в правительстве, которую никто не хотел на себя примерить. Королеву даже подключили, и она уговорила сэра Вуда, предложив ему титул виконта Галифакса и прирезав в этом графстве ему приличное количество земли. Сейчас Первый лорд Адмиралтейства (First Lord of the Admiralty) ну, или министр военно-морских сил Великобритании сидел в одном из четырёх кресел и косился на служанку, что расставляла на небольшой столик закуски со странным чувством, она мешалась, и в то же время он не хотел, чтобы она уходила, так как сразу после этого и начнётся тот неприятный разговор, ради которого они собрались.
  
Напротив хозяина в точно таком же викторианском кресле, обтянутом золотой с узорами шёлковой тканью, проглотив аршин, восседал Генри Пелхам-Клинтон, 5-й герцог Ньюкасл. Прошлой весной должность, которую он занимал ранее, разделили на две и теперь он просто Военный министр Великобритании или государственный секретарь по делам войны (Secretary of State for War), теперь министр Колоний — другой человек и его здесь нет. Не до него. Вопрос, что им предстояло решить, колоний пока не касался. (До 1854 года должность называлась Министр по военным и колониальным делам Великобритании или государственный секретарь по военным и колониальным делам (Secretary of State for War and the Colonies)).
Слева от хозяина, наоборот, развалился в кресле, откинувшись на спинку, граф Кларендон, он же Джордж Уильям Фредерик Вильерс, 4-й граф Кларендон (George William Frederick Villiers, 4th Earl of Clarendon). С прошлого года лорд Кларендон исполнял обязанности (Secretary of State for Foreig), или был министром иностранных дел Великобритании.
Ну и главное действующее лицо этого собрания уместилось на краешке кресла справа от хозяина, а так как стол всё же был прямоугольным, то можно сказать, что восседал во главе стола. Этим человеком был уже знакомый нам Генри Джон Темпл, 3-й виконт Палмерстон (Henry Temple, 3rd Viscount of Palmerston), недавно отметивший семидесятилетие премьер-министр Великобритании.
— Я бы хотел, джентльмены, чтобы вы услышали предложение, что через посланника Швеции в России Густава аф Нордина, в ответ на наше предложение о мире, выдвинул император Николай, — лорд Пальмерстон взял фужер с тёмным вином и пригубил его, горло пересохло.
— Надеюсь, это не безоговорочная капитуляция? — государственный секретарь по военным вопросам сэр Генри Пелхам-Клинтон запустил пятерню в роскошную купеческую бороду, которую гордо носил вопреки всеобщей моде на бакенбарды.
— Как сказать. Может и хуже. Но не буду тут интригу разводить. Предложение московитов такое. Мы, как Николай хитро выразился, должны перейти на сторону добра. Великобритания должна объявить войну Франции и Турции.
— Нда! — чуть не присвистнул хозяин дома.
— К сожалению не всё. Великобритании не будет хода дальше Сингапура. И Сингапур будет в совместном управлении Российской империи и Великобритании.
— Значит, война с Китаем велась зря и все доходы от торговли с цинцами останутся без нас. На это идти нельзя, — сэр Генри Пелхам-Клинтон дёрнул себя за бороду, пытаясь её оторвать. Не вышло с первого раза, и он схватил рукой неудачницей фужер с кровавым вином.
— Нет, торговать московиты не мешают, наверное, я не точно выразился. Наших военных кораблей там не должно быть, — премьер-министр скривился в кислой улыбке.
— Так ли всё плохо у нас, джентльмены, что мы вынуждены принимать… да, даже просто обсуждать эту ерунду, этот бред дикого варвара, — спросил хозяин дома, продолжая маленькими глотками потягивать сухое красное вино.
— А вот и расскажите нам лорд Вуд. У нас есть военные корабли в Тихом океане? — лорд Пальмерстон повернулся к первому лорду Адмиралтейства.
— Нет. Но Великобритания за год строит больше кораблей, чем есть у России всего.
— Как нам помогает это сейчас? Разгромили эскадру в Ванкувере и сожгли город. Потопили и частично захватили эскадру у Петропавловска, потопили и частично присвоили эскадру в Шанхае, потом полностью захватили эскадру в Гонконге, потом в Сингапуре. Отправили на дно эскадру, посланную за золотом в Австралию, потопили пять кораблей у Калькутты. Уничтожены или захвачены все корабли в Белом море. Сожжен порт Лондона и там потоплено два только спущенных на воду винтовых фрегата, взорвана верфь с двумя почти построенными корветами. И крымская катастрофа. Да, русские не могут вызывать бурю, но их поговорку, что если бог за них, то кто против? я начинаю бояться. Мороз и холера в Карсе, месяц дождей в Сухуме, буря в Черном море. Буря в индийском океане. Если к этому добавить генерала Мороза, что погубил полумиллионную армию Наполеона и зимние холода, сгубившие армию Карла XII, то, знаете ли, выстраивается цепочка такая. Не хочется стать её очередным звеном. И ответ на ваш вопрос, — Пальмерстон повернулся к первому лорду Адмиралтейства. Русские захватывают в год больше кораблей, чем мы строим. Мы строим их для русских.