"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)

— Джунгария? Там нет моря! — Чехов оказался географом. Брови свёл. На страшные ранее не виданные корабли, окутанные чёрным дымом, смотрел, на джунгарцев, на них прибывших, и совместить это с тем, что он знал про Джунгарию не мог.
— Великие укры выкопали, — ну, это Сашка мысленно произнёс.
— Мы купили земли в Америке и купили пароходы у гвайло (Так называют белых европейцев. «Гвай» означает «привидение», а «ло» — «человек»). — такую версию выдал.
— Америка? — Чехов ткнул пальцем в сторону китобоя.
— Америка. Они жадные, готовы даже верёвку продать, на которой их потом повесят. Опасайтесь их. Этих нужно убить. А то они расскажут у себя про вашу страну и сюда приплывут сотни таких кораблей и начнут убивать ваших людей. Это как мыши, если их не убить или лучше отравить сразу, то они размножатся и съедят весь урожай. Всё съедят. У них там рабство. Они захватывают людей по всему миру и заставляют выращивать хлопок и сахарный тростник, и всё время их избивают, и не кормят. А когда эти умрут, то плывут в Африку и набирают других. А ещё на Гавайях они уже убили почти всех жителей и теперь завозят туда жителей империи Цинь, и делают рабами. Ну, про опиум, и что они сделали в Гонконге и Шанхае вы знаете должно быть⁈
По мере того, как профессор Сашкины пугалки переводил, удивление на лице главного переговорщика сменялось недоверием, узнаванием и ожесточением.
— Отравить? — Уже забыл Чехов про непонятки с морем в Джунгарии.
— Как крыс или мышей. Нет, если не можете, то мы просто можем их убить. Главное, не дать им добраться до своих мест, а то они расскажут, что здесь живёт много трудолюбивых людей, и все работорговцы с этой варварской Америки хлынут сюда. А чтобы вам от них защищаться нужно оружие, которое стреляет свинцовыми пулями. И разрешите дорогой друг подарить вам лучшие пистолеты. Я сам отобрал их у убитого мною американского генерала, — На самом деле пистолеты Сашка изъял у лейтенанта Гриппенберга (Carl Gustaf Casimir Gripenberg) — как бы завхоза на «Востоке». Пистолеты были дорогущие с накладками из слоновой кости и серебра и все узорами всякими покрытые. Лепаж, одно слово. Казимир Казимирович оказался тем ещё жмотом, пришлось пообещать князю Болоховскому купить по возвращению две пары самых дорогих изделий Лепажа, которые найдёт в Петербурге, и тут же написать представление на капитан-лейтенанта. Сам звания понятно раздавать не мог, но по возвращению обещал сразу у Государя утвердить. Только после этого швед трясущимися от жадности руками коробку из красного дерева с дуэльной парой передал контр-адмиралу.
Чиновник коробку открыл и впечатлился. Ну, дальше было проще. Тем более, что три сотни Браун Бессов, также в подарок вручённых, смотрелись впечатляюще.
Событие пятидесятое 
Лучшая стратегия состоит в том, чтобы всегда быть возможно более сильным; это значит прежде всего — быть вообще сильным, а затем — и на решающем пункте. 
Карл Филипп Готтлиб фон Клаузевиц 
Бурул осмотрел конюшню, прошёлся между двух рядов стойл, потрепал по мордам лошадок и довольный вышел назад под жаркие лучи стоящего в зените Солнца. Экое богатство опять привалило. Они только что закончили зачистку Форта-Хок от кавалерийского эскадрона. Сто тридцать семь голых трупов направляются сейчас по Американ-ривер в сторону Сан-Франциско. Чтобы берег у себя не гробить, отвозили на большой лодке целый день, ну, почти целый, до обеда вот, и сбрасывали подольше от берега. Через пару дней всплывут ведь и течение их унесёт.
Вообще, два полка янки — это много. Это больше двух тысяч человек, и всех надо утопить в этой речке. Вот там раки на такой питательной диете размножатся. Это был уже третий… а как их считать? Сначала была рота, потом два взвода, а теперь вот эскадрон. Пусть будет, третий, уничтоженный ими отряд. Проще всего получилось в форте-Саттера. Туда ночью забрались все три десятка калмыков, предварительно сняв часовых, и просто вырезали всех сонными. Там и были те два взвода. Пятьдесят семь человек… Пятьдесят семь врагов. Часовых индейцы во главе в Лёшкой из луков перестреляли. Стоят янки на вышке, облокотившись о перила, и лясы точат, что на одной вышке, что на второй. Кто им устав караульной службы писал? А есть ли он у них? Ничего, как говорит Александр Сергеевич, незнание Устава от подметания плаца не освобождает.
  
С этих двух взводов и самую знатную добычу получили, у всех кроме пяти офицеров были винтовки Шарпса. Теперь у каждого калмыка в Форте-Росс есть американская винтовка. А немецкие винтовки Дрейзе передали мексиканцам, морякам и индейцам. Вся сотня теперь вооружена скорострельным дальнобойным оружием с казённым заряжанием.
Именно потому с уничтожением эскадрона, во второй раз захватившего Форт-Хок, разделались, во-первых, без потерь, если двух раненых не считать, но раны не смертельные двум индейцам пули в ноги попали. А сто раз им говорили, лежите и не высовывайтесь. Нет, нужно обязательно вскочить и вперёд бежать. Зачем? Пуле ей всё равно сто метров лететь или сто десять. Ничего, с каждой такой победой опыта и индейцы будут набираться, и приданные моряки, и даже мексиканцы, хоть это и маловероятно. Понятно почему они войну американцам проиграли, нет дисциплины у них в войсках, и ничему их жизнь не учит. Вспыльчивые, заносчивые и слабо обучаемые. А ещё неграмотные. Читать один из десяти умеет. Не войско, а не связанные между собой банды. Тут нужно совсем плохими вояками быть, чтобы их не победить. А янки вполне себе вояки, вот у этих и оружие хорошее, и командиры грамотные и умные, чуть дисциплины и опыта не хватает.
Здесь на Форте-Хок Аюк предложил ничего нового не придумывать и воспользоваться их прошлым планом, благо он сработал. Эти американцы с тем эскадроном никак не связаны, это другой полк, да и рассказать о той ловушке просто некому, все давно в реке. Плюсом их теперь не двадцать два человека, как в первый раз, а сто два. И внизу можно больше народу разместить и при этом все с винтовками Шарпса или Дрейзе, и там, где Аюк прятался за камнем, чуть камни переместив, можно организовать места для пяти снайперов. Так и сделали. И ещё пять человек Бурул взял с собой и с ночи спрятался за теми воротами, которые в сторону Сакраменто. Места там не много. Привезли сено для коров, но у телеги сломалась ось и весь воз опрокинулся, по крайней мере такой вывод напрашивался, по какой другой причине перед воротами стог сена вырос? Там так и лежит, никто собирать не стал. За ним и схоронились. И как оказалось, совсем не зря. Практически сразу, как загремели выстрелы с противоположной стороны, и горнист стал играть тревогу, ворота открылись и из них хотели три кавалериста выехать, видимо в форт-Саттера за подмогой, не зная, что его ночью посетили уже калмыки.
Пристрелили этих троих. Получилось громко, выдали себя, и к воротам прибежало человек десять. Командир у них сразу догадался, где может быть засада, и они открыли огонь по свалившемуся стогу. Ну, да Бурул не дурак же, он сразу людей поднял, и они подбежали вплотную к забору, с обеих сторон от ворот обосновавшись. Этот десяток, ворота распахнув, выбежал и залп сделал по стогу. Ну, а теперь что? А теперь у Бурула и его людей есть как минимум десять секунд, чтобы перестрелять безоружных янки. Благо они в пяти метрах и револьверы вполне для этого сгодятся.
После этого вся пятёрка калмыков вбежала на территорию форта и рассредоточилась вдоль кормушек для коров, что здесь построены. Ещё раз на них нестройной толпой набежало около десятка кавалеристов спешенных. Итог предсказуем. Ну, а после этого американцы кончились. Правда, при обыске нашли потом ещё тринадцать человек, которые прятались по всяким конюшням и коровникам. Один даже пытался из револьвера отстреливаться, прячась за досками ограждения стойла. Наивный, пуля от винтовки Шарпса с такого расстояния дюймовую доску прошивает даже не заметив. Два залпа и заходи, вытаскивай этого умника.