"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)
— Интересная вещь, — дипломатично заметила Люция.
— Лучшая! — гордо поправил Тяп-Ляпик, — не обращайте внимание на громоздкие размеры! Я использовал особое дерево. Нанятые мной авантюристы вырезали священную рощу фей. Ветка, из которой сделан арбалет, срублена со ствола благословенного дуба — хозяина леса! Отчего рукоять не только прочная, как сталь, но и необычайно легкая. Даже ребенок играючи справится с этой махиной. Механизм двухзарядный и, более того, тут впервые внедрена и опробована новейшая система повышенной скорострельности имени Тяп-Ляпика. Голову даю на отсечение, что опытный стрелок при должной сноровке успеет сделать аж четыре выстрела до того, как противник успеет просто обнажить оружие. Плюс дополнительный магический урон и дальнобойность. С таким оружием великие герои убивают драконов и создают империи! И, знаете что, именно такие шедевры, как моя работа, и делают из рядовых неудачников великих героев!
Тяп-Ляпик гордо улыбнулся.
— Мой шедевр — ваш, всего за пять тысяч золотых и пятьсот волшебных кристаллов! — сообщил он.
Почему-то ни я, ни Люция даже не удивились. Мы просто отвернулись от «шедевра». Жупель, видимо, уже давно знакомый с местными ценами, злобно произнес:
— Возможно, если бы ты изобрел губозакатывальную машину и применил её на себе самом, то товар бы лучше брали, что в итоге увеличило выручку.
Тяп-Ляпик и глазом не моргнул.
— Труд должен оплачиваться достойно! — объявил профессор, — мне уже предлагали три года назад за сей арбалет тысячу целковых, но я отказался. Как же мои расходы? Авантюристов за священным деревом — найми! Мифрил для деталей у гномов — укради! Заколдовать же вещь теперь и вовсе некому! Так что я лучше ещё лет десять подожду, а потом сразу и озолочусь! Нет в тебе торговой хватки, Жупель.
— Зато из тебя она так и прет, — проворчал контрабандист.
Профессор рассеяно хмыкнул.
— Готово! — объявил Тяп-Ляпик, протянув Жупелю его оружие.
Гоблин подозрительно взглянул свой арбалет.
— А как же это? — недоверчиво спросил гоблин, указав пальцем на пружинки и винты, разложенные на столе. Очевидно, что до починки запчасти находились внутри его оружия.
Профессор только отмахнулся.
— Это лишние детали! — ответил он.
Жупель скривился, но что возразить — не нашёл.
— Гони деньги за ремонт! — улыбнулся Тяп-Ляпик.
— А точно всё в порядке? — спросил контрабандист.
— Слово гоблина!
Жупель прыснул. Слово гоблина даже для гоблина ничего не стоило!
— Сколько? — спросил Жупель.
— Две золотые монеты выньте, да положите! — произнес Тяп-Ляпик.
Я заметил, что профессор, как бы между прочим, вытащил из кармана маленький костяной свисток. Очевидно, что споры в лавке по поводу местных цен вспыхивали регулярно, и, казалось сомнительным, что Тяп-Ляпик не застраховал собственную шкуру от возможных конфликтов. Я ничуть не сомневался, что стоит только профессору дунуть в свисток, как торговый зал мигом заполнится вооруженными слугами. Сначала гоблинами, а там уж и василиски с троллем подтянутся. Таким образом, возражать хитрозадому ученому — не только бесполезно, но и просто опасно. Более того, только сейчас я заметил, что некоторые арбалеты профессора, якобы выставленные на продажу, взведены и направлены в сторону покупателей, то есть нас. Присмотревшись внимательнее, я также подметил, что к спусковым крючкам самострелов привязаны тоненькие, едва-едва видимые нити. Значит, до прихода охраны в наши тела воткнутся ещё и арбалетные болты! Нехило, очень нехило. Возможно, профессору найдется и где спрятаться. Вдруг под прилавком у него целый укрепленный форт?!!
Моя вера в успех нашего плана упала до рекордно низкой отметки. Люция, конечно, сильна в волшебстве, а арбалет Жупеля исправен. Точнее, ВОЗМОЖНО, он исправен! Но победить и захватить профессора в лавке не смог бы, наверное, и архимаг. Увы, к простому грабежу Тяп-Ляпик оказался чересчур хорошо подготовлен. Люция могла усыпить гоблина, но для этого, девушке предстояло вскинуть руки и прочесть заклинание. За это время профессор десять раз успеет позвать охрану и активировать свои ловушки.
— Деньги — это хорошо, — заюлил Жупель, — а хорошие деньги — это, вообще, прекрасно. Думаю, мы можем сделать тебе деловое предложение!
Тяп-Ляпик нахмурился.
— Деловое предложение? — переспросил он, — это я люблю, но деловые предложения я выслушиваю только от деловых господ. А деловые господа, в моем понимании, прежде чем предлагать новые сделки, для начала расплачиваются по старым договоренностям. Разве не так?
Профессор характерно потер руки.
— Так что прежде, чем мы продолжим, — объявил Тяп-Ляпик, — попрошу два златых целковых на стол!
Профессор не перестал дружелюбно улыбаться, однако, поднес свисток ближе ко рту. В глазах гоблина зажглись угрожающие огоньки. Очевидно, ученый взял за правило — не давать покупателям заговаривать себе зубы.
Жупель, осознавая, что находится на волосок от смерти, недовольно заворчал, но протянул Тяп-Ляпику деньги. Профессор прикинул золото на вес, попробовал на зуб и, убедившись в подлинности, нежно, слово родных детей, убрал монеты в карман фартука.
— Что же, теперь я готов поговорить о новом деловом предложении, — заявил Тяп-Ляпик, — слушаю вас, господа!
Жупель сходу взял быка за рога.
— Я тут прослышал, — почесал подбородок контрабандист, — что твоим новым изобретениям не достает мощной волшбы и отменного яда.
Тяп-Ляпик грустно улыбнулся.
— Увы, смерть любимой жены до сих пор тяготит моё сердце, — жалостливо произнес Тяп-Ляпик и даже попытался выдать слезу, получилось, впрочем, у него плохо, — так что с магией действительно беда, но яд у меня всё ещё есть. За отдельную плату, конечно!
— Меня всегда восхищала твоя деловая хватка, — кивнул Жупель, — но, согласись, что запасы яда не бесконечны.
Тяп-Ляпик кивнул ещё грустнее, а по его щеке всё-таки пробежала широкая и чистая слеза младенца.
— Да, запасы медленно, но верно тают, — подтвердил гоблин.
Жупель широко улыбнулся.
— Именно поэтому я сразу вспомнил о тебе, когда встретил госпожу ведьму!
Контрабандист гордо указал на Люцию костлявым пальцем.
— Ведьму?! — ахнул профессор.
— Именно, — кивнул Жупель, — колдует, руками махает, и ругается, как настоящая ворожейка. Уши в трубочку заворачиваются. В алхимии тоже деваха прыткая, такое зелье один раз заварила, что от одного только запаха все окрестные василиски передохли.
Принцесса озадаченно прикусила губки, гадая, то ли оскорбиться на тираду Жупеля и надрать ему уши, то ли принять слова гоблина за комплимент.
— Вот и решил я вас свести, — закончил контрабандист, — конечно, за долю малую, как посреднику.
«Вернее уж своднику», — подумал я.
Уши Тяп-Ляпика странным образом задергались. Неожиданно профессор вынул из глаза монокль и начал лихорадочно протирать стекло об свой грязный фартук. Про свисток гоблин забыл напрочь.
— Госпожа, — обратился он, — вы можете варить зелья и делать яды?
Люция обворожительно улыбнулась профессору. Не стоило, думаю, объяснять, каким образом на мужчин действовала её улыбка.
— К сожалению, мои познания в алхимии не столь хороши, как толкует милейший господин Жупель…, - начала принцесса.
Контрабандист аж приосанился, видимо, не привык, чтобы его величали «господином», тем более — «милейшим».
— Увы, мне как-то не попадались хорошие книги с рецептами, — пояснила Люция, — но если у вас, господин Тяп-Ляпик, есть образец необходимого яда и подходящая лаборатория, то, я уверена, что мне удастся создать достойный дубликат необходимого зелья.
— Конечно-конечно, — подхватил профессор, — у моей жены сохранились какие-то записи. Сказать по правде, я много раз пытался разобраться в её каракулях, но эта стерва решила отравлять мне жизнь и после смерти. Писала каким-то особым магическим шрифтом! Я так и не смог ничего понять.
— У Вас были ссоры с женой? — спросила Люция.