"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)
Я кивнул, в древних книгах до сих пор сохранились описания о древнем турнире магов, проводившемся раз в год в столице Великого Королевства. И дворянам, и простолюдинам доставляло огромное удовольствие смотреть, как маги и чернокнижники пытались ухлопать друг друга на арене с помощью молний, огненных шаров, призывных демонов и т. д. Увы, с точки зрения Отцов Церкви турнир имел всего один, но зато какой недостаток! По результатам дуэлей, как минимум половина чернокнижников (то есть еретиков) оставалась в живых, что было ровно вдвое больше, чем нужно. Положение удалось исправить только с окончанием гражданской войны и объявлением магии вне закона. Учрежденная тогда Святая Инквизиция к очередному празднику организовала уже не магический турнир еретиков, а их массовое сожжение на кострах. Народу, впрочем, это тоже понравилось. На празднике тогда выступали с пламенными речами лучшие проповедники церкви, бесплатно раздававшие лучшее монастырское вино и призывающие пить за здоровье нового праведного короля и за победу дела Светлого Владыки во всем Эадоре.
До моего разума дошли мысли Люции. Упомянув о празднике, принцесса вдруг вспомнила свои книги и рассказы нянюшек. Те, видимо, искренне пытались внушить девушке ненависть ко всем колдунам, но при упоминании о мощных огненных шарах, испепелявших врагов, Люция не ужасалась и плакала, а представляла, как было бы здорового погреть таким заклинанием доспехи «любимого» старшего братца, с самого детства активно внушающего ей, как следует вести себя юной принцессе. Видимо, тогда-то у Люции и проснулся первый интерес к магии.
— Думаете, вор засунул в мешок какую-нибудь гадость? — спросил я.
— А какой смысл? — удивился Жупель.
Смысла и впрямь не было, как не было его и в том, чтобы красть, а затем выбрасывать. С другой стороны, оставлять мешок тоже не хотелось.
Поняв, что проверять придется мне, я подошел ближе и аккуратно открыл сумку. Ударивший в глаза яркий блеск поразил меня до глубины души.
— Кристаллы! — радостно завопила Люция.
Действительно, поверх полюбастиков лежали магические кристаллы. Их яркое фиолетовое сияние освещало весь овраг. Такой блеск мог говорить только об одном — камни заряжены, магическая сила в них только и ждала выхода. Я открыл от удивления рот, кристаллов было добрых три дюжины, а то и больше. Мой отряд светлых братьев, служивший в дружине Вороновья, получал по одному камешку раз в три дня, не больше! Таинственный вор сунул в грязный мешок целое состояние!!!
Люция пребывала в ещё большом восторге. Девушка ловко спрыгнула в овраг и даже не подошла, а подлетела к мешку, зачерпнув ладонями вожделенную силу.
«Кристаллы! — услышал я мысли принцессы, — заряженные! Красивенькие! Родненькие!».
Люция едва удержалась от слез умиления. Я сильно подозревал, что даже прекрасный принц в сверкающих золотых доспехах или невинное дитя не вызвали бы в сердце девушки таких возвышенных чувств. Она реагировала, ну, прямо как… ведьма!
— А товар? — спросил Жупель, — что с товаром?
Я быстро проверил. Всё на месте. Более того, помимо грибов и кристаллов, в мешке оказался странный скомканный листок. Я показал его Жупелю. Гоблин отрицательно замотал головой. Действительно, за чтением нелюдя застать трудно. Развернув бумагу, я, полностью сохраняя орфографию, прочёл:
— Крысталлы сгадяца! Диржите путь далше. Не возращайтесь в лагерь на тропа. Подохните пачем зря!
Подписи в записке не стояло.
— Что за ерунда? — воскликнул Жупель, — спереть сумку, подбросить в неё кристаллы и ещё доброго пути пожелать. Кто это такой, вообще?
— Может, Кхмыря, — предположил я, — вдруг решил помочь нам кристаллами и послал своего гоблина. Только к чему такой странный способ?
Жупель хмыкнул.
— Кхмыря за ломаный грош удавится. Как, впрочем, и стражники, что он с собой привел, когда Гадюшник захватили. Старый советник его не больно жаловал, а Тяп-Ляпик так вообще ненавидит. Не мог Кхмыря за такой короткий срок столько кристаллов скопить. Жалование им Белез не ахти какое платит.
— Тогда кто? — спросил я.
Жупель развел руками.
— Чудеса! — заметил гоблин.
Я ещё раз внимательно осмотрел овраг. Увы, таинственный вор (или уже благодетель) успел уйти с концами.
Люция, не теряя времени даром, принялась поспешно расфасовывать драгоценные кристаллы по складкам платья. Я подумал, что хорошо бы дать один и мне — требовалось исцелить ушибы Жупеля.
— Ах, да, — произнесла принцесса.
Люция рассеяно потеребила пальчиками, а затем, поколебавшись, бросила мне один кристалл, видимо, самый маленький. Насколько я знал, сила камня не зависела от размера, так что спорить смысла не было. Главное, что принцессе так легче смириться с потерей драгоценного сокровища.
Мы уже думали выбираться из оврага, как вдруг со стороны лагеря послышались какие-то голоса. Мне моментально вспомнилась вторая часть записки — вор запрещал нам возвращаться на дорогу!
— Кто это ещё? — удивился Жупель.
Голоса послышались ближе. Новая порция ночных гостей определенно двигалась в нашу сторону. Мы с Люцией затихли на дне оврага. Контрабандист, сидевший наверху, ухватился покрепче за арбалет, рассчитывая, как обычно, на испуг. Убежать, с такими сильными ушибами, он всё равно не мог.
— Кто здесь? — крикнул Жупель, понимая, что его в любом случае найдут.
— Это мы у тебя хотим спросить! — последовал ответ.
Незнакомцы уже целенаправленно двинулись в нашу сторону, продираясь сквозь еловый бурелом.
Люция вскинула руки, приготовившись колдовать, но я отрицательно замотал головой. Не для того удача подарила нам кристаллы, дабы мы сразу расстались с ними в случайной стычке. Девушка то ли услышала мою мысль, то ли сама поняла. Мы аккуратно присели на корточки, надеясь, что нас не заметят.
— Гоблин! — презрительно воскликнул один из голосов, — всего лишь паршивый гоблин.
Я поднял голову и посмотрел наверх, отчаянно пытаясь увидеть незнакомцев. Кто они? И, самое главное, сколько их? Мысль подняться и аккуратно выглянуть из оврага я отвергнул. Слишком опасно. Выдавать себя раньше времени абсолютно ни к чему.
— Кого я вижу! — радостно завопил Жупель, — трое доблестных бойцов славного Юджина, воинства обожаемого повелителя Белеза! Безумно рад, господа, чем вам может помочь презренный слуга короля Квасика?
Я улыбнулся и уважительно кивнул контрабандисту. Хитрозадый гоблин определенно умел подбирать слова. Значит, трое бойцов Юджина. Вряд ли это были волдуны, так напугавшие меня в Вороновье, иначе Жупель подобрал бы в своём льстивом крике другие фразы, связанные с «великой магической силой». Не так плохо, при условии, что мы, а вернее Люция, получила кристаллы. Правда, швыряться огненными шарами на дне оврага — дело опасное, но, насколько я помнил, в арсенале принцессы имелось ещё и заклинание молнии, коим она и прикончила моего князя.
— С кем ты тут разговаривал!? — требовательно спросил бандит.
— Разговаривал? — притворно улыбнулся гоблин, — это я пытаюсь докричаться до своего дурака брата!
Жупель театрально всхлипнул.
— Наказание он, а не родственник. Позор семьи. Держу при себе из жалости. Говорил ему, гаду, далеко не уходить, так нет же, куда-то смылся. Ищи теперь….
— А ты что здесь делаешь?
— Лягушек на ужин ловлю, — охотно соврал Жупель, — неохота на пустой желудок спать ложиться. Здесь их много, даже на варку кваказябки запастись можно. Присоединяйтесь, на всех хватит.
Мне едва не стало дурно. Так вот, значит, почему кваказябка так называлась!
Разбойник презрительно сплюнул.
— Так это ваш с братом лагерь вблизи тропы? — спросил он.
Жупель охотно кивнул. По счастью, бандиты не умели складывать большие числа, иначе они бы обратили внимание, что лежанок в лагере не две, а три!
— Так чем Джузеппе обязан столько радостному ночному визиту? — спросил контрабандист, — неужели славные бойцы уже вернулись из Вороновья, дабы защищать наш мир и покой?