"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)
— Отец Фидий? — поинтересовался гость. — Ты как? Не оставил тебя дар пророка?
— Кто ты? — хрипло спросил монах. — Подожди… Не может быть! Ты же Родрис, первосвященник Владыки Дегеррая!
— Бывший священник, — поморщился человек в камзоле. — И, возможно, будущий. Сейчас мой Владыка временно отсутствует.
— Он оставил вас, — старец грустно улыбнулся. — Я слышал о том, как ты заперся в своих покоях и четыре месяца соблюдал пост и молился. Доходили слухи и о том, что после этого ты сбежал, прихватив священный кристалл… Но что делаешь ты, слуга Дегеррая, в монастыре Светлого Владыки?
Родрис помолчал, затем ответил:
— Ищу знаний. Раньше наш бог говорил с нами напрямую, а сейчас я получаю только какие-то знаки, обрывки, образы, все смутное и неясное. Вам, священникам Светлого Владыки, разбирать подобное не впервой, и я хочу узнать как можно больше.
Старец заворочался на тюфяке. Был он худ и долговяз, с истощенным лицом, какое многие считают первым признаком святости.
— Кровавый век настает, и светит в небе алая звезда вражеская, — нараспев сказал он. — Родилась и степи гидра, и пожрет она мир, а затем, не насытившись, примется есть самое себя. И тот, кто уснул, на самом деле и не спит, тот, кто превозмог в себе человека. И чтобы разбудить его, придется пожертвовать тем, что дороже всего, тем, что дороже, чем сердце. И проснется тот, кто спит и не спит, и превзойдет того, кто не отсюда. Это будет — или же этого не случится.
— Спасибо, — сдержанно сказал Родрис. — Попробую в этом разобраться.
Он поклонился старцу и пошел к выходу.
— Стой! — позвал его монах. — Там, наверху… Есть кто-нибудь живой?
— Все мертвы, — ответил гость.
Дикое безумие охватывает наш мир, — прошептал почти неслышно старик. — Пророки слушают демонов и смущают простой люд, воины сходят с ума, а священники и жрецы отворачиваются от своих богов…
Он долго еще говорил, но Родрис, для которого и этих словах не было ничего интересного, развернулся и пошел обратно. Миновав темный коридор, он выбрался в часовню, задвинул алтарь на место и тут задумался — кто же кормит укрывшегося в подземелье старика? Но мысль тут же исчезла, когда он увидел, что осел стоит у стены и, сдвинув мордой рваную дерюжину, хрустит обнаружившейся под ней морковью, свежей и сочной.
Родрису удалось спасти всего две штуки. Одну он съел сам, а вторую привязал к палке, которую, в свою очередь, приторочил к поклаже осла так, чтобы морковка висела перед его глазами.
— Теперь у нас обоих есть цель, — сказал он бодро шагавшему животному.
Айра
Небольшие государства редко подолгу остаются независимыми, и обычный их удел — быть провинцией то одной империи, то другой, лишь ненадолго обретая свободу и право на собственное имя.
С Дорасом все обстояло иначе.
Все решало удачное расположение страны между морем и горным кряжем, а единственный длинный и узкий перешеек между озером и морем, через который могли прийти завоеватели, легко было защищать. Недостатка в попытках завоевания не было, но ни одна из них не закончилась для захватчиков удачно.
В Дорасе добывали драгоценные камни и магические кристаллы, нужные для магов и шаманов по всему миру. Еще страна славилась хорошими воинами, гордыми и непримиримыми, красивыми девушками и мудрыми стариками.
А еще — умными правителями.
Айра узнала все это на уроках.
Ей как младшей, любимой дочке короля Доросомная изредка можно было прогуливать занятия, и когда дело доходило до рукоделия, она пользовалась этим правом, в то время как старшие сестры корпели над пяльцами. Но все остальные уроки, и в том числе по магии астрологии, географии и медицине, она посещала исправно — ей нравилось это все до умопомрачения.
Будь ее воля, она училась бы и днем, и ночью!
Причем ночью — с большим удовольствием.
Потому что иногда — не каждый раз, но время от времени — едва она засыпала, как кто-то начинал звать ее. Звал по имени, ласково, словно приманивал козочку или котенка.
И Айру это пугало.
Просыпаясь, она почти ничего не помнила из своих снов, но ощущение тревоги оставалось, и каждый вечер она с большой неохотой оставляла кукол и занятия. Но старая няня была безжалостна, и неповиновения от девочки она не терпела, хотя сама была простого звания.
Она любила девочку, рассказывала той сказки про принцесс, заточенных драконами в высоких башнях, или страшных людоедов, засевших в Кристальных холмах. Но всегда заставляла Айру ложиться спать до того, как гигантские часы на Водной Башне пробьют десять раз.
А ведь после этого обычно начинается самое интересное!
Иногда до постели принцессы долетали прекрасные звуки музыки, легкий отзвук людского гомона и смех в котором Айра уверенно выделяла Эону, старшую сестру — смешливую и непоседливую.
В этот вечер Айра сделала вид, что уснула под сказку няни, а сама потом долго лежала, стараясь по долетающим до нее звукам понять, что же происходит в высоких и торжественных залах дворца.
И ей вспомнился Айн — жених из Империи. Она помнила его совсем смутно — коренастый мальчик с серьезным лицом, который улыбался каждый раз когда глядел на нее.
«Жив ли ты? — подумала она, засыпая. — И если жив — то где сейчас?»
Хмурое утро таило в себе какие-то тайны. Умываясь над сверкающим медным тазом, натягивая шерстяные чулки, подставляя шею няне для того, чтобы та застегнула цепочку с амулетом Дегеррая — в каждое мгновение Айра чувствовала, что что-то случилось.
Вернее, не так — она знала, что именно сейчас что-то происходит, словно в сложном мировом механизме клепсидры появились проблемы, сточились зубцы или уменьшился напор воды — и вот-вот произойдет катастрофа, и посыплются отдельные части.
Однако ничего не случилось.
Все так же невдалеке смеялись фрейлины, пронзительным и узнаваемым шепотом отчитывал кого-то за стеной старый ключник, начальствующий над дворцовой прислугой. Все так же ворчала няня, недовольная тем, что Айра, по ее мнению, «возится», хотя девочка ничего не делала, а только позволяла наставнице привести туалет в достойное принцессы состояние.
— У тебя сегодня урок магии, затем — географии сказала женщина, закончив с кружевами и пуговицами. — Потом вместе с сестрами пойдешь к фрейлинам королевы, будите вышивать и слушать старинные предания.
Не-е-ет! — протянула принцесса. — Только не к маме! Там пахнет какой-то гадостью, темно и скучно.
— Об этом ты сможешь рассказать Ее Величеству сама, — с некоторой долей злорадства сообщила няня.
Урок магии проходил в подвале, теплом и сухом, обставленном скудно, но со вкусом. Высокие стенные панели из дуба, светильники с множеством свечей, большая доска со следами плохо стертых меловых линий и несколько простых парт с жесткими стульями.
Вместе с Айрой на уроке были еще двое мальчиков из благородных семей, чуть старше ее — и принцесса точно знала, что один из них через несколько месяцев отправится на обучение в Сиреневую Башню, а второй отправится в странствие, чтобы попытаться найти себе нового наставника.
Они оба старались изо всех сил, зубрили заклинали учили позы и жесты, не спали ночами — но все равно Айра легко обходила их во всех испытаниях.
Вел занятия сухонький одноглазый старик, про которого ходили слухи, что когда-то он был одним из самых сильных боевых магов.
— С-сегодня мы рас-смотрим заклинание «Веревочка», — с присвистом, похожим на змеиный, объявил старик. — С-само по с-себе оно с-совершенно бес-сполезно, но является ос-сновой для множес-ства куда более с-серьезных заклинаний и ритуалов.
Уже к середине урока Айра легко плела невидимую нить, почти неощутимую, легкую — заклинание и впрямь казалось ей бессмысленным. Остальные ученики мучились — у одного не выходил правильно жест, у второго не желал рассыпаться в порошок фиолетовый кристалл.