"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)

– Ой, Ирис! – мой парень сокрушенно всплеснул руками. – Драконы – это нечто! У нас с ними магия одной природы, поэтому приходится учиться вместе, но таких высокомерных зануд еще поискать. Из всех драконов только один нормальный – профессор Дикран.
– Он? – я отчего-то очень удивилась.
– Ну да, – подтвердил Андай. – Он у нас «Общую магию» ведет. Строгий, конечно, но так хорошо объясняет, что даже дураку свой предмет вдолбит. С юморком мужик. Если студент оплошает, то он его под потолок подкидывает. Не больно, но очень смешно получается. Зато домашки все выполняют так, будто от этого жизнь зависит!
– Мужик? – меня больше это слово рассмешило. – Как-то не подходит ему такое определение.
– Так ты не смотри как выглядит! – Андай перешел на доверительный шепот. – Между прочим, именно он стоял в основе революции. Был лично знаком с Энраем Светлым и сотни наших не просто спасал, но еще и обучал. Если бы не такие, как он, то драконы моих предков подчистую вырезали бы. Забей на то, что эйр! У него с другими эйрами ничего общего! Хотя…
Я хмыкнула и отвернулась в желании спрятать вновь алеющее лицо. На самом деле, некоторые замашки в Сате Дикране все-таки остались: он может не кричать об этом вслух, но по бронебойной самоуверенности заметно, что считает себя великолепнейшим существом белого света. Хорошо, что и благие поступки совершал, но рано делать выводы о его «близости к народу». Возможно, когда он надевает маску строгого преподавателя, то не вываливает все, что в голову приходит?
– Хотя? – поторопила я, ведь после подобного самое интересное обычно и начинается.
На этот раз Андай высказался бегло, словно заученно – явно повторял чьи-то слова, но пока не хотел выносить однозначный вердикт:
– Хотя он за столько лет так и не женился. Даже идиоты понимают, что чистокровные свое влияние отдавать не собираются. Кто за ними уследит, если они передают чистую кровь тайно? Как когда-то змеи прятались от истребления, теперь уже эйры набирают силы и только ждут удобного момента поднять головы и задавить всех несогласных!
Я не сумела безоговорочно принять такое обвинение. Сат Дикран не обзавелся женой – да мало ли почему? Будь у него любовница из чистокровных, он ведь мог вступить в официальный брак с представительницей другой расы – и тем самым сильно снизить подозрения. Но нет, он не прикрывается фальшивками. Обычно так поступают те, кому скрывать нечего. Однако Андай этот довод будто не услышал, только повторил:
– И все же странно это. Его несколько раз видели в обществе одной чистокровной красотки. Говорят, что родственница, но эйров очень мало, далекое родство они могут в расчет и не брать…
Притянутыми за уши домыслами Андай только укрепил мою догадку, что маги-змеи между собой подобные слухи часто мусолят. Их опасения тоже понять можно, если вспомнить историю. Но винить того, кто их же предков спасал, – уже какой-то параноидальный бред.
Представления не имею, почему Сат Дикран не женился. Вот только мне пришлось закусывать губы, чтобы не улыбаться слишком широко. Скромняжкой его точно не назовешь – передо мной он и не думал тушеваться. Или разгадка как раз в его незыблемом ощущении собственной идеальности? Знает себе цену – и она такова, которую ни одна живая душа не потянет. Не привык приспосабливаться к людям, демонстративно вертит мнение о себе на том самом месте, которое я в последний раз предпочла не заметить, вот и пожинает плоды. Холостяк всея столицы! И вряд ли страдает от отсутствия женского внимания безо всяких свадебных обрядов. Зачем ему вообще жениться, если о нем не грезит только слепая или уже занятая девушка? А дальше-то наверняка Сат будет становиться еще ядренее.
  
Глава 6
 
Престижность ведьмовского факультета болтается примерно на уровне бытового, а там учатся студенты вовсе без способностей. Когда-то все люди, которые не относились к расе оборотней, но обладали магической силой, делились на женщин-ведьм и мужчин-магов. Но шестьдесят лет назад наука «Генетика оборотней» сделала исторический прорыв. Выяснилось, что все маги являются носителями змеиной крови, а их сила очень близка по природе к драконьей. Они стали будто промежуточным звеном: не оборотни, раз не умеют принимать боевую форму, но и не люди, поскольку все же ближе к драконам, чем к простым смертным. В итоге маги возвысились, а ведьмы так и продолжили прозябать на дне иерархии. Разумеется, одаренная ведьма заставит себя уважать и без работы не останется, но среди нас нет ни одной родовитой или очень богатой – не тот социальный слой, чтобы прыгать выше головы. И такой порядок вещей тысячелетиями не вызывал ни у кого сомнений, мы даже по инерции не обращали внимания на брезгливые взгляды – плевать, кто как смотрит, лишь бы плохого не делали и вовремя платили. Притом наша суть исключает кротость: за уважающей себя ведьмой не заржавеет высказаться без обиняков.
  
И вдруг эта незначительная особенность выплеснулась сразу в два конфликта, произошедших независимо друг от друга, но почти одновременно. Не иначе, бесы развлекались, делая нашу жизнь забавнее. Дело было утром выходного дня перед приветственным концертом. Я в ведьмовском хороводе не участвовала, но, заслышав шум возле раздевалок, направилась проверить, что происходит. Какой-то маг истошно орал на одну из наших:
– Ты слепая, что ли? Написано же «Магический факультет»! Куда прешь?
Леснянка с реквизитом в руках так перепугалась, что голову в плечи втянула и зажмурилась. Я подалась было к ней, но не успела – девочку решительно задвинула за спину подбежавшая раньше Валиса. Ее голос задребезжал от напряжения, но она старалась показывать уверенность:
– Угомонись, она просто перепутала. А ты не знал, что у нас на первом курсе многие читать не умеют? Нашел повод глотку драть!
Я замерла неподалеку – и впервые за все время подумала, что лидеры именно такими и должны быть. У Валисы-то жениха из магов нет – ей тоже страшно. Но за свою девчонку готова ринуться в бой. И пусть она борется за всеобщее обожание, да только смелость – единственная черта характера, которую невозможно разыграть. Осознание было очень неприятным, как если бы я заочно признала за ней первенство. Или хотя бы ее право на то, чтобы когда-нибудь стать главой ковена. Настроение, однако, испортилось от другого: маги высыпали из своей раздевалки и принялись смеяться над безграмотными.
Неожиданно в конце коридора раздался страшный рык. Я уже по этому звуку предположила возможность повторения скандала. Если другая ведьма по той же ошибке вошла в комнату волков, то те смеяться не станут, они обычно сразу убивают. Хотя волки честны и справедливы: достаточно им просто быстро все объяснить.
Оказалось, что на этот раз причина была иной. Массивная девушка из другой раздевалки выбежала в коридор, продолжая рычать:
– Какая мразь заменила наши костюмы на эти обноски?!
Теперь и я поняла: на генеральной репетиции я видела эту волчицу в длинном темно-синем платье, а сейчас она вырядилась в нелепейший шутовской наряд. Их факультет ставил театральную сценку. Весьма забавную, надо признать, хотя сами волки называли ее драматической. Я-то поначалу решила, что гротескное переигрывание – юмористическая задумка, но, видимо, представители этой расы именно так и вживаются в роли. Тем не менее издевательства над волчьей простодушностью я посчитала неуместными. Прикрыла глаза, наклонилась немного вперед и зашептала – в лесу такой вибрацией легко определить зверье поблизости, голос будто бежит вокруг тебя, а потом спотыкается о затаившегося зайца или опасного хищника. И уже через секунду шагнула к нашим же декорациям. Виновник происшествия прятался за нарисованным огнем и картонными кустами. В руках молодого человека я рассмотрела большой пакет с вещами – наверняка волчьими костюмами.
Я укоризненно покачала головой и выдохнула:
– Это подло – портить номер другому факультету.
Но волчица расслышала мою тихую реплику и сразу верно ее расшифровала. Она рванула в нашу сторону, едва не сбив с ног, отодвинула меня с пути мускулистой рукой и заголосила пуще прежнего: