"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)
Мия громко фыркнула – в этом звуке каждый желающий распознал, что именно она ничем подобным заниматься и не планирует, мы ведь все тут в курсе, кто ее отец, и все такое. Я, занявшая место с ней рядом, выпучила глаза – мол, это не от меня неприличные звуки идут! Но пожилая преподавательница не обратила внимания. Или сделала вид, что не расслышала, погружаясь в дальнейшие объяснения. Белую полосу в своей жизни я увидела в одном – темой именно сегодняшнего занятия была магическая подгонка одежды под фигуру заказчика. Преподавательница пространно объясняла виды выкроек и на рисунке показывала ширину швов. Раз десять повторила, что есть определенные границы у всех подобных заклинаний, и вот они эти границы – она снова тыкала указкой на схему. Мне было легко все это усвоить хотя бы потому, что к швейному делу я имела непосредственное отношение. Но лоб вспотел, когда она начала учить нас заклинаниям – сложным сочетаниям букв, разным для конкретных целей. До меня только теперь дошло, почему ученическая форма так славно подошла под фигуру – обычная бытовая магия на очень крутом уровне. Начинается она с простого – представления в уме всех швов, а довести можно до такого навыка, когда только глянешь на клиента и нужным заклинанием подгонишь все вытачки или переместишь швы. Я очень тщательно переписывала слова с доски, боясь ошибиться, на все остальные объяснения времени не тратила. К сожалению, это было замечено:
– Студентка Реокка, а ты почему не все записываешь?
Сказать, что работала швеей, я не могла – засмеют, да и легенду о богатой семье можно обрушить. Не знаю, как на подобное отреагировали бы остальные, но Мия точно в первую же ночь попытается сожрать мне лицо. Я выбрала нейтральное:
– У меня хорошая память, профессор Илла.
– Кто бы сомневался! – протянула она. Уже по этой реплике стало ясно, что в деканате она присутствовала. И она тут же подтвердила догадку с иронией: – Ничего, если я буду звать тебя лиса Реокка?
М-да, чувствую шлейф последних событий будет преследовать меня еще очень долго… Я устало отмахнулась:
– Зовите. Комендант вообще меня драконом зовет. Я так за первый месяц учебы на всех факультетах побываю – хотя бы в ваших шутках.
Преподавательница усмехнулась и приглашающе махнула к доске:
– Ну таких родовитых надо сразу в авангард оформлять! Прошу, лиса Реокка, продемонстрируй свою хорошую память, а остальные посмотрят. – Я уж было подумала, что это начало бесконечных издевательств из-за личной неприязни, как госпожа Илла гаркнула на засмеявшихся: – А вы чего веселитесь? Все по очереди там побывают! В науке нет толка без практики!
Она выложила на стол небольшую рубашку из плотной льняной ткани, пододвинула ко мне и дала задание:
– Попробуй уменьшить на размер.
Я аккуратно развернула вещь, огладила рукава. На начальном этапе невозможно совладать со свернутой одеждой – это я в объяснениях точно уловила. Глянула еще раз на доску, прочитала заклинание про себя, а затем неуверенно проговорила:
– Скуи-и-из.
И сразу же поняла, что ошиблась. От протяженности звука «и» и зависело изменение величины, а я от волнения протянула его сразу на три размера. И рубашка на моих глазах сжалась, став из небольшой совсем детской. У меня сердце заколотилось одновременно и из-за некоторой удачи, и из-за промаха по моей вине. И очень захотелось исправить ошибку, пока мне рот не заткнули. Взгляд на доску и вслух сразу по слогам – из опаски, что меня перебьют:
– А-бо-а-аз!
Теперь угадала – рубашка вновь немного увеличилась, но не до предыдущей величины. Выходит, я задание, хоть и через пень-колоду, выполнила! Прищурилась, не в силах оценить на взгляд, точно ли на размер стало меньше, но потом подняла лицо – почти торжествуя. По крайней мере, мне казалось, что с некоторой погрешностью я угадала.
И удивилась виду госпожи Иллы. Ее глаза стали настолько огромными, как будто мое второе заклинание и на них подействовало. Она несколько секунд стояла перед столом застывшей статуей, а потом заговорила – очень спокойно и вкрадчиво:
– А теперь, студентка Реокка, подгони рубашку под мой размер.
Я внимательно осмотрела ее фигуру и вздохнула – подозревала, что последует очередная насмешка, но хотелось доказать, что я внимательно слушала ее слова:
– Не получится, профессор. Припусков ткани за швами не хватит.
– Намекаешь, что я толстая?!
– Что вы… – я от ее тона отступила на шаг. Вообще-то, я намекала на то, что она очень-очень толстая. Для того чтобы ее принарядить, понадобится в пять раз больше ткани. В лучшем случае, и то если живот оставить открытым и обойтись без рукавов, а менять фасон нас еще не учили. Из этой же вещицы совсем не худой профессорше даже приличный бюстгальтер не изготовить. И я добавила едва слышно: – Не намекаю.
– Так возьми и сделай! – приказала она.
Делать нечего, я еще раз со вздохом осмотрела ее пышные формы, перевела взгляд на рубашечку и произнесла заклинание увеличения с о-очень долгой «а»:
– А-бо-а-а-а-а-а-а-аз!
В аудитории снова засмеялись. Да и я на их месте не выдержала бы – так забавно в моих собственных ушах прозвучало это блеянье. А рубашка поползла в разные стороны. Я совсем неправильно предвидела результат – думала, что она просто по швам разойдется, когда звук «а» исчерпает свои возможности. Но произошло иное: расползаться стали волокна, плотный лен истончался, между нитями появлялись небольшие зазоры. Но в итоге рубашка осталась рубашкой, хоть в такой приличный человек только в кровать осмелится пойти.
Профессор схватила вещь за ворот, подтянула к самому носу и, кажется, принялась изучать каждую вытянувшуюся нить. Теперь смешки среди студентов ее не волновали, она полностью погрузилась в непонятное исследование. И так надолго это затянулось, что я не выдержала:
– Надеюсь, вы не взыщете с меня плату за испорченный макет. Я могу вернуть как было!
– Не сомневаюсь, что можешь, – произнесла она наконец и воззрилась на меня еще более огромными глазами. – Студентка Реокка, у меня к тебе только один вопрос – почему ты не поступала на ведьмовской? Деньги лишние?
Я суть вопроса не уловила. Потому ответила почти по инерции:
– У меня семья очень богатая.
– Я-ясно, – заторможенно отреагировала женщина. – Иди на место. Кто следующий? – она начала всматриваться в сразу поскучневшие лица. – Давайте, давайте, каждый должен потренироваться! И не расстраивайтесь, если не получится. Забудьте про Реокку – вы ее не видели. Настройтесь на то, что у самых даровитых первые результаты появятся через неделю интенсивных тренировок. А всякие ведьмы нам не ориентир! Студентка Реокка, будь добра, пропусти три ближайших моих урока, а то от тебя руки у любого опустятся.
Пока другая студентка шла к столу, я рискнула поинтересоваться:
– Разве я ведьма, профессор Илла?
– Нет, конечно! – в очередной раз удивила она. – Заклинание-то никак не ведьмовское. Просто даровита, как бес. Потому можешь мои объяснения не записывать – кикиморы с тобой, я и без того не знаю, как остальных от уныния удержать на твоем фоне. Отныне буду звать тебя ведьмой Реоккой. Не возражаешь?
А чего мне возражать? Тут у всех какое-то странное чувство юмора. Я радовалась скрытой похвале – похоже, магия во мне сильна, раз преподавательница не поскупилась на эпитеты. А свободное время я смогу посвятить чтению! Эх, знала бы она, что ее лучшая студентка даже читать толком не умеет…
* * *Остальные занятия прошли не так гладко. В смысле, больше я в центре внимания не оказывалась, но далеко не все успевала записывать. Еще и Мия комментировала довольно громко:
– Ты еще и писать не умеешь, выскочка?
Я умела! Да, немного корявыми и печатными буквами. Да, слишком медленно. Но это же не означало полное неумение. На следующее занятие я села подальше от нее, чтобы больше на комплименты не нарываться. А мне еще и конспекты понадобятся, первую-то лекцию я полностью пропустила! Сильно сомневаюсь, что Мия так запросто мне предложит свою помощь. На четвертом уроке я была готова выть от усталости и полной неспособности успевать за преподавателем. Иногда делала вид, что пишу, притом старалась слушать и запоминать. При такой учебе я скоро обрету самую безупречную память… Но попробуй-ка запомнить все детали и сложные определения, если я даже названия предметов не все освоила.