"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Нельзя, чтобы они сбежали.
Мимо уха просвистели заклятия, Дживайн с Грациусом накидывали на бродяг Стальную сеть. Нам с Дрианном пришлось сделать то же самое. Когда вся шайка была повязана, мастер Триммлер недоуменно спросил:
– И что нам теперь с ними делать?
Я почесал в затылке. Задачка, однако! Герцог был прав, говоря, что разбойников отпускать нельзя. Многие из этого отребья подвизались у храмовников в качестве осведомителей. Мы еще не достигли бы магической лавки, как жрецов поставили бы в известность, что по Западному лучу нынче ночью прогуливались подозрительные люди, а с ними гном, орк, черный кот и несколько могущественных магов. Убить? Как—то противно, беззащитных, безоружных…
  
– Чего ты раздумываешь? – звонкий голос Лютого странно контрастировал с его орочьим обликом. – Они бы нас не пощадили.
Так—то оно так, и я бы их не пощадил, приведись драться. Дживайн с Грациусом, казалось, тоже испытывают некоторое смущение. Они тихо переругивались в сторонке, решая, какое заклятие применить, чтобы убить грабителей по возможности тихо, быстро и бескровно. Время поджимало, и я решил оглушить каждого оборванца по очереди молотом Дадды – а там уж – выживут – не выживут, как карта ляжет. Двинулся было к ближайшему душегубу, но меня опередил Дрианн. Склонившись над разбойником, который не мог пошевелиться и только в безмолвном ужасе таращил глаза, маг тихо прошептал слова короткого заклятия. Внезапно бродяга задергался, лицо его посинело, глаза выкатились из орбит. Откровенно наслаждаясь его муками, впитывая их, как пересохшая земля – капли дождя, Дрианн тихо смеялся. Меня пробрала дрожь. Лютый отвернулся, словно увидел что—то непристойное.
– Что он делает? – прошептал мастер Триммлер.
– Насыщается, – тихо ответил Грациус, не сводивший глаз с этой омерзительной, но завораживающей картины.
Между тем, оставив уже мертвое тело, Дрианн распрямился, поднял руки, словно дирижируя звучавшим в его душе оркестром ужаса и тьмы, и резко встряхнул кистями. Я почти физически ощутил мощь волшбы, сорвавшейся с его пальцев. Раздались мучительные стоны, жалобные крики, проклятия. На разбойников пролилась черная дымящаяся жидкость, которая разъедала их тела, подобно кислоте. И посреди этого кошмара, торжествуя, стоял смеющийся Дрианн, наслаждаясь каждым мигом мучений несчастных. Вскоре все закончилось, и мы поспешили оставить позади переулок, полный изуродованных трупов. До самого Южного луча шли молча. Я подумал, что Дрианн был не так уж далек от истины, когда утверждал, что он – чудовище. Самих грабителей не очень—то и жалко, то есть совсем не жалко. Сколько на их совести загубленных людей – известно лишь Варрнавушу, который сейчас, наверное, уже подсчитывает грешников. Но сам способ их убийства и откровенное удовольствие, которое испытывал при этом мой друг, были отвратительны. Кстати, как я понял, он использовал заклятие Темной воды. Раньше за ним не водилось таких умений.
– Вы правы, барон, – мысленно мурлыкнул Артфаал, – это – Темная вода. И будь я проклят, если понимаю, как ему удалось…
Остаток пути до квартала магов мы прошли без приключений. Я возблагодарил за это богов, еще одной выходки Дрианна не перенес бы.
– Теперь нужно действовать вдвойне осторожно, – произнес Дживайн, когда мы пересекли дорогу, отделявшую Западный луч от Южного. – Где эта магическая лавка? Я о такой никогда не слышал.
Внезапно Артфаал куда—то испарился и отсутствовал довольно долго. Появился он, когда мы в конец запутались в загадочных узких улочках обиталища волшебников. Пару раз даже блуждали, как в лесу, вновь и вновь возвращаясь в тот же тупик, пока Грациус не догадался проверить дорогу на предмет Путающих чар.
– Как же вы тут ничего не знаете? – недовольно бурчал мастер Триммлер. – Вы ж и сами маги!
– Мы весь квартал знаем, – оправдывался Дживайн, – и днем легко бы вас провели. Но время сейчас очень уж неспокойное, так что каждый волшебник на ночь защищает свое жилище. Вот кто—то и раскидал Путающие чары, отводя от своего дома.
– Это еще что! – подхватил Грациус. – Вокруг некоторых домов по ночам прыгунки так и кишат.
– А чего они делают? – опасливо поинтересовался Дик.
– Да ничего особенного: пинаются, за волосы дергают, свистят. Они же образуются из—за высвобождения магической энергии. Так что их в Южном луче полно. Вот некоторые маги и выпускают их на ночь, чтобы жилье охраняли.
– Я нашел лавку мастера Александриуса, господа, – сообщил Артфаал, возникая на моем плече.
– Как вам это удалось? – спросил я.
– Во мраке справился. Он же темный маг, они у нас все учтены.
– Так ведите, – обрадовался Дживайн, услышавший мыслеречь демона.
Лорд Феррли плавно поднялся в воздух и полетел, растопырив лапы и действуя хвостом, словно гребная лодка – рулевым веслом. Михал тихо охнул, Дик пораженно выругался. Мы шли по пустым, затканным магическим туманом улицам. Стража встречалась редко, и мы успевали спрятаться. Магов особо не охраняли. То ли считали, что они и сами справятся, то ли бросили все силы на обеспечение безопасности жрецов Луга. А может и просто боялись, предпочитая приходить сюда только днем и большой компанией. Наконец Артфаал завис в нескольких шагах от двухэтажного здания, парадный вход которого был украшен мерцающей вывеской с изображением карточной колоды. «Магическая лавка мастера Александриуса. Светлые амулеты, талисманы на удачу, волшебные фокусы», – гласила многоцветная надпись. Буквы, составлявшие слово «светлые» отличались от остальных по размеру и явно были втиснуты в надпись недавно. Над дверью имелся крюк для фонаря, но вместо него там висела целая гроздь крошечных серебристых колокольчиков. Герцог решительно шагнул к крыльцу, но Дживайн со словами: – Постойте, тут надо действовать осторожно, – опередил его и принялся водить ладонями над крыльцом.
– Ну, конечно, – вскоре объявил он. – Защитные чары. Сейчас снимем.
Маг начал делать мягкие пассы, бормоча под нос заклинание, но вдруг колокольчики над дверью разразились мелодичным перезвоном. Спустя некоторое время дверь распахнулась, и в нашу сторону полетели несколько огненных шаров. Я сотворил прочный Воздушный щит, напитанный силами мрака, который с легкостью развеял заклятия.
– Что за манера у некоторых магичить, не разобравшись, – разозлился Грациус, всматриваясь в проем, где возникла высокая фигура.
– Что вам угодно? – угрожающе спросил хозяин.
Дживайн подвесил над нашими головами светящийся шарик, давая Александриусу возможность как следует разглядеть гостей. Напрасно он это сделал, потому что вид наш никого успокоить не мог, и в руках мага снова загорелся огонь. Не обращая на заклятие никакого внимания, лорд Глейнор выступил вперед и представился.
– Я должен радоваться? – подозрительно спросил Александриус.
– Боюсь, наше известие вас не обрадует, – парировал герцог.
Все так же игнорируя пламя в ладонях мага, он кратко изложил суть переданных Копылом сведений.
– Почему я должен вам верить? – осведомился хозяин лавки.
– А мы похожи на храмовников? – прорычал мастер Триммлер, которому надоело стоять на улице.
Александриус внимательно рассмотрел гнома, загасил огненный шар и посторонился, пропуская нас в дом. Внутри лавки царило волшебство. Оно было во всем: в загадочном мерцании множества бутылочек с разноцветной жидкостью, в странной формы предметах, развешанных по стенам, в самом воздухе, пропитанном запахом восточных благовоний и ароматных настоев. Осмотревшись и присев в единственное стоящее в углу кресло, лорд Глейнор принялся вводить мага в курс дела. Как и предсказывал Вадиус, ему удалось очень быстро договориться с хозяином. Из двух вариантов – дожидаться храмовников и быть арестованным или помочь нам и присоединиться к повстанцам – Александриус выбрал второй.
  
– Располагайтесь, – он прошептал заклинание, и наверху что—то загрохотало.
Вскоре на двери, скрытой в глубине лавки, заколыхалась тяжелая штора, пропуская приплясывающие стулья и табуретки. Мебель порхнула к нам.