"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Бери две! Это позволяется. Ты ведь женщина…
– Деньги вперед, – заявил хозяин, – сами понимаете, дорога…
Пожав плечами, я отвязала с пояса кошелек и принялась отсчитывать крионы. Вдруг на моей ладони блеснул желтый кругляшок. Леон. Странно. Наверное, Атиус положил его по ошибке. Решив вернуть монету по возвращении, я опустила ее обратно в кошелек.
Мы отвели лошадей на конюшню и отправились в трактир. Я заказала служанке три больших порции рагу.
  
– И кувшин эля, – добавил Буч. – Вы чего? – рассмеялся он, глядя на наши недовольные лица. – Когда еще доведется поразвлечься? Поручение-то пустяковое!
– Я не пью, – насупился Ал.
Врал, конечно. Помнится, во время учебы пару раз он с Ником наведывался в кабачок и возвращался оттуда изрядно навеселе, за что бывал жестоко наказан Вельшем. Костолом давал тогда парням на тренировке двойную нагрузку. «Чтобы хмель выветрился из дурных голов», – как он выражался. Но я не стала разоблачать Ала. Угодно врать – пусть его, лишь бы результат был правильный.
– Ну а ты, красотка, выпьешь со мной? – спросил Буч, наливая в глиняную кружку сладко пахнущий грушами напиток.
Я отказалась. Конечно, когда из Ятунхейма выходили голодные твари, я сражалась наравне с мужчинами. Но вот после никогда не принимала участия в пирушках в честь победы. И не потому, что так уж скромна и стыдлива. Просто зачем нарываться на неприятности? Кто– нибудь из захмелевших воинов сразу же попытался бы ухватить меня за волосы и оттащить к себе в шатер. Да и не нравился мне никогда вкус можжевеловой медовухи. А больше у нас в Т’харе ничего не пьют…
– Ладно, мне же больше достанется, – миролюбиво заметил Буч.
– Только платить будешь из своего кармана, – ответила я.
– Ну ты и жадная, орка! – расхохотался парень. – Ладно, сам заплачу!
Мы с Алом давно уже поужинали и мечтали отправиться на боковую, но Буч все продолжал наливаться элем. Глядя на его раскрасневшуюся рожу, я грустно размышляла: а кто за кем тут присматривает? Ну и работнички у графа! А Атиус еще хвастался, мол, лучших охранников набирают! И что мне теперь делать? Доложить магу о поведении его подчиненного? Не по-товарищески как-то… Те же сомнения читались на лице Ала. Между тем Буч затянул разухабистую песню и заказал еще выпивки. К нашему столу подошел высокий, дорого одетый мужчина и, показывая нераспечатанную колоду карт, вкрадчиво поинтересовался у Ала:
– Господин не желает составить компанию?
– Нет, – отрезал тот.
– Тогда, может быть, вы, леди?.. Понял-понял, простите за беспокойство, – откланялся он, наткнувшись на мой злобный взгляд.
– Что делать будем? – спросила я, кивая на Буча.
– Может, пусть сидит на радость трактирщику? – предложил Ал. – Ведь мы отвечаем не за него, а за бумаги.
По идее, так и получалось. Атиус не давал никаких распоряжений насчет спутников, да и правил я от него не услышала. Но твердо помнила наставления Вельша, из которых следовало, что выполнение задачи – прежде всего. С другой стороны, ситуация складывалась больно уж нелепая. Потерять товарища в бою – это одно, оставить под столом в трактире – совершенно другое. Буч приканчивал уже третий кувшин.
– Отвлеки его, – буркнула я, поднимаясь со скамьи.
Мгновенно сообразив, что от него требуется, Ал спросил у парня:
– А ты знаешь песню про веселую девчонку?
Пока они вдвоем горланили: «Эй, веселая девчонка, выпей с нами, скинь юбчонку…» – или еще что-то вроде этого, я быстро обогнула стол. Примерилась и аккуратно ткнула Буча в шею, надавив нужную точку. Тоже, между прочим, Вельш с Атиусом учили. Воин запнулся на полуслове и уронил голову на стол. Ничего, до утра проспится – потом и не вспомнит, что с ним случилось. Голова только немного поболит. Но она у него так и так болеть будет. Расплатившись со служанкой, мы с двух сторон подхватили незадачливого охранника и препроводили его в комнату.
– Спасибо, – с облегчением выдохнул Ал, – наконец-то посплю…
Я отправилась к себе с тем же намерением. Как же я заблуждалась. Только взялась за ручку двери, мечтая об отдыхе, как…
– Купите кинжал, леди!
Из-под ног вывернулся шустрый парнишка. Помахивая полотняным свертком, пропищал:
– Пятипалый, из каямской стали. Дешево отдам!
Я рассмеялась:
– Ты ври, да не завирайся! Такого не бывает!
– Нет, бывает! – упорствовал мальчишка. – С диким узором! Смотрите сами, леди! – и откинул серую ткань.
Я бросила мимолетный взгляд, уверенная, что незадачливый продавец пытается меня обмануть. За время, проведенное в людских землях, я уже привыкла к тому, что торговля здесь чаще всего ведется нечестно. У этого оборванца просто не могло быть подобного чуда.
Оружие из Каяма я видела всего два раза в жизни. Меч из этой чудесной стали был у Бертарда. Вождь выменял его на семь коней и ни разу не пожалел об этом. Вельш Костолом на занятиях показывал каямскую саблю из своей коллекции и подробно рассказывал о ее происхождении. Секретом ковки этой стали владели только гномы Каяма – маленькой горной страны. Костолом говорил, что они берут сталь двух видов – мягкую и твердую, складывают слоями несколько полос и проковывают. Потом получившуюся полосу сгибают, снова нагревают и проковывают. Так делается много раз. В конце концов из-под рук оружейников выходят удивительные клинки. Они невероятно прочны и остры. Но не только эти качества привлекают истинных знатоков. Оружие из каямской стали еще и очень красиво. Его ни с чем не спутаешь – серые волны, разбегающиеся по светлому серебристому полю, делают каждый клинок неповторимым. В Каяме умеют ковать так, что эти узоры становятся правильными, складываются в орнамент, буквы или цифры. И все же сердцу воина милее оружие с диким узором – сделанное для боя, а не для украшения…
И вот сейчас в руках мальчишки под тусклым светом маленького фонарика, висящего в коридоре, загадочно поблескивал кинжал из Каяма. Впрочем, его можно было назвать и мечом. Тяжелый, многодольный, с изогнутой гардой и необычным треугольным клинком – очень широким у основания (потому так и называется, что ширина равна пяти пальцам) и резко сужающимся к острию. Такой меч-кинжал очень удобен, его носят у поясницы, располагая горизонтально так, чтобы можно было вытащить левой рукой. Не веря своим глазам, я осторожно прикоснулась к прохладному металлу кончиками пальцев. Пятипалый – оружие редкое. Я знала о нем только по рассказам Вельша. Он говорил, что такие кинжалы распространены лишь в далекой западной стране Селабрии. Чтобы добраться до нее, надо пересечь море, а потом еще долго путешествовать по суше. Между тем Каям находится в противоположном конце света, на востоке. И там делают совсем другие клинки. Такого просто быть не могло, и тем не менее пятипалый из каямской стали лежал передо мной, опровергая все мои познания об оружии. И как же он был прекрасен!
– Подержите в руке, леди, – искушал мальчишка, – попробуйте, удобно ли?
Рукоять легла в ладонь так, словно этот кинжал ковался специально для меня. Я вернула его, не сдержав вздоха сожаления.
– Я не могу его купить.
– Почему? – удивился паренек.
– У меня нет денег. А ты лучше заверни его. А то, не дай Тир, отберут еще. Вещь дорогая.
– Не дороже денег, леди! – нахально прищурился мальчишка. – Всего один золотой! Купите, не пожалеете!
– Ступай. – Я достала из кармана ключ, сунула в замочную скважину. – Говорю тебе, у меня денег нет.
– Ай, лукавите, леди! – не унимался малолетний торгаш. – Я видел, как вы с хозяином расплачивались. У вас и беленькие имеются, и даже один желтенький!
  
Как ни замечателен был кинжал, его обладатель начинал меня раздражать.
– Это не мои деньги! – прикрикнула я. – Иди отсюда!
– Я еще завтра вернусь, а вы подумайте! – вместо прощания заявил наглец.
Я наконец-то вошла в комнату и первым делом, сдернув с кровати ситцевое покрывало, набросила его на небольшое зеркало, висящее над комодом. Потом скинула сапоги и рухнула на кровать, намереваясь как следует выспаться. Не тут-то было. Тут же в дверь забарабанили, и женский голос пропел: