Аэсолли (СИ)

– Это я знаю, дальше, – резко оборвал его я.
Он обернулся ко мне и покачал головой.
– Какой легко воспламеняющийся нрав. Тебя никто не учил хорошим манерам?
Я почувствовал, как во мне разгорается пламя ярости. Встав, я заполнил собой всю комнату. Тени по углам удлинились, казалось, солнечный свет перестал проникать сквозь огромное окно. Мантия развевалась за моими плечами. Я знал, что мои глаза загорелись демоническим пламенем.
– Ты не посмеешь так разговаривать со мной. Сядь, и немедля отвечай на мои вопросы. Мы с тобой не равны. Сколько тебе лет? Четыре сотни? Мне больше десяти тысяч лет, моя жизнь началась раньше, чем в этот мир явились ангелы.
Под моим давящим взглядом он весь поник и тяжело опустился на стул.
– Что ты хочешь узнать? – сказал он слабым голосом.
– Я хочу знать абсолютно всё. Если тебе потребуется для этого всё время вечности – я дарю тебе его. Начинай! – Я повелительно взмахнул рукой и вперил в него взгляд своих кроваво-красных глаз.
Он замялся, начал нервничать. Потом вдруг внезапно успокоился и посмотрел на меня ничего не выражающим взглядом.
– Девять тысяч лет назад сюда пришли ангелы. Не знаю, за какие преступления их изгнали, но это, наверное, и не важно. Начав жить с нами, ангелы показали крутой нрав. Они были очень распущенными. Вступая в союзы с людьми и магами, они порождали чудовищ. Одни из них оказались нежизнеспособны, например, великаны с пёсьими головами. Другие смогли выжить и стали детьми ночи. Их обобщённое название – нефилимы. Лишь один вид нефилимов сохранился до сегодняшнего дня – жуткие кровососущие создания, заманивающие своих жертв губительными песнями и чарующей внешностью. Они произошли от любви ангелов и магов. Нефилимы так же красивы, как ангелы, и столь же коварны. Они бессмертны. Нефилимы владеют магией Тени, которой теперь учатся отколовшиеся от нас маги Красной Луны, потомки тех волшебников, что вступили в союз с ангелами. Мы же, маги Синей Луны, остались верны драконам, истинному воплощению Добра и Справедливости в этом мире.
Что ещё можно сказать о нефилимах… Устав от интриг ангелов и битв с драконами, они ушли на тот конец света, основали свой город, откуда совершают набеги на людские селения, чтобы питаться. Нефилимы одинаково недолюбливают как своих прародителей, так и нас, принявших противоположную сторону.
Сначала я думал, что ты такой же, как они, но потом понял, что ты – другой. Не знаю, откуда ты пришёл и чего ты добиваешься, но прошу тебя: будь осторожен. Играть с ангелами опасно.
– Я не нуждаюсь в твоих советах, – сказал я и вышел. Нетронутая чашка так и осталась стоять на столе.
  
Глава 9. Мир, полный скверны
 
Dirty World
Те, кто видел мой образ сейчас, никогда бы не узнали меня. Огромный белый волк с густой пушистой шерстью и горящими красными глазами бежал по миру без остановки. На самом деле, это – неплохая маскировка для моих задач. Охотники не смогут поймать меня, люди не поймут, кто я такой, и только те, кого я ищу, распознают почерк чистокровного в этом животном.
Волков не пускают на поезд, поэтому пришлось пробираться тайком. Спрятавшись в багажном отделении, где-то между клеткой с упавшим без сознания от такого соседства попугаем и длинным чехлом для виолончели, я прикрыл глаза и погрузился в полудрёму. Но я слышал абсолютно всё, даже тихое шебуршание мышки в одном из спальных вагонов. Поезд замедлил свой ход, переходя на торможение, и я распахнул глаза. Мир засиял миллионами оттенков чёрного, белого и серого. Именно таким я видел реальность в волчьем обличии. Темнота, как и в моей истинной форме, не была для меня помехой, поэтому я сразу же разглядел вампира, притаившегося в углу соседнего вагона. Увидев, что я на него смотрю, он бросился бежать. От него доносился отчётливый запах крови. Мои рефлексы сработали прежде, чем я успел осознать, что делаю. Охотник во мне кинулся преследовать добычу, расценивая вампира именно так.
 
Незнакомый вампир убегал, спасая свою жизнь. Его чёрные волосы, доходящие до середины шеи, качались из стороны в сторону в такт его прыжкам. Пробежав через салон класса люкс, оформленный в красно-золотых тонах, он выскочил в здание станции, мельком посмотрел в мутное стекло потолка, и бросился наружу.
Снаружи лил дождь. Его прозрачные капли двигались передо мной будто бы в замедленной съёмке, моя шерсть вздымалась и опускалась, подталкиваемая упругими узлами мышц, лапы быстро мелькали в воздухе. Вообще, конечно же, я любил дождь, как и снег, напоминающий мне о свободе, но... Сейчас не было времени наслаждаться небесными дарами.
Моё тело, повинуясь инстинкту, взметнулось в воздух, и передние лапы толкнули вампира в плечо. От резкого удара он покатился по земле, пытаясь погасить инерцию руками. Попробовав встать, обнаружил, что я придавил его к земле. Для пущей убедительности я зарычал на очень низкой ноте. Его зрачки испуганно расширились, дыхание сбилось, в уголках глаз застыли слёзы.
Волчье горло не предназначено для человеческой речи. Вспомнив уроки телепатии, я спросил его мысленно:
«Где ты прячешься? Покажи мне своё логово, и я оставлю тебя в живых. Вас таких много?».
Его лицо выражало удивление. Он даже рот раззявил. Сразу видно – низший вампир.
– Г–господин чистокровный, простите, что сразу не признал вас... Конечно, я покажу вам всё. Следуйте за мной, пожалуйста.
Я бесшумно спрыгнул с него. Он встал, отряхнул свою невзрачную рваную одежонку, и побежал, время от времени оглядываясь через плечо, будто бы надеясь, что я внезапно куда-то исчезну. Двигаясь большими скачками, я следовал за ним, вслушиваясь в окружающие ароматы. Почему-то пахло здесь, как в большом портовом городе: протухшая рыба, гниль и падаль, водоросли, и потные тела.
«Откуда такие неуместные запахи?».
Его спина ощутимо вздрогнула, когда он почувствовал, как я коснулся его разума.
– Господин, в стране начался голод, война с охотниками подорвала нашу экономику. Как Вы, конечно же, знаете, многие аристократы занимались торговлей, а с тех пор, как начались гонения на вампиров, их изгнали с руководящих постов. Те, кто пришёл на наши места, думали только о себе, и поэтому развалили могущественные корпорации, зато обогатились сами.
Вот это поворот. Я не знал, что за каких-то двести лет можно испортить абсолютно всё. Неужели охотники настолько слепы? Я полагал, среди нас всех они – наиболее рациональны.
Вдоль улиц, по которым мы передвигались, сидели нищие – оборванные, грязные. Дети копошились в грязи, ища рыбные шкурки, которые пихали в запачканные рты и жадно отбирали друг у друга. В придорожных канавах лежали трупы, распухшие от голода. Никогда бы не подумал, что гегемония вампиров несёт благоденствие в человеческий мир. Я всегда считал, что люди должны быть предоставлены сами себе. Вот и наступил крах моих идеалов.
Выйдя к реке, мы спустились к водостоку, и вошли внутрь. Я сразу же почувствовал знакомый запах, всегда сопровождающий смертных. Трупный яд. Дожди, омывающие город, уносили с собой всю грязь этого мира. Природа пыталась исправить то, чего не должно было быть. Всё же, насколько лучше тонкие политические интриги, нежели прямые конфронтации.
– Господин, это здесь, – сказал мой проводник.
Каменный проход, несущий в себе грязные, мутные воды, сворачивал налево. Здесь было гораздо суше. Кроме того, канал расширялся, а по краям образовывались платформы. На этих возвышениях разместились вампиры. Среди них не было ни одного аристократа. Как же тогда они выбирали себе предводителя?
Приняв человеческую форму, я осмотрелся по сторонам, ловя настороженные взгляды.
Воцарилась тягостная тишина. Было слышно, как шумит дождь, там, наверху. И тут всё взорвалось.
Вампиры со скрюченными когтями, маниакально горящими глазами и широко раскрытыми ртами, в которых виднелись острые иглы клыков, разом бросились на меня. Я решил усмирить их. Опустошив сознание, я призвал Свет. Он был так ярок, что вампиры ослепли, и уже не видели, где их цель. Разом заскулив и прижавшись к земле, они начали тереть глаза и о нападении уже не думали.