Любовь, ферма и коза в придачу (СИ)

— У меня будет другой — сказал старый граф поднимая совершенно безумные глаза на сына — от моей любимой Сабины. Сын, который будет намного лучше, чем ты и это отродье служанки.
— Отец, она заколдовала тебя. Очнись и посмотри вокруг. Ты втянут в черные магические дела…
— Эдгар! Берегись! — вскрикнула я, предупреждая об опасности.
Пока молодой граф пытался уговорить отца, сзади, черной тенью подкралась Сабина. Растопырив пальцы и выпустив из них что-то наподобие туманных щупальцев черного цвета, графинюшка готовилась сковать ими мужчину своей мечты.
Эдгар обернулся и….
И дальше не помню, так как меня просто прошибла волна неимоверной боли и я потеряла сознание. Лишь успев на секундочку заметить, как в руках графа появляется подозрительно знакомое зеленое сияние.
Сколько я пробыла в отключке — сказать не могу, но подозреваю, что недолго. Из мира розовых вертолётиков и синих слоников, что виделись в без сознанья меня вывело ощущение, что боль существенно уменьшилась.
Открыв потяжелевшие веки я обрадовалась, что сделала это очень вовремя. Рядом сидел Сашенька. Обняв мою руку и прижав ее к своей маленькой груди, мой малыш совершенно спокойно наблюдал, как его родной отец пронзает лучом зеленой магии чудовище в которое превратилась графиня и теоретическая бабушка (тьфу-тьфу-тьфу, не дай Бог конечно). Рядом столпились взъерошенные Фрей и Берта, явно готовые защищать нас с карапузом до конца, а поодаль валялось тело Брачинского старшего. Правда с моего места было не разобрать — без сознания старый граф или все же преподнес нам подарок и откинул копыта.
В это время главные события подходили к концу и наколотая на луч магии, как бабочка на булавку, Сабрина трепыхнулась в последний раз наконец-то затихнув.
— Неужто все! — ахнула рядом Берта, что тоже очень внимательно следила за происходящей битвой.
— Сильно сомневаюсь — тихо ответила себе под нос наблюдая за еще одной интересной деталью, которую сразу не заметила. От Сашиного тела к моему, а уже от моего к Эдгару, тянулись тоненькие зеленые ниточки магии.
— Аша, помог апа — сообщил малыш, заметив, мой внимательный взгляд — И ама тозе!
Добавил он еще сильнее прижимая мою руку с подаренным Брачинским браслетом. Даже не уточняя деталей я уже примерно представляла чему именно научил моего сына Эдгар. И наверное впервые за наше знакомство совсем не возражала такому произволу.
В это время драма происходящая на поле битвы набирала обороты. Вокруг нас начал собираться и густеть туман, а из тела Сабины вырвался сноп черных щупалец, превращая и до того ужасно выглядевшую графинюшку в настоящий скелет, местами обтянутый желтой кожей. Жуткое и омерзительное зрелище.
Несмотря на продолжающуюся боль в руке, я схватила сына и прижала малыша лицом к груди. Нечего ему смотреть на ужас творящийся вокруг. И так впечатлений Сашке до конца жизни.
Мерзкая субстанция, что вырвалась из тела Сабины взвилась вверх над нашими головами, а потом нырнула в туман, что постепенно сжимал кольцо вокруг нас.
Эдгар, оставив тело Сабины метнулся к нам и встал в боевую стойку передо мной и Сашкой. Всем своим видом граф показывал, что готов защищать нас до конца.
А защищать было от кого. Стоило только черной гадости исторгнутой заклятой подруженькой воссоединиться с туманом, как тот начал темнеть и расширяться, как молоко в которое залили чернила.
— шшшшссссшшшшссс!
Послышалось угрожающее многоголосье из этой субстанции, что очень напоминало шипенье змеи готовой напасть. Спина Эдгара напряглась сильнее, а я крепче прижала Сашку к себе. Боль и давление на руку усилилось, что могло означать только одно — магии граф стал тянуть больше. Но пуская, я была готова выдержать и не такое лишь бы это помогло нам спастись. Фрей и Берта еще плотнее с кучковались рядом со мной, а Эдгар не оборачиваясь бросил:
— Если будет шанс бежать — используй его и позаботься о них.
Я сначала не поняла к кому он обращается, но когда Фрей молча кивнул, сообразила.
В смысле "бежать" и "позаботиться"? Ты чего это удумал, аристократишка? Легко отделаться? А как же алименты, а как же отцовский долг? А как же я, в конце концов? У меня может тоже есть претензии к тебе и на тебя? Так что отставить, умирать! Немедленно!
 
Эта мысль заставила меня взбодриться и я уже собралась высказаться графу по этому поводу и даже открыла рот для возражений, как меня прервала очередная порция
— Ссссссссссссссссссс!
И туман от плавного наступления и нависания, перешел в настоящее движение. Все бурлило и завывало. По темной и мрачной глади забегали волны. Потом появились фигуры животных и людей, что тут же таяли превращаясь в лица искаженные гримасой боли и страданий.
— Ууууууууууууууууууууууууу!
Завыло где-то изнутри пакости и клянусь вам, будь я хоть чуточку впечатлительней, а мой ужин вечером поплотнее — опозорилась бы от страху тут же, на месте.
Но мне оставалось только с ужасом взирать на всю эту какофонию образов и молить всех местных богов, чтобы этот кошмар наконец-то закончился.
И меня снова услышали.
Сквозь темную, плотную структуру тумана, начали пробиваться красные отсветы, а потом и вовсе красные лучи продрались, сквозь призрачную массу, разрывая ее на ошметки и сжигая изнутри.
— Сссссууууууууссшшшш!
Завыл туман еще сильнее и на этот раз я четко различила в его вое отголоски боли, а потом…..
А потом раз и за одно мгновение, по одному взмаху ресниц, все исчезло. Туман просто с хлопнулся, растворился, рассеялся… На небольшой полянке, окутанной звездной ночью, пением жаб, кузнечиков и прочей местной живности, осталась лишь наша ошарашенная компания и красноглазая девица.
Задорно откинув со лба мокрую прядь и воткнув в землю высоко поднятый до этого красный меч, рыжая тяжело дыша оперлась об него и окинула нас презрительно-насмешливым взглядом, заявила.
— Ну, чего глазенки вылупили, убогие. Будто привидение увидали…
И после этих слов девица расхохоталась.
  
Глава 15
 
— Инга, ты ли это?!
Странно, но я первой пришла в себя и решила уточнить свои безумные выводы.
Услышав такое нелюбимое имя, девица скривилась и надменно заявила:
— Ингеборга вообще-то. Но для такой идиотки, как ты — я, Ее Высочество, принцесса Ингеборга Кодосская.
Ну вот точно наша коза, никаких сомнений. Только Ингеборга могла искрить такой гордыней, самоуверенность, надменностью и…
— Но как же так?! Ингеборга, девочка моя — это очнулась тетушка, что до этого прикидывалась мертвым тушканчиком, то ли от страха, то ли от шока.
— Все потом, Берта — уже более спокойно и даже с ноткой, отдаленно напоминавшей ласку в голосе, сообщила бывшая козюлина — Лучше поговорить обо всем дома. Или вам так понравилось в гостях на Проклятых болотах, что вы планируете тут остаться?
— А как же, туман?
Озвучил Эдгар общее беспокойство, все еще продолжая тянуть с меня и сына магию, и совсем не собираясь опускать оружие. (в чем я, собственно говоря, была с ним абсолютно солидарна).
— О, эта гадость надолго запомнит, как связываться с правящим домом Кодосса. Вместо расширенных территорий духи потеряли километров пятнадцать и в ближайших лет двести будут зализывать раны не смея даже носа показать за пределы своих куцых владений. Так что туши свою жалкую спичку и пошли…
Договорить свою самоуверенную речи Ингеборга не успела, так как рядом раздался вопль полный отчаяния.
— Сабринаааа!
Мы и не заметили, как старый граф пришел в себя и бросился к костям ново усопшей жены.
— Сабрина, Сабриночка!
Завывал Брачинский обнимая и укачивая разваливающееся тело бывшей горничной прямо на его руках.
— Не покидай меня Сабриночка!
— Отец! — Эдгар выступил вперед и попробовал достучатся до обезумевшего графа — Она тебя околдовала! Сабина занималась черной магией и заставила тебя жениться на себе. Но теперь ты свободен! Оставь ее и пойдем, отец!