Давным давно была война ... (СИ)

Для Сережки разобраться с погонами труда не составило, ведь он со школьным музеем частенько принимал участие в различных реконструкциях, а вот для многих бойцов это стало проблемой, особенно для тех, кто воевал еще в Гражданскую войну. Сережка услышал вот такой разговор…
-Вот до чего дожили: раньше «золотопогонники» - ругательством было, а теперь наши офицеры – с золотыми погонами!
-Ничего, Макарыч, привыкнем. – сказал рядовой Коршунов. - Какая разница в знаках различия, что кубики сейчас носят средние командиры, что потом будут носить погоны. Это, видать, вводят для того, чтобы укрепить дисциплину. Сам же знаешь, что мы «внуки Суворова, дети Чапаева»! А Суворов с погонами был!
Так ли не так, а Серый сумел всем показать, как крепить погоны.
-Вот, что значит молодой да шустрый! – хвалил Серегу старшина Иванов.
4 февраля, после торжественного построения и митинга в честь разгрома фашистов под Сталинградом и сдачи в плен фельдмаршала Паулюса, Серый подошел к старшине Иванову и просто попросил:
-Дядь Петь, как бы мне своих из 154 морбригады повидать… 
-Сережа! - почти обиделся старшина. – Тебе у нас не по нраву? Или обидел кто? Мы же тебя все любим… И солдаты, и офицеры…
- Дядь Петь… У меня там братья… Меня как ранило, я даже не знаю, что с ними… 
-Я о том, чтоб тебя куда-то отправить решать не могу. Не мое это дело… А вот с командирами – переговорю. Может они что и придумают! 
Старшина переговорил и через 2 дня Серый уже ехал на попутке к станции Качалинская, где находилась выведенная из Сталинграда для отдыха и доукомплектования 154 морская стрелковая бригада. 
Сперва в штабе никто не мог понят, что хочет этот мальчишка.
-Да поймите вы наконец-то! Я до ранения воевал в 154 морбригаде. Хочу узнать о своих товарищах! 
-Кто воевал? Ты воевал? – не понял Серегу лейтенант. – Не помню я у капитана Шарабарина в подчинении мальчишек.
-Да поймите Вы!!! Мне просто узнать, где мои братья! – почти сорвался на крик Серый. 
-Значит так! Не морочь мне голову! 
В этот момент дверь одной из комнат приоткрылась и на пороге появился майор Мальчевский в накинутой поверх формы шинели.
-Лейтенант! Кто здесь бузотерит? 
-Товарищ комбриг! - тут же «подлетел» к нему лейтенант. – Вот этот мальчишка требует, чтоб я нашел его братьев, что воевали в бригаде летом под командованием капитана Шарабарина. Но вы же понимаете… , что мы прибыли с Тихоокеанского флота и не знаем тех, кто воевал в бригаде до нас.
-Представьтесь, юноша. Я комбриг 154-ой, майор Мальчевский.
-Комбриг… - встал в ступор Серега. – А полковник Смирнов?
-В порядке Смирнов, был ранен. Так как тебя звать? 
-Красноармеец Партизанов.
-А звать, как отчество? 
-Партизанов Сергей Алексеевич, - мальчишка смело посмотрел в глаза комбригу.
Такой взгляд Мальчевскому был знаком. А еще майор обладал хорошей памятью. Он не забыл ту странную разборку у особиста и имя Сергей Партизанов само собой появилось из закромов памяти.
-Сергей… Партизанов Сергей, пропал без вести во время боев у Тингуты… А ищешь ты Фролова Илью и Кукушкина Никиту?
-Да… - удивился Серый. –А откуда вы знаете? Где они?
-Так я должен знать все, что творится в моей бригаде. Давай так, Сергей. Сейчас их нет в бригаде. Я попрошу собрать информацию, а ты несколько деньков побудешь у нас. Думаю, 161-я разведрота тоже сейчас отдыхает, вот и ты отдохнешь…
Почти месяц Серый находился в расположении разведроты 154 бригады. Несколько раз видел капитана Шарабарина, даже переговорил с ним – спрашивал о Илье и Никите. Начальник разведки бригады ничего не мог рассказать о друзьях, только пообещал, что сейчас посылают запросы в разные инстанции. А потом понеслось и закрутилось…
Серый прибыл в штаб по вызову. Там его ждали Майор Мальчевский, капитан Шарабарин и еще один капитан, которого Серый не знал.
-Здравия желаю, товарищи офицеры! – поприветствовал Сергей.
-Здравствуй, Сережа, подсаживайся к столу. – начал Мальчевский. – Это капитан Свиридов, он прибыл к нам из Калача, специально ради тебя. Именно он занимался поисками Ильи и Никиты.
 
-Спасибо, товарищ капитан. – поблагодарил Серый. – Есть какая-то информация? 
-Есть… Только давай сперва разберемся с тобой…
События двухмесячной давности с мальчишкой не давали покоя Свиридову. Де давало покоя дело той троицы. Он понимал, что есть более важные дела, но именно то дело, как ни странно, постоянно напоминало о себе. Сперва пришли повторные ответы на запросы. Оказалось, что один из мальчишек действительно был в партизанах и был дважды награжден: «Красная звезда» и медаль «За отвагу», был там еще один мальчик, с двумя орденами, но не подходил по фамилии. Через некоторое время ему сообщили, что в расположении 154 –й бригады появился Партизанов Сергей – один из той троицы. Имел при себе документы бойца 161 отдельной разведроты. Потом пришел ответ из госпиталя №2772, который располагался в Пензе, поселке Ахуны в Доме отдыха имени С. М. Кирова… И вот этот герой перед ним: крепкий, но обычный мальчишка, только взгляд… взгляд совсем не детский.
-Сергей Алексеевич Партизанов, красноармеец 161 отдельной разведроты, до этого краснофлотец разведроты 154 бригады морской пехоты. Расскажи пожалуйста о себе. 
Серый вопросительно посмотрел на командира бригады и потом на начальника разведки. Они не выдержали взгляда и отвели глаза. После этого он в наглую «уставился» на капитана Свиридова:
-Товарищ капитан, может мне лучше раздеться?
-Это еще зачем? – не понял Свиридов.
-Да было, как-то, в … (Серый вспомнил, что СМЕРШ еще не появился) одном особом отделе меня уже расспрашивали… Просили раздеться. Я разделся и многие вопросы сами по себе отпали.
-Не надо раздеваться. Про все твои ранения мне известно из справки 2772 госпиталя города Пензы, откуда ты благополучно сбежал. А зачем сбежал?
«Значит, угадал, особый отдел…» - про себя подумал Серый, а в слух ответил:
-А чтоб в детдом не отправили…
-Судя по справке, у тебя на гимнастерке должно быть, как минимум, 5 нашивок: 2-3 золотых и 2-3 красных. А может и больше. Почему их нет?
-А потому и нет, что смотрят на тебя, как на маленького ребенка, который пальчик обжог. Бесят эти жалостливые взгляды…
-А награды почему не носишь? - поинтересовался Шарабарин. Самое смешное, что их у тебя больше, чем у многих бойцов бригады.
Серега пожал плечами.
-А танк с Ильей подбивали у Тингуты? – не успокаивался Свиридов.
-А что было делать? Фриц прет, а у орудия всех поубивало. Вот с Илюхой, простите, с Фроловым, решили стрелять по танку, у Фролова был опыт, только прицел у пушки был разбит…
-И что? Попали? 
-Илюха через ствол. Прямой наводкой стрелял, с седьмого или восьмого снаряда подожгли…
-А Фролова давно знаешь? Как он парень, наш – советский?
-Чего за вопрос, товарищ капитан? – удивился Серега. – Наш «в доску»! А знаю я его, с момента, как нас вывозили на «большую землю» из партизанского соединения…
-Вот скажи, Сережа, ты весь пораненный, награжден орденом, медалями, а врешь! Не вывозили вас из партизанского края самолетом, – негодовал особист. – А вот ты знаешь, что Фролов Илья признался, что несколько раз был в плену? 
-Ну и что? Я тоже к фашистам в лапы попадал… А хотите, я вам расскажу, как он первый раз в плен попал? – у Сереги от обиды и нахлынувших воспоминаний задрожали губы. – Он был юнгой на БК-13 Пинской флотилии. Его списали на берег, но он пошел в бой. Его бронекатер подбили, все его товарищи погибли, а его оставили в живых, только прикрутили колючей проволокой к стволу орудия… И он так стоял насколько дней…
-Хватит Сережа, мы тебе верим – начал Шарабарин.
-А что хватит? А потом, на задании, уже в партизанах, он прикрывал товарища… Илюху травили собаками, потом били так, что он пришел в себя только у деда – знахаря, с переломанными ребрами и спиной с кровавыми отметинами… Что с ним не так? Чем еще доказывать, что он никакой не предатель? Вы ведь это хотите от меня услышать?