Давным давно была война ... (СИ)

Штаб 26-го танкового корпуса только ближе к полуночи с 22 на 23 ноября получил удивительное известие о том, что мост у Березовского, как оказывается, давно уже наш. Информация была тут же передана в штаб фронта, который немедленно отдал приказ переправить на левый берег 4-й танковый корпус с тем, чтобы он мог продолжить наступление на соединение с подходящими с юго-востока войсками Сталинградского фронта. А 26 танковому корпусу было приказано взять Калач утром 23 ноября…
Немцы в очередной раз попытались отбить переправу. Они ударили вдоль Дона. Они почти дошли до моста. В бой вступили даже раненые. Никита в это время метался в бреду, лежа в одной из немецких землянок, медсестра не знала, чем ему помочь. Илья сражался рядом с подполковником, который по достоинству оценил меткость юного бойца, когда атака была отбита:
-Ох, Илья, за один день – два подвига! Вот как тебя награждать?
-Товарищ подполковник, я к братишке сбегаю, хорошо?
-Давай, боец, сбегай… - Филиппов не знал, чем еще помочь.
Илья прибежал в землянку.
-Сестричка, как он?
-Плох он, весь «горит», бредит… А я ничем помочь не могу, кроме, жаропонижающего. Да и оно заканчивается… -ответила она Илье, а сама продолжила вытирать лицо Никиты влажной тряпочкой. – Потерпи, родненький… Немножко потерпи…
Около восьми часов вечера мотострелковая рота 19-й танковой бригады дошла до моста и соединилась с отрядом подполковника Филиппова. Тут же, бронеавтомобиль повез Никиту в санбат 19-й танковой с приказом доставить и вылечить любой ценой…
  
Глава 12
 
Разборки… 
Несколько дней, после освобождения Калача, Илюха отлеживался – бездельничал у бабы Нюши. Он порывался проведать в санбате Никитку, только никто не мог ему ответить – куда того увезли…
27 ноября за ним прибыл вестовой – младший сержант. Илья его раньше не видел.
-Собирайся, боец, подполковник Филиппов вызывает! Быстрее шевелись!
Вестовой с легкой иронией смотрел на Илью: «За чем этот пацан мог понадобиться командиру?»
Через пару минут Илья и посыльный вышли из дома.
Пришли к штабу. Посыльный доложил дежурному офицеру.
Дежурный по штабу, капитан, зашел в комнатку:
-Товарищ подполковник, Фролов доставлен!
- Пусть заходит!
-Есть!
Илья зашел: в комнатке сидели подполковник Филиппов и еще несколько офицеров, которых Илья не знал.
-Товарищ подполковник, краснофлотец Фролов по вашему приказанию прибыл! – доложил Илья.
-Ну, давай, герой, рассказывай о всех своих приключениях. Ты же говорил, что вы с товарищем из 154-й ОМСБр…
Илья немного задумался, немного помолчал. Почему спрашивают? Проверка? Хотя, чего ему скрывать? Нечего скрывать… Никто его не торопил.
-Я и мои друзья партизанили в Белоруссии, оттуда нас переправили на «Большую землю»…
-А почему отправили? – поинтересовался один капитан.
-Ранены были.
-Все трое одновременно?
-Ну, почему одновременно… Просто ранения разные были, да и соединения разные. Как немного выздоровели - загрузили в самолет и отправили. Здесь были в Калачевском детском доме. Когда детдом стали эвакуировать, мы решили остаться… Нас сперва никуда не хотели брать, а потом смогли показать себя в 154 морбригаде…
- А кого знаешь из 154-й? – поинтересовался майор. - Если не в курсе, я майор Мальчевский.
-Буду знать, товарищ майор, – и Илья стал перечислять. – Знаю капитана Шарабарина и лейтенанта Ивашова, командира разведроты. Во время боя встречался с капитаном Фокиным, командиром артдивизиона бригады. Хотя, он меня вряд ли запомнил…
Майор Мальчевский подошел к телефону.
-Дайте «Вьюгу»! «Вьюга»? Пусть капитан Шарабарин или лейтенант Ивашов в штаб 14-й мотострелковой заскочит, как освободятся. – майор посмотрел на реакцию Ильи. Реакции не было.
- Давай, дальше рассказывай!
-Что рассказывать? Воевал. Под Тингутой царапнуло по плечу, но капитан Фокин приказал в госпиталь. Привезли в Сталинград, я переправляться не стал, остался на правом берегу. Потом был элеватор, там был с бойцами 92-ой морбригады. Фамилии сейчас не вспомню… Потом попал в плен.
 
-Как попал? – опять влез капитан.
«Точно – особист», - подумал Илюха.
-Как попал, просто… Мы на прорыв пошли… Взрыв. Очнулся, а надо мной немцы стоят.
- А ты по форме был? – продолжил копать особист.
-По форме…
-Ну и…?
-Попал в калачевский концлагерь. Бежал. Никита, друг, помог.
-Это тот, который родственник предателя Родины, помощника бургомистра?
-Да, он. Он тоже из 154 бригады и тоже из партизан. А родственник – это легенда. – жестко ответил Илья, глядя в глаза капитану.
-А как его фамилия?
«Когда же он угомонится?» - начал бесить особист Илью.
-Никита Зозулин.
-А дальше?
-Дальше, Никита получил приказ разведать охрану моста, переправиться на правый берег Дона и оказать помощь в захвате моста. Мы переправились на правый берег, пришли в расположение 94 бригады и помогли взять мост.
-А немцы вас пропустили через мост?
-Нет. Переходили Дон по льду…
-Ну, точно, врет! Сейчас – то переправляться по льду - смертельно – лед тонкий!
-Товарищ капитан! – прервал его подполковник Филиппов. – Мальчишки действительно пришли через степь. Причем, как мне доложили, вот этот пришел в исподнем, так как отдал одежду провалившемуся под лед товарищу. 20 километров шел!
-И Вы поверили? 20 километров в исподнем? При морозе?
-Капитан! Поверили или нет, это не важно. Важно то, что при помощи этих мальчишек мы без потерь и с трофеями взяли, а потом удержали мост.
-Да, взяли и удержали… А где второй мальчик?
-Второй был отправлен в госпиталь, он очень сильно простыл.
-Понятно, проверим…
В это момент в комнату зашел капитан Шарабарин, он был в полушубке и знаки отличия не были видны.
-А вот и лейтенант Ивашов. Узнаешь его, боец?
-Товарищ майор, это капитан Шарабарин, начальник разведки 154 бригады. – ответил Илья.
-Здравия желаю, товарищ подполковник, товарищ майор, товарищ капитан. – Шарабарин пристально посмотрел на Илью, но не признал в худющем, осунувшемся мальчишке знакомого.
-Откуда меня знаешь, малец?
-Да вот, капитан, говорит, что был в роте разведки, в июле –августе. – вставил веско особист.
-Были у нас в разведроте трое друзей - мальчишек, боевые ребята, только этого что-то не признаю… ну-ка, напомни?
-Товарищ капитан, винтовку дадите – напомню, как по банкам стрелял, когда нас проверяли... Лучше скажите, где Серега…
-Илья! Вот это… - Шарабарин подошел к Илье и крепко обнял его.- Да. Это Фролов Илья, боец разведроты бригады. Был ранен – отправлен в госпиталь… А Серега Партизанов, пропал без вести в том бою, у Тингуты…
-Хорошо! С этим разобрались, – констатировал капитан - особист. - А вот теперь расскажи, как ты в плен попал, раз такой боевой парень?
Серый пропал без вести… Тут еще этот утомил Илюху своими вопросами. Что-то у Ильи в голове щелкнуло, переклинило и он выдал:
-Думаете, мне там понравилось? Про четвертый раз я уже рассказал. Рассказать про три перед этим?
-Сколько раз? –не понял подполковник.
-Этот был четвертый… Рассказывать?
-Давай, а мы послушаем. – не успокоился особист.
-Тогда слушайте! – разозлился Илья.
-В июле при подрыве моста, наш БК-13 Пинской флотилии был подбит, экипаж бился до последнего. Последним оказался я… Бежал из колонны пленных. Попал к партизанам, был связным. Снова попал к фрицам. Случайно был отбит при атаке партизан. Третий раз попал, когда шел на явку. Отбили наши разведчики. Они все погибли… Потом оказался на большой земле. Товарищ капитан, - обратился Илья к особисту. – Вы думаете меня там по голове гладили и конфеты выдавали, что я захотел еще раз к ним попасть?
-Тогда многое становится понятно и объясняет ваше поведение. – капитан Шарабарин посмотрел на Илью совсем по-другому. - Это объясняет вашу безбашенность и отчаянность в бою, отсутствие страха. Мы на вас смотрели, как на зеленых пацанов, а вы с начала воюете – поопытнее многих в бригаде. Теперь понятно, что имела в виду фельдшер, когда говорила, что на тебе живого места нет.